Сергей Кремлев - Мифы о 1945 годе
- Название:Мифы о 1945 годе
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:неизвестен
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Сергей Кремлев - Мифы о 1945 годе краткое содержание
«Враги России хотят сменить величественный образ русского солдата, все еще стоящего в Трептов-парке со спасенной им немецкой девочкой на руках, на образ грязного душой и телом азиата, насилующего женщин и набивающего свой «сидор» всем, что под руку подвернется, не только для исторических фальсификаций, но и на потребу завтрашнего дня. Перед тем как уничтожить Россию, ее надо оплевать…» Но пока в нас жива память о Священной войне и ее героях, пока мы гордимся своими дедами, сломавшими хребет фашизму, чтим их Знамя и преклоняемся перед их подвигом – мы непобедимы.
Мифы о 1945 годе - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
И ещё раз о Черчилле, Фуллере и атомной бомбе
В ДНИпоследнего – 130-летнего – сталинского юбилея друзья познакомили меня с появившимся в Интернете блестящим эссе «Окончательное решение сталинского вопроса» блоггера Авраама Болеслава Покоя. Ранее с его работами не знакомый, я был восхищён как стилем А.Б. Покоя (уж не знаю, псевдоним это или нет), так и сутью эссе. Думаю, часть этого эссе будет уместным привести в книге.
Итак:
«…«Как вы думаете – Сталин был хороший или плохой? Вот хороший или плохой, а?» – спрашивают меня.
«Сталин – это тот парень, который курил трубку и пил вино, – отвечаю я, усмехаясь чему-то своему. – При нём победили Гитлера и придумали Буратино».
Дело в том, что подобный вопрос немедленно воскрешает в моей памяти далёкий февральский вечер 1945 года в Крыму… Стоя с коньяком в окружении разнообразных дипломатов, шпионов, мнящих себя журналистами, и журналистов, мнящих себя шпионами, я внимательно наблюдал за посмеивающейся троицей победителей ( Сталин, Рузвельт и Черчилль. – С.К. ). Рядом со мною кто-то вздохнул и произнёс: «Я не понимаю, как они могут беседовать с этим палачом народов».
Я обернулся. Говоривший был смугл и очкаст – позже я неоднократно ездил к нему в Бомбейский университет для обмена опытом.
– Вы сами понимаете, голубчик, что я не готов поддерживать разговор о своём лидере в таком тоне, – ответил я.
– При чём тут ваш лидер? – удивился индус. – Я про Черчилля.
Я тоже удивился: о Черчилле я знал лишь, что это дядька, который курит сигары, пьёт коньяк и воспитывает бульдога, а также – что при нём победили Гитлера и придумали Винни-Пуха.
Но доктор рассказал мне, что реальный Черчилль несколько шире своего образа…»
По словам А.Б. Покоя, доктор Кумар из Бомбея рассказал ему вещи, действительно мало известные в Европе. Так, голод 1943 года унёс в Бенгалии жизни от полутора до двух с половиной миллионов индусов, а британские власти мешали голодающим бежать в более благополучные районы… А когда Черчилль в начале века стал заместителем министра по делам колоний, Британия перестала публиковать данные о жертвах голода, и было почему – только в Индии от голода погибло до 80 (восьмидесяти) миллионов человек.
Впрочем, доктор Кумар этому Черчиллю не удивлялся, заметив: «Но он же начал с крови невинных, ему не привыкать». И далее в эссе Авраама Болеслава Покоя излагался внушительный послужной список убеждённого карателя:
«Свою карьеру молодой аристократ начал с подавления восстания Хосе Марти на Кубе ( если быть точным, он там оказывал испанцам «всего лишь» моральную поддержку, как журналист. – С.К. ) и карательных операций в Судане… Затем участвовал в геноциде буров. Затем, как мог, душил ирландцев, сомалийцев, родезийцев и индусов. Ныряя и выныривая из власти, он сгонял с земли голодных кенийцев, высылал тысячами английских беспризорников в трудовые австралийские колонии, бомбил беженцев в Дрездене…»
Об индусах Черчилль сказал так: «Тупая раса, спасаемая только своим размножением от судьбы, которую она заслужила», а что он имел в виду под «заслуженной судьбой» для «цветных» рас, можно было понять из его заявления 1937 года: «Я не считаю, что по отношению к аборигенам Австралии была совершена несправедливость – более мудрая, более чистая раса пришла и заняла их место».
«Черчилль и его империя грабят полмиллиарда человек, уродуют завоёванные страны, убивают миллионами, вырезают цвет местных наций, а вы всё думаете, что это милый хитроватый дядька в цилиндре», – с горечью говорил в 1945 году доктор Кумар из Бомбея.
И он, конечно, знал, что говорил, – Индия тогда ещё была «главной жемчужиной» в короне Британской империи.
Я немало прочёл о Черчилле, сам кое-что написал о нём, однако более сжатой и талантливой его характеристики, чем у то ли бомбейского доктора Кумара, то ли у самого А.Б. Покоя, я не встречал. Здесь расставлены все точки над истиной: Черчилль и его круг – палачи народов.
Собственно, если читатель помнит, фактически с Батыем, Мамаем и Чингисханом Черчилля сравнили даже его же собственные соотечественники Лиддел Гарт и Фуллер.
Так-то так, однако во всех таких характеристиках сэра Уинстона полностью отсутствует Черчилль «атомной» эпохи, и поэтому я несколько дополню мысли то ли доктора Кумара, то ли – самого А.Б. Покоя, а при этом позволю себе немного поразмыслить и ещё кое над чем и кое о ком.
Появление в мире Бомбы в корне изменяло проблему мира и войны, и это было осознано уже в 1945 году. Так, уже тогда английский профессор Вудворд в своей книге «Some Political Consequences of the Atomic Bomb» («Некоторые политические аспекты атомной бомбы») писал:
«Война с применением атомных бомб, которые за 12 дней смогут разрушить 12 крупнейших городов Североамериканского континента или 12 важнейших городов, оставшихся теперь в Европе, может оказаться для нас слишком большим испытанием. Человечество не исчезнет, но люди, не имея помощи и материальных средств для восстановления, вернутся назад, к чему-то вроде конца бронзового века».
Ничего не скажешь – сказано было верно! Однако отказаться от идеи войны как таковой Запад не мог даже под угрозой возврата в бронзовый (а то и в каменный!) век.
А ведь отныне на войну нельзя было смотреть глазами теоретиков и практиков прошлого – теперь уже доядерного прошлого.
В своей первой фазе, в период польской и французской кампаний, только что завершившуюся Вторую мировую войну можно было рассматривать – в русле воззрений давнего немецкого теоретика Клаузевица – как «продолжение политики другими средствами».
Но после начисто сметённых войной Сталинграда и Севастополя, после тысячных пожарищ Белоруссии, Украины и Великороссии, после Гамбурга и Дрездена, после Хиросимы и Нагасаки война начинала видеться скорее как финальное и бесповоротное завершение какой-либо цивилизованной политики.
Верно уловивший это Дж. Фуллер нервно констатировал:
«Чтобы довершить … моральный развал, появилась атомная бомба, которая почти с магической внезапностью, в несколько секунд, сделала возможным всё то, о чем проповедовали Дуэ и Митчелл ( апологеты тотальных «авиационных» доктрин. – С.К. ) в течение многих лет. Без атомной бомбы их теория была мечтой. С ней их теория стала самой мрачной действительностью, с которой когда-либо сталкивался человек».
И при этом Запад, тот же Фуллер с Черчиллем, обвиняли в «агрессивности» Сталина. Что ж, на ум невольно приходит: «Врачу, исцелися сам»! В 1945 году Россия лежала в намного более ужасающих развалинах, чем Германия. Никто в России – от многодетной вдовы-солдатки до генералиссимуса Иосифа Сталина – к новой войне не стремился. Атомное оружие было в распоряжении одних Соединённых Штатов Америки, связанных с Англией «особыми» отношениями. В СССР лишь начинало свою работу новое Первое Главное управление (ПГУ) – зародыш будущей атомной отрасли.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: