Игорь Ефимов - Без буржуев

Потребитель может быть беспечно щедрым на валовые рубли, но в чем он кровно заинтересован, — это в качестве приобретаемой продукции. Потому что, так или иначе, собственный-то план выполнять надо. А для этого необходимо, чтобы поступающее сырье и оборудование годились для работы. Ну, а если не очень годятся? Ничего не поделаешь, придется брать, что дают. При всеобщем дефиците легко ведь вообще остаться с пустыми руками.

Поэтому-то в отделе сбыта настолько легче работать, чем в отделе снабжения. Если вы отпускаете продукцию за валовые рубли, у вас возьмут практически все.

С газетных и журнальных страниц доносится бесконечная жалобная песнь, монотонное многоголосье, которому подошел бы припев: «Ой за что, за что вы нас покарали, ой зачем-зачем свой товар прислали».

Как вселение в новую квартиру часто начинается с ремонта, так и запуск в работу промышленной продукции сплошь да рядом начинается на предприятиях с доводки ее до рабочего состояния.

На Горьковский автозавод запчасти прибывают из Баку. «Вскрываем контейнер за контейнером, а там все одно: грязные, ржавые детали. Прежде, чем их пустить в производство, приходится обрабатывать заново: удалять коррозию, промывать, перекрашивать» (Тр. 7.3.73). Саранский экскаваторный завод прислал в Ставрополь экскаватор, у которого «топливный бак сразу же отвалился, заднюю распределительную коробку пришлось перебирать, генератор не давал зарядку аккумулятору, гидросистема текла, как решето» (Тр. 22.3.73). Из 44 прессов для изготовления формованной подошвы, присланных заводом «Тамбовполимермаш» на Кишиневский «Искож», удалось после годовой наладки запустить на одновременную работу 15–20. Остальные в это время простаивают на ремонте, который кишиневцы осуществляют своими силами. Утешают они себя тем, что на Красноярском «Искоже» из присланных тамбовских прессов не работает ни один (ЛГ 17.11.76). Швейные машины «97А» и «1022», изготавливаемые в Орше, «гремят, как трактор, шестерни не притерты, моталки не работают, из картера льется масло» (ЦП 13.8.77). Машины другой фабрики того же объединения, расположенной в Полтаве, швейные предприятия «включают в работу лишь после капитального ремонта» (там же).

У промышленного потребителя нет выбора, поэтому он должен брать даже то, что заведомо никаким исправлениям не поддастся. Как можно исправить выпускаемый Александровским заводом кирпич, «прочность которого почти в два раза ниже норматива»? Исправить нельзя, но строить ведь из чего-то надо. Взять у других? Но на всех четырех проверявшихся кирпичных заводах системы Укрмежколхозстрой «отсутствуют дозирующие устройства для определения состава компонентов при изготовлении смесей, контроль за температурой при обжиге, средства испытания кирпича на прочность при сжатии и изгибе, на морозостойкость, водопоглощение» (Изв. 19.5.76).

ВАЗ вынужден будет брать бракованные шины Ярославского завода, чтобы не останавливать конвейер (ЛГ 23.3.77). На Череповецкой ГРЭС (Государственная районная электростанция) погаснут котлы, если она перестанет принимать с шахты «Подмосковная» уголь, перемешанный с водой, который порой представляет собой жидкую грязь, забивающую решетки приемных бункеров, течки и дробилки» (Кр. № 2, 77). Сталелитейные предприятия примут с шахт уголь и руду, даже если заметят, что там ради выполнения вала густо подмешана пустая порода (ЦП 12.4.77). А разве может позволить себе привередничать Ленинградский завод подъемно-транспортного оборудования, если поставки крупных металлоконструкций из Тихвина и без того запаздывают на месяц? Он вынужден хватать все, что присылают, и закрывать глаза на то, что «изделия 75 наименований изготовлены из металла несоответствующей марки» (ЛП 16.4.75).

Громко жалуются предприятия пищевой промышленности. Машины Одесского завода для резки овощей быстро выходят из строя, режущие ножи часто ломаются из-за ненадежности крепления. На новых пивоваренных заводах приходится устанавливать все те же варочные котлы, которые без больших изменений выпускаются Рижским заводом с 1932 года. До 40–60 % перьев остается на тушках птицы после обработки их на автомате, изготавливаемом в Полтаве (Изв. 13.10.76). Заказчик сетует, возмущается, взывает к совести, но тем не менее машины берет и валовые рубли — те самые, которых не жалко, — исправно переводит на счет изготовителя.

Часто сам поставщик признает недостатки машины и готов был бы заняться их устранением на месте, но просто не может себе этого позволить, потому что «большинство подобных работ не засчитывается в объемы производства. Чем лучше поставщик ведет гарантийное обслуживание, тем хуже становятся его показатели» (Изв. 8.1.77).

А что делать, если негодным к употреблению изделием оказывается не отдельная машина, а целый завод? Планировалось, что предприятие-автомат по производству керамических стеновых материалов, строившееся в Бурятии, будет выпускать 50–75 миллионов штук кирпича в год. Однако при запуске автоматы-садчики и многие другие системы оказались неработоспособными, поэтому комиссия, подписавшая акт приемки, говорила уже только о 25 млн. Время шло, из Министерства промышленности строительных материалов СССР наезжали другие комиссии и наконец было решено снизить заводу план до 8 миллионов штук. «Между тем около половины сырца шло из сушилок в брак сразу, а каждый третий кирпич признавали негодным после обжига». И это не просто провинциальная отсталость. Проект разрабатывался в Ленинградском НИИ и Харьковском КБ «Сгроммашина», по аналогичным разработкам сейчас в стране строятся и другие предприятия того же типа (ЦП 19.12.77).

Когда изделие сделано настолько из рук вон плохо, что ни взять, ни исправить его невозможно, заказчик вынужден все же отправить его назад. «Курган-Тюбинский завод отгрузил однажды «Камгэсэнергострою» 82 силовых трансформатора. 55 из них при приемке были признаны непригодными к эксплуатации и возвращены заводу для устранения дефектов… Такие же «подарки» завод подбросил заказчикам Киева, Харькова, Ташкента, Перми, Сыктывкара… В массовом порядке руководители трансформаторного отправляли во все концы недоброкачественные пускорегулирующие аппараты I-АБИ. Их подвергали ремонту на месте или возвращали назад. Бракованные изделия, возвращенные на завод, списывались, а чтобы спрятать концы в воду, негодную продукцию уничтожали» (Изв. 10.8.76).

Здесь потребитель был достаточно заинтересован, чтобы возмутиться и бракованную продукцию отослать. Однако бывают ситуации, когда изделие потребителю почти не нужно, и он берет его и пускает в дело просто по обязанности. Вот, например, что из этого может получиться.

Госстрой СССР запрещает строителям сдавать отопительные системы зданий без установки регулирующего крана перед каждой тепловой батареей. Требование, надо сказать, вполне обоснованное. Ведь тепловые станции, снабжающие обывателя горячей водой, на погоду не смотрят. Если у них обнаружится так называемый «недотоп», то есть недовыполнение плана по выдаче калорий потребителю, они станут гнать очень горячую воду даже в разгар оттепели. В домах температура полезет вверх, измученные жарой жильцы кинутся к батареям, и что? Они увидят, что краны на месте, но воспользоваться ими практически невозможно.