Евгений Рыжиков - Из кабины такси

— Смогу, — не задумываясь ответил я.

— Вот и прекрасно. Тогда поезжайте.

Через несколько минут мы были уже в пути. Хорошо натренированная память шофера меня не подвела. Мы проехали точно по ночному маршруту, со всеми остановками.

…Прошло время. Об этой «истории» я уже совсем забыл, как вдруг меня снова вызвал знакомый полковник. Он принял в том же кабинете, так же пожал руку, усадил в кресло. Только теперь, как мне показалось, он был более приветливым.

— Спасибо вам, товарищ Рыжиков, вы помогли нам изловить очень опасных шпионов. Та, что сидела с вами, — русская, другая же и мужчина — иностранцы. С вами они объехали все важные явки, предупредили своих об опасности разоблачения. Хотели удрать, но не удалось.

…Многим водителям такси приходилось догонять дальние железнодорожные поезда, когда тот или иной пассажир опаздывал на поезд. Я тоже несколько раз участвовал в погоне. Об одном случае я хочу рассказать.

Августовский вечер. Площадь Рижского вокзала, на которой я стою в ожидании пассажиров, залита лунным светом. С тоской смотрю на часы и думаю: «Двадцать один час, стою рядом с парком, план давно выполнен, а в гараж рано, еще два с половиной часа до окончания смены». Чувствую усталость, сегодня большой километраж сделал.

В очереди я последним, впереди три машины. Глаза против воли смыкаются, клонит ко сну. Слышу — сзади подошла еще машина, потом до моего слуха долетел разговор, слов я не разобрал.

Прошло мгновение, и вдруг тот же голос заговорил около меня:

— У вас есть бензин?

— Есть. А что вы хотите?

— Пожалуйста, не теряя времени, за город и обратно, заплачу, не обижу.

Я внимательно посмотрел на человека — в глазах такая мольба, что отказать невозможно.

— Поехали, — встрепенулся я.

— Вот за той машиной, — пояснил пассажир.

Я вывернул из ряда и увидел в передней машине двух пассажиров. Свет был включен, двигатель работал, но машина стояла на месте, видно, шофер о чем-то договаривался с пассажирами. Наконец тронулись. Я пристроился в хвост.

Машина свернула на Трифоновскую улицу и стала набирать скорость. По номеру автомобиля я определил: из пятого таксомоторного.

— Очень прошу вас не упустить их, — взмолился пассажир.

— Моя машина в отличном состоянии, — успокоил я его.

Пассажир замолчал, а я подумал: «Что же это за человек? И для чего ему нужно гнаться за этой машиной?»

Я стал его рассматривать. Блондин, лет тридцати пяти, одет в темный костюм, белоснежную сорочку с галстуком, поверх костюма — белый летний плащ. У него были очень добрые глаза. Короче говоря, этот человек внушал доверие к себе, и мне захотелось ему во что бы то ни стало помочь. Я вплотную следовал за бегущим впереди автомобилем. Миновали Белорусский вокзал, Сокол, выбрались на Волоколамское шоссе.

Если вы давно водите автомобиль, то всегда сможете определить, кто сидит за рулем впереди идущей машины — мастер или новичок. На преследуемой машине сидел за рулем опытный водитель. Он очень уверенно, я бы даже сказал — красиво вел машину.

После того как проскочили тоннель канала Москва — Волга, я несколько отстал. Но теперь это меня не волновало. Направление было ясное, светофора впереди не предвиделось, и я в любую минуту мог настичь автомобиль. Я снова в зеркальце посмотрел на пассажира. Он о чем-то сосредоточенно думал.

Я начинал догадываться.

— Поезд догоняем? — тихо спросил я пассажира.

— Да, рижский, — промолвил он.

— А где его первая остановка?

— Не знаю.

Больше я его не спрашивал. Гонка продолжалась. В Павшине у переезда преследуемый нами автомобиль остановился, хотя переезд был открыт. Шофер что-то быстро спросил у будочника, а затем дал полный вперед. На почтительном расстоянии мы последовали за ним.

Проехали Истру, приблизились к Новому Иерусалиму. Передняя машина снижает скорость, берет с шоссе влево и подруливает на станционную площадку.

— Стойте! Туда не надо, — шепнул мне мой пассажир.

Я встал на шоссе, потушив огни фар.

Из-за изгороди мы видели, как пассажиры из машины вышли и направились к вокзалу, водитель последовал за ними, неся в руках два чемодана.

Прошло не более трех минут, шофер вернулся, сел в машину. Мой пассажир подбежал к нему. Я тоже подошел к машине. И каково же было мое удивление, когда за рулем я увидел старого таксиста, моего приятеля Николая Михайловича Захарова.

— Товарищ водитель, скажите, пожалуйста, о чем говорили ваши пассажиры?

— Они очень тихо разговаривали, но зато громко целовались, — пошутил Захаров.

— Скажите, вы поезд догоняли? — опять спросил пассажир.

— Да, скорый, Москва — Рига, он будет через семнадцать минут здесь.

— Спасибо, — поблагодарил водителя мой пассажир. — Подъезжайте к вокзалу, — крикнул он мне и бегом бросился к станции.

Я сел в машину, обогнал его, и мы вместе вбежали в станционный вестибюль. Но там… никого не оказалось. Вторая дверь выходила на платформу. Вышли туда.

Луна залила серебристым светом железнодорожную платформу. На перроне было пять-шесть человек, не больше, если не считать парочку, которая сидела на лавочке, тесно прижавшись друг к другу.

Дальше я был свидетелем такой сцены. Мой пассажир подскочил к парочке, схватил женщину за руку, та от неожиданности вскрикнула.

— И это ты считаешь красиво? Так обманывать!

— Костя! Послушай, дай объяснить, — пробормотала женщина. — Я просто не хотела тебя расстраивать. Антонине Петровне врачи посоветовали ехать на юг, вот она и поменялась путевками с Аркадием Семеновичем. Я тебе об этом ничего не сказала, решила, ты подумаешь что-нибудь нехорошее и будешь зря волноваться.

— Хватит с меня. Твоя Антонина Петровна сводница!

Аркадий Семенович стоял молча, он не проронил ни одного слова.

Наступила минута общего молчания. В это время послышался стук приближающегося поезда.

— Поехали, шофер! — крикнул мне пассажир. — В Москву, Трубниковский переулок.

…Минут пять мы ехали молча, потом Константин все же не выдержал. Человеку надо было облегчить душу, рассказать кому-нибудь, что его терзает.

— Видите ли, — заговорил он, — я очень много работаю, домой прихожу поздно.

Он заметно нервничал, перескакивал с одного на другое, рассказ получался несвязным.

— Женился я шесть лет тому назад, сейчас уже сыну пять лет. Жена моя, как вышла замуж, перестала работать: родился ребенок, нужен был уход. А вот уже год исполнился, как она вновь поступила на работу, а с сыном прекрасно справляется бабушка — моя мать. Аркадий Семенович — директор учреждения, где ныне работает моя жена. Человек семейный, имеет двоих детей. Антонина Петровна, о которой шел разговор на платформе, его заместитель — сводня, живет одна, с дочкой. Я ее ненавижу, а жене она очень нравится, это ее самая лучшая подруга. Я все время занят, а жена с этой Антониной то в театр, то в концерт. Развлекаются. Жена удивительно быстро «росла»: ее назначили начальником отдела, хотя образование у нее незаконченное среднее. Потом я заметил, что она стала частенько приносить домой подарки. То роскошный букет цветов, то парфюмерию или какую-нибудь носильную вещь. Спрашиваю: купила? Да, говорит, купила, премию получила. Потом премии стали очень частыми.