Джеймс Джойс - Улисс [ЛП]

– Прокляни тебя Господь,– сказал он взъярённото бы ты ни был! Ты слепее меня, сучий выблядок!

Напротив заведения Рагги О'Донахью юный господин Патрик Алоизус Дигнам, облапив полтора фунта свинины из лавки Мангена, покойного Ференбаха, за которой его посылали, шёл вдоль теплой Виклоу-Стрит, не спеша нисколечько. Это ж такая блинская скукотища: сидеть в гостиной с м-с Стоер и м-с Квигли, и м-с МакДовел, где шторки задёрнуты, а они знай себе нюхают свои табакерки, да по капельке прихлёбывают густоянтарный херес, что дядя Барней принёс от Танея. Да помаленьку наминают домашний фруктовый пирог, без конца, блин, ворочают челюстями да вздыхают.

На Виклоу-Лейн витрина мадам Дойл, бальные платья и бижутерия, остановила его. Он стоял, глазея на двух молотил раздетых до самой шкуры, вскинувших кулачищи. Из боковых зеркал два юных господина Дигнама, в трауре, раззявились безмолвно. Майлер Кьог, любимец Дублина, встретится со старшим сержантом Беннетом, скуловоротом из Портобелло, в поединке за приз в пятьдесят соверенов. Боже, вот будет молотиловка, стоит поглядеть. Майлер Кьог это вон тот, который бьёт, в зелёном поясе. Вход две монеты, солдатам за полцены. От мамули я бы запросто смылся. Юный господин Дигнам, что слева, повернулся, когда и он повернулся. Это я в траурном. А когда состоится? Двадцать второго мая. Конечно, блин, уже прошло.

Он повернулся направо и справа тоже юный господин Дигнам повернулся, кепка набекрень, воротник выскочил. Задрав подбородок, чтоб пристегнуть воротник, он увидел изображение Мари Кендел, очаровательной субретки, рядом с парой молотил. Из тех ляль, что Стоер держит в пачках с бычками, которые смалит втихую, а старик его как-то застукал и вздрючил.

Молодой господин Дигнам опустил свой воротник и побрёл дальше. Но самый сильный молотила это Фицсаймонс. Раз заедет в дыхалку и ты готов до конца следующей недели, парень. А по технике лучшим молотилой был Джим Корбет, пока Фицсаймонс не выбил из него опилки, финты у него – класс.

На Грэфтон-Стрит юный господин Дигнам увидал красный цветок во рту богатого джентла, и на нём ещё пара шикарных колёс, а он только слушал чего ему варнякает старый ханыга, да скалился всю дорогу.

Сендимонтского трамвая не видать.

Юный господин Дигнам пошёл вдоль Нассау-Стрит, перехватив свинину в другую руку. Воротник опять подскочил и он его одернул. Блинская пуговица слишком мала для петли в рубашке, заколебала, блин. Ему встретились школьники с сумками через плечо. Я и завтра не пойду, аж до понедельника. Ещё попались школьники. Заметили, что я в трауре? Дядя Барней сказал, что даст извещение в сегодняшнем вечернем номере. Тогда все увидят и прочтут в газете напечатаную мою фамилию и папкину.

Лицо его, что только что было красным, всё посерело, а к глазу подбиралась муха. Этот хруст, когда вворачивали шурупы в гроб, и буханье, как сносили вниз. А в нём был папа, а мама плакала в гостиной, а дядя объяснял носильщикам как развернуться на лестнице. Большой был гроб и высокий, а на вид тяжелый. Как так случилось? В тот вечер папаня был поддатый, стоял на лестнице и орал где его ботинки, чтоб пойти к Танею ещё поддать, такой на вид занюханный и хлипкий в своей рубашке. Не увижу никогда. Вот это смерть. Папа умер. Мой отец умер. Он мне говорил слушаться маму. И ещё что-то, но я не услышал только заметил как его язык и зубы старались выговорить получше. Бедный папа. Это был м-р Дигнам, мой отец. Одна надежда, что он теперь в чистилище, потому что в субботу вечером сходил на исповедь к отцу Конрою.

Вильям Хамбл, эрл Дадли, и леди Дадли, в сопровождении полковника Хазельтайна, выехали после ланча из вице-королевской резиденции. Во втором экипаже находились – её честь м-с Пагет, мисс де Корси и его честь Джеральд Вард, адьютант вице-короля.

Кавалькада выехала через нижние ворота Феникс-Парка, где ей отдал честь почётный караул полисменов, и направилась мимо Королевского моста вдоль северных пристаней. При проезде через столицу вице-королю был оказан самый тёплый прием. У Блади-моста м-р Томас Кернан, с той стороны реки, приветствовал его, бестолку, издалека. Между Вайтвотским мостом и мостом Королевы вице-королевские экипажи лорда Дадли миновали, но не были приветствованы м-ром Дадли Вайтом, Б. И., М. И., стоявшим на выезде с Арранской пристани возле ломбарда м-с М. Е. Вайт, на западном углу Арран-Стрит и почёсывавшим нос указательным пальцем, от неопределённости: как поскорей добраться в Фибсборо, можно трамваем с двумя пересадками, или окликнуть извозчика, или же пешком через Смитфилд, холм Конституции и конечную станцию Бродстон. На ступенях Четырех Судов Ричи Гулдинг с кассовой сумкой Гулдинг, Коллис и Варда с удивлением заметил их. За Ричмондским мостом у дверей конторы Ребен Дж. Додд, адвоката, агента Патриотической Страховой компании, пожилая женщина, собиравшаяся войти, передумала и вернувшись, как и пришла, вдоль витрин Кинга, доверительно улыбнулась представителю Его Величества. Из своего дренажного туннельчика в стене Лесной пристани, под конторой Тома Девана, речка Поддл с вассальной преданостью вывесила язык жидкого дерьма. Поверх занавески в Ормонд отеле, золото возле бронзы, головка мисс Кенеди возле головки мисс Даус, выглянули, полюбоваться. На Ормонд-пристани м-р Дедалус, на своём пути от оранжереи до оффиса помощника шерифа, встал, как столб, посреди улицы и низко опустил свою шляпу. Его Превосходительство грациозным жестом ответил на приветствие м-ра Дедалуса. От Кахилского угла преподобный Хью Ц. Кошелл, М. И., послал поклон, не замеченный, подумывая о лордах-представителях, чьи руки благосклонно в старину выдавали щедрые бенефиции священослужителям. На Греттен-мосту Лениен и М'Кой, расставаясь друг с другом, посмотрели на проезжающие экипажи. Проходя мимо конторы Роджера Грина и большой красной типографии, Герти МакДовел, что несла микстуру своему занедужавшему отцу, догадалась по манерам, что это были леди и лорд-лейтенант, но не смогла рассмотреть что же было на Её Превосходительстве, так как трамвай и здоровенный жёлтый фургон Спрингса "Перевозка мебели" остановились как раз перед ней из-за того, что это был лорд-лейтенант. За Ланди-Футс из дверного проёма трактира Каванага Джон Вайз Нолан ухмыльнулся с невидимой холодностью на лорда генерал-лейтенанта, генерал-губернатора Ирландии. Досточтимый Вильям Хамбл, эрл Дадли, кавалер Б. К. В. О., миновал всё время тикающие часы Мики Андерсона и восковые свежещёкие манекены Генри и Джеймса в шикарных костюмах. Джентельмен Генри, dernier cri Джеймс. Далее, напротив Дамских Ворот, Том Рошфор и Носач Флинн наблюдали приближение кавалькады. Том Рошфор, уловив на себе взгляд леди Дадли, быстро вытащил большие пальцы рук из карманов бордового жилета и снял перед ней шляпу. Очаровательная субретка, великая Мари Кендал, с подмалеванными щеками и вздёрнутой юбкой, намалёванно ухмыльнулась со своей афиши над Вильямом Хамблом, эрлом Дадли, и над полковником Х.Т. Хезельтайном, а так же над их честью Джеральдом Вардом, адьютантом. Из окна Ч. Х. П. Хват Малиган, весело, и Хейнс, хмуро, уставились вниз на вице-королевский экипаж, поверх плеч оживленных посетителей, масса фигур которых затеняла шахматную доску, куда упорно смотрел Джон Говард Парнел. На улице Фоунса, Дилли Дедалус, подняв взгляд от Французского для начинающих , Шарнедаля, увидела натянутые тенты от солнца и блеск вращающихся колесных спиц. Джон Генри Ментон, заполняя двери Здания Коммерции, уставился вино-отягчёнными устрицами глаз, держа в толстой левой руке увесисто-золотые охотничьи часы, так и не взглянутые на. Вровень с выбрасываемой в беге в воздух передней ногой лошади короля Билли, м-с Брин отдёрнула назад своего мужа из-под копыт сопровождения. Она прокричала ему на ухо в чём дело. Поняв, он пересунул свои тома к левой части груди и помахал второму экипажу. Его честь Джеральд Вард, адьютант, приятно удивлённый, поспешил ответить. На углу Понсби, белый бочонок Х. изнемождённо остановился и четыре оцилиндренных белых бочонка стали следом за ним Е. Л. И. С., покуда прорысят мимо форейторы и экипажи. Напротив музыкальных товаров Пиготта, м-р Денис Дж. Маггини, учитель танцев и пр., пестро одеянный, церемонно ступающий, был обогнан вице-королем и не замечен. Вдоль стены провоста прогулочно шагал Ухарь Бойлан, ступая в коричневых туфлях и в носках с небесно-голубым узором под припев МОЯ ПОДРУЖКА ДЕВУШКА ИЗ ЙОРКШИРА. Ухарь Бойлан явил небесно-голубым лентам на лбах коренников и их высоко вскидываемым ногам галстук небесно-голубого цвета, широкополое канотье, залихватски набекрень, и саржевый костюм цвета индиго. Руки, сунутые в карманы пиджака, забыли поприветствовать, но он предложил трём дамам смелое любованье своих глаз и красную гвоздику меж его губ. Когда они проезжали вдоль Нассау-Стрит, Его Превосходительство обратил внимание кивающей ему супруги на программу музыки, исполняемой на тот момент в Колледж-Парке. Невидимые лужёные парни-горцы трубили и барабанили вслед кортежу.