Тамара Лисицкая - Идиотки

— Надо же… А мама?

— А мама в больнице уже давно. У нас младшая родилась раньше срока, приходится лечить.

Алексей озадаченно нахмурился:

— Ну, и кто в семье кормилец?

— Не знаю. Я.

— Вы?

— Да. Или я, или никто.

— С ума можно сойти. И где же вы работаете?

— Сейчас в зеленстрое, пропалываю клумбы. А до этого ночной клуб убирала.

Алексей остановил машину, обернулся:

— Вы не шутите? Я как-то слабо верю во все это.

— Не верьте, — Наташа пожала плечами, открыла дверцу. — Спасибо, что подвезли.

— Подождите, не уходите. И сколько вы в своем зеленстрое получаете?

— На хлеб и молоко хватает.

— Вы, наверное, хорошо в цветах разбираетесь? Во всяком случае, можете отличить от сорняков?

— Ну, для этого особого ума не надо!

Алексей призадумался, пронзительно глядя на Наташу в амбразуру зеркала заднего вида.

— А если я предложу вам работу?

Наташа чуть-чуть напряглась.

— Какую?

— Не очень интересную, видимо… Но стабильную.

Чаще всего подобные предложения завершались хлопком по физиономии и быстрым бегом в сторону людей. Но Алексей не должен претендовать на Наташино многострадальное тело! Что он может предложить ей такого, что было бы для нее опасно?

— Ну, и что это за работа?

— Видите ли… Я тут недавно купил домик в деревне… Так себе домик, старый, дырявый. Но на больший пока не хочу замахиваться. А на природу тянет… Так вот. Моя давняя мечта — иметь свой сад. Вы могли бы пожить в этом моем дырявом домике и сделать мне сад?

Наташа попыталась обработать информацию. Сад. Домик. Пожить.

— В каком смысле пожить?

— Ну, провести там месяц-два… Это не значит, что оттуда нельзя уезжать. Можно. Там и автобус до Минска регулярно катается. Можете туда приезжать, можете жить постоянно, я вам дам ключи, вот и все! Просто у меня много работы в городе, я туда до глубокой осени вряд ли выберусь больше чем на сутки, а садик ждать не будет…

— То есть я буду жить там, а вы здесь?

— Именно так. Ну, правда, я иногда буду наезжать в гости, чаю попить, закатом полюбоваться, еды вам привезти… Мы будем заезжать с Романом…

— Я понимаю…

— Но мы всегда будем вас предупреждать. Там у соседей телефон, цивилизация полная.

— Хорошо соседям…

— Да и вам там понравится. Очень милое место, лес рядом, озеро.

— Но у меня тут сестры…

— Берите их с собой. Они же у вас воспитанные, я их видел.

— Да уж, воспитанные!

— Ну, так как?

Наташа внимательно посмотрела в зеркальные глаза. Очень внимательно. И не увидела там и грамма кисло-сладкого, плохо замаскированного желания поиметь быструю любовь. Только… жалость.

Что тоже оказалось не очень приятным моментом.

— Я подумаю.

— Подумайте, конечно. Позвоните мне, если решитесь.

— Кто там?

— Это я, твой порочный кролик!

Ирочка распахнула дверь и сбросила халат. Смотри, какая я!

— Вау! — Варфоломей близоруко склонился к ее пирсингу. — Шик! Блеск! Знаменито!

— Между прочим, турецким мужчинам очень нравятся плоские животики с блестящими штучками.

— Значит, я тоже турецкий мужчина! А где муж?

— А ты что, боишься?

— Нет, просто не очень люблю, когда подсматривают.

— Ушел к маме. Все чисто. Заходи.

— Захожу.

Уже через три недели домик в деревне стал похож на рекламный проспект. Сестры Петровы, ведомые предводителем Наташей, перелопатили тонну земли, на месте ям нарастили горки, на месте горок выкопали пруды. Эстеты, конечно, могли бы найти в этом проекте массу неточностей, но простодушный и добрый человек не стал бы привередничать.

— Красива, — согласились соседи, лузгая семечки на скамейке напротив. — Тольки цыбуля так расци не можа. И бульбу не пасодиш.

Анжелка томилась вдали от цивилизации, ныла и просилась домой. Правда, только утром и днем. Вечером она прилипала к забору и трепалась с грубыми и загорелыми деревенскими парнями.

Младшие Элеонора и Виолетта творили с большей охотой. Наташа рассказывала им сказки о чудесных садах, в которых прячутся прекрасные замки, а в замках живут принцессы. И малолетние принцессы, никогда не видевшие замков, с восторгом участвовали в создании чудесных садов.

А Наташа была просто в восторге. Хотя «восторг» слишком экспрессивное слово. Она просто прогревалась, отмалчивалась, пропитывалась запахами лета. Каждый фрагмент суток был хорош: утро с хриплыми соседскими петухами, яркий день, полный движения, вечер с бредущими домой коровами, ночь в окружении цикад. Ну, и так далее.

И главное — здесь не было Яковлева.

— Хорошая девка, — лениво сплетничали соседи. — Домовитая, оборотистая… Если б еще лицом вышла…

Алексей исправно привозил продукты. И если сначала можно было принимать их как вклад в абстрактное будущее и в ближайшие выходные — в конце концов, Алексей с Ромой сами же и питались потом этим, — то потом стало ясно, что все глобальнее. Слишком много в привезенных пакетах было йогуртов, печенья, фруктов-овощей. Алексей явно делал акцент на то, чтобы прокормить своих квартирантов.

А Наташа не умела быть на содержании.

— Можно с тобой поговорить?

— Да, давай.

Алексей как раз только что приехал, шуршал пакетами, а вокруг открытого багажника вились девицы, ожидая вкусностей. Смотрите, как быстро привыкли!

— А ну, оставьте нас! — прикрикнула Наташа.

Алексей по ходу всучил быстро обидевшейся пузатой мелочи пакеты, а сам стоял, сметал с ладоней крошки. Взгляд минимально удивленный.

— Ну?

— Слушай, я хочу узнать… Почему ты с нами так поступаешь?

— Как? — Алексей распахнул глаза.

— Ты с нами возишься как… Как с родственниками… А мы ведь проедаем за неделю целое состояние!

— Ну и хорошо! Пока у меня получается кого-то кормить, надо этим пользоваться!

— Ничего хорошего!

— Это почему?

Прибежала Элеонора, притащила сок, потребовала открыть. Алексей влез в бардачок, отыскал там маникюрный набор (!), аккуратно отрезал хвостик пакета. Так аккуратно, по пунктирной линии, просто с ума сойти можно!

— Я уже взрослая, — Наташа посмотрела вслед сестре. Алексей тоже туда посмотрел. Такая потешная малая! Бежит, лапами размахивает, проливая фонтанчиками сок.

— Ну, это я заметил.

— Ты чего-то от меня хочешь?

— Не понял?

Они смотрели в глаза друг другу, и Наташа чувствовала, как краснеет, наливается. Господи, он едва сдерживает себя, чтобы не сморщиться. С чего она взяла, что у него какие-то коварные планы на ее счет? Он ухоженный, с лакированными ногтями! А она?

— Ты хочешь сказать, я делаю что-то, что тебя пугает?

— Нет, — она совсем смутилась. — Просто я привыкла к тому, что бесплатно ничего не бывает! А мы тут поселились, живем за твой счет, и я просто боюсь, что нам придется расплачиваться. Я просто хочу знать, что я могу дать тебе взамен?