Евгений Рякин - Путь

Отвлечься помогали лишь воспоминания о Бо, хотя бы потому, что тогда он отчего-то начинал ощущать вину и принимался пилить себя. С точки зрения логики, Алекс прекрасно понимал свою правоту — между ними не было никаких отношений, они ничем друг-друг не обязаны и всё такое. Но, когда Саша мысленно представлял себя на месте Бо, то многое менялось, и отчего-то он чувствовал себя виноватым. Возможно, поэтому всё чаще и чаще её образ становился всё ярче и ярче, затмевая черты Алисы, хоть и прекрасные, но лишённые той притягательности, что сближает мужчину и женщину, делая их одним целым. Правда, эти мысли только усугубляли его одиночество, делая каждый день всё более невыносимым.

Конечно, рядом с ним остались Лой с Англичанином, но толку от них не было никакого. Они никак его не мотивировали двигаться вперёд, даже хуже — их пустые псевдооптимистичные разговоры с каждым днём всё больше нервировали Алекса, особенно сейчас, после переезда в небольшую холодную однокомнатную квартиру, где им приходилось ютиться втроём. Жильё было без мебели, поэтому они спали на полу, подложив на пол старые половики, которые нашли в кладовке. Но холодная осень уже вступила в свои права, батареи грели еле-еле, поэтому Док проснулся рано утром оттого, что продрог до костей. Еле шевеля затекшими членами, Алекс встал, поёжился и отчего-то неприязненно поглядел на своих товарищей, скукожившихся под накинутой верхней одеждой, за неимением одеял.

Логический ум Доктора тут же потребовал разобраться в этом ощущении. Сложно сказать, что ему стало не нравиться в Олли и Лойе. Возможно, их молодость и поверхностные суждения о жизни, а, может, беспечная уверенность в нём, в то время как он никак не мог оправдать их ожидания. Впрочем, скорее всего, дело было вовсе не в этом. Просто, на его взгляд, парни жили только сегодняшним днём, даже не пытаясь заглянуть за горизонт событий, принимая жизнь такой, какая она есть в текущий момент. Конечно, так проще, потому что нет необходимости делать выбор и планировать своё будущее.

А ведь это непростое занятие — взвесить за и против, просчитать возможные действия всех участников, понять их мотивацию и образ мыслей, учесть другие варианты событий, потому что, скорей всего, многое пойдёт не по плану. Нужно быть готовым к постоянному стрессу, так как мозг, как известно, не любит неопределённость. «Знакомый чёрт лучше незнакомого», — как-то бросил Англичанин, не подозревая, что этой фразой совершенно точно подметил всю сущность высшей нервной деятельности человека.

Вот что действительно нравится мозгу, так это понятные предсказуемые ситуации, с которыми он уже сталкивался — так он прекрасно понимает, как нужно поступить. Но когда происходит что-то новое, и паттерны поведения не могут подсказать ответ, то серому веществу приходится сильно напрягаться, чтобы проанализировать обстановку и выдать хоть какой-то результат. Хорошо, когда есть время подумать, а если нет? В цейтноте очень легко принять неверное решение, полагаясь не на привычную логику и причинно-следственные связи, а, частенько, на эмоции и авось. Даже простое понимание этого факта вызывает тревогу и приводит к желанию всеми силами не допускать в свою жизнь неопределённость. Ведь кто знает, что там, впереди, неясно брезжит в тумане вариантов? Поэтому мы часто откладываем решения на потом, в том числе и те, которые касаются выбора направления жизненного пути. Или, что ещё проще, вообще стараемся об этом не думать, полагаясь на мнение других, тем самым делая их ответственными за то, что с нами происходит.

Именно так и поступали парни, надеясь, что Доктор всё придумает и просто скажет, что нужно сделать. Но ведь это неправильная позиция! — злился на них Алекс. Да, мозг не любит напрягаться, и что теперь? Не думать вообще, что ли? Ещё на первом курсе высшего ликея, на одной из своих замечательных лекций, профессор Гавриловский заставлял заучивать наизусть: точно так же, как физические законы микромира нельзя применять к макромиру, так и принципы работы конкретного мозга нельзя слепо проецировать на нормы осознанной жизни, наполняющие человеческое существование смыслом.

В качестве примера он приводил тот факт, что люди привыкли отсчитывать свой век годами, месяцами, часами и так далее. Но это не так, потому что человеческая жизнь измеряется количеством принимаемых решений. Если делать одно и то же действие хоть две недели, хоть двадцать лет, и за всё это время не совершить каких-то важных запоминающихся поступков, то в памяти этот период сольётся в один день. Многие люди годами ходят на работу, возвращаются домой, едят, спят, а потом, оглядываясь назад, понимают, что вспомнить-то, собственно, и нечего. Одно и то же изо дня в день, из года в год. Воистину, чем меньше судьбоносных решений, тем скучнее и бессмысленней существование.

Конечно, сделать выбор, определяющий жизненный путь, непросто, а делать это постоянно — ещё сложнее. Принимать решение в условиях неопределённости, отчётливо осознавая, что тем самым меняешь свою судьбу — так вообще за гранью. И всё же, право слово — только поступая так, человек начинает жить осознанной, осмысленной и по-настоящему свободной жизнью.

Понятное дело, что всего не учтёшь, и в любой ситуации есть место для случайности. Однако если приглядеться к ней внимательно, то можно заметить, что она всегда разная. Когда мы теряем направление пути, тогда всё валится из рук, в жизни наступает чёрная полоса, начинают происходить какие-то нелепые события, и тогда говорят, что «беда не приходит одна». Но, если мы уверены в том, что всё идёт по плану, цель ясна и находится прямо по курсу, то кажется, что жизнь решила завалить нас подарками. В игре случая многое зависит от нашего внутреннего настроя: когда мы идём по правильному пути, то получаем роял-флеш или каре, на худой конец, но если мы свернули не туда и попали в болото рутины, то даже простая пара двоек будет казаться манной небесной.

Думал ли об этом Александр, сказать сложно (вообще, он плохо разбирался в покере), наверное, нет, иначе бы они не переехали из удобно расположенного двухэтажного дома аж с тремя выходами в эту тупиковую однокомнатную квартирку с еле живыми батареями и разбитыми стёклами в подъезде. Единственное кухонное окно выходило на загаженную детскую площадку со сломанной качелью и дальше на стройку, до которой ещё не дошла строительная техника, чтобы снести бетонные стены недостроенных зданий непонятного назначения.

Продрогший Алекс залез в шкафчик, чтобы взять чай, но обнаружил, что тот закончился. Всё-таки Англичанин употреблял непомерное количество напитка, пачки нередко хватало лишь на несколько дней. А денег, которые Лойер положил в общую копилку, становилось всё меньше. Угроза голода висела над троицей, но Доктор никак не мог решить, какой следующий шаг им необходимо сделать. Не идти же чернорабочими на строительство дороги, честное слово!