Дмитрий Разумов - Fortunatim
- Название:Fortunatim
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:2012
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Дмитрий Разумов - Fortunatim краткое содержание
Fortunatim - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
Но совсем не эти курьезы, почерпнутые мной в «Истории рода Коудрей», заинтересовали меня всерьез. Действительно интересным для меня оказался тот факт, что последняя из ныне живущих представительниц этого славного семейства, вышла замуж ни за кого иного, как за Принца Ниитубе, что и отмечено в официальной генеалогии семьи.
Тания Амарим была единственной дочерью Сэра Уильяма Коудрея, мецената и любителя английской словесности, сделавшего себе состояние на торговле шотландским виски. В то время, о котором идет речь, ей было двадцать два года, она была хороша собой, черноволоса и стройна. Особый шарм её внешности придавали точеная волевая линия челюсти, доставшаяся от отца, и голубые глаза бабушки Ривки.
Сэр Уильям, как любой любящий отец, желал брака своей дочери с достойнейшим из достойных. Таковых в своем окружении, он выделял двоих. Первый из них, миловидный Конрад Мюррей в свои двадцать четыре года уже имел обширную юридическую практику в Глазго, Йорке и Лондоне. Его отец, спивающийся ныне барристер, на протяжении многих лет был постоянным клиентом Сэра Уильяма по части закупок первосортного шотландского виски. К сожалению, сын его, не разделявший любви отца к Бахусу, лишь только достигнув совершеннолетия, воспользовался, действующим по сей день, законом графства Кент от 1737 года, и взял над отцом опекунство, после чего резко оборвал общение родителя с крепкими напитками. Определив папашу в одну из дорогостоящих клиник Корнуэлла, молодой прохвост завладел всем его состоянием, которое ни много ни мало равнялось ста десяти миллионам фунтов стерлингов. Этого молодого человека, Сэр Уильям привечал особо.
Вторым претендентом на руку красавицы Тании Амарим, отец считал Арона Натансона, своего давнего приятеля и партнера по игре в гольф. Натансон был, что называется, мужчиной не первой свежести, ему было сильно к шестидесяти, он был плешив и морщинист. Разумеется, видеть его в своем доме в качестве зятя Сэр Уильям не желал ни при каких обстоятельствах, однако стареющий иудей имел ряд преимуществ перед молодым Мюрреем. Начать хотя бы с того, что он был втрое богаче. Во–вторых, у Натансона была хроническая язва желудка, которую тот тщательно от всех скрывал, но делал это так плохо, что знал об этом буквально каждый член клуба «Goose» [16] Гусь (англ.)
. Это давало Сэру Уильяму право надеяться на богатое наследство дочери. И, наконец, в-третьих, Арон Натансон был его конкурентом по бизнесу.
Хорошенько взвесив все pro et contra [17] pro et contra — за и против (лат.)
, Сэр Уильям, в свойственной Коудреям властной манере, предложил дочери сделать выбор. Красавица Тания Амарим вспыхнула, подошла к отцу и влепила ему звонкую пощечину. Нисколько не смутившись, Сэр Уильям ответил ей тем же. Тогда–то несчастная девушка и схватилась за родовую реликвию — меч рыцаря Роберта. Последние слова клятвы, которые она произнесла рассекая белую длань наточенным до бритвенной остроты клинком, с недавних пор являются девизом рода Коудрей и выбиты золотыми буквами на их родовом гербе.
Справедливости ради следует заметить, что короткая речь, произнесенная Танией Амарим, была довольно наивной по своему содержанию, чего, конечно, всегда можно ожидать от юной девы, но никак не от современной двадцатидвухлетней девушки. Сказано же было следующее:
«Клянусь, что выйду замуж, лишь за принца, что в мои покои въедет на белом скакуне! Иначе, пусть умру!»
Сэр Уильям не был столь сентиментален, как его дочь, и, конечно же, не воспринял её тираду всерьез. Прекрасно зная древнюю легенду своего рода о несчастной Саре, что первой принесла на этом мече священную клятву, он, как человек современный, посчитал всё это исключительно глупыми предрассудками и не придал словам дочери должного значения. А вот упрямая Тания Амарим, напротив, собиралась стоять насмерть.
Поразмыслив с минуту, Сэр Уильям без лишних разговоров схватил дочь за руку и поволок в подвал одной из трех башен замка, в котором они и проживали. Там он оставил смутьянку наедине со своими мыслями, потребовав, безапелляционным тоном, одуматься к утру.
Так как к обеду следующего дня к ним в дом был приглашен сам Арон Натансон, Сэр Уильям, невзирая на то, что старый еврей знал его дочь с пеленок, собирался устроить что–то вроде смотрин. Заперев свое чадо на ключ, он поспешил отдать распоряжения о всех необходимых приготовлениях дворецкому Фитипальду. В частности, ему было велено притащить в восточное крыло бочку какого–нибудь, не самого лучшего, виски из тех, что хранились в бочонках в погребе.
Данное задание стареющий Фитипальд выслушал с истинно английским спокойствием, ни один мускул не дернулся у него на лице, хотя даже не замечающему ничего дальше своего носа Сэру Уильяму было понятно, что в одиночку ему с этим не справиться. Опытный слуга, однако, с честью вышел и из этого положения. Взяв в передней большой черный зонт, он вышел прямо под хлыставший почем зря ливень в своей замечательной черной ливрее с идеально накрахмаленным воротничком. Какое чутье подсказало ему, что здесь и сейчас, и в такую мерзкую погоду, он встретит того, кто был ему нужен, нам неведомо. Удивительно, но, через каких–то пять минут стояния под непрекращающимся дождем, терпение Фитипальда было вознаграждено. Прямо из стены воды на него вышла фигура человека, который тщетно пытался прикрыться от небесных потоков, тонким свитером. Вид у бродяги был жалок. Он удивленно оглядывался по сторонам, явно не понимая, как его сюда занесло.
— Good evening, sir. Need you a job? [18] Добрый вечер, сэр. Вам нужна работа? (англ.)
— сказал Фитипальд таким тоном, и так невозмутимо, будто делал это предложение каждый день и всегда под проливным дождем.
Митрохин, у которого знание английского языка заканчивалось на уровне пятого класса средней школы, к своему вящему удивлению, вопрос дворецкого разобрал, и так же четко ответил.
— Йес.
Фитипальд, которому молодой человек импонировал своей молчаливостью, просто указал ему на бочонок виски и коротко сказал.
— To living room. [19] В гостиную (англ.)
Взвалив себе ношу на спину, Митрохин медленно поплелся за дворецким. Бочонок был тяжел и в нем все время булькало. Опера то и дело мотало из стороны в сторону. Проходя мимо деревянной лестницы уходящей куда–то вниз, Принц Ниитубе, жизнь которого за последние полчаса претерпела ряд весьма значительных изменений, почувствовал резкую боль в спине.
— Ой, — застонал он, ставя бочку на пол.
— Are you all right, sir? [20] У Вас всё в порядке, сэр? (англ.)
— Всё райт, — махая на учтивость дворецкого рукой и присаживаясь на край бочки, ответил Митрохин, — всё райт.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: