Стивен Прессфилд - Последняя из амазонок
- Название:Последняя из амазонок
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Э., Домино
- Год:2005
- Город:Москва, СПб
- ISBN:5-699-11830-6
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Стивен Прессфилд - Последняя из амазонок краткое содержание
«Последняя амазонка» — это герои, достойные «Илиады» Гомера, рассказ о войне, любви и мести, трагическая повесть о столкновении двух цивилизаций.
Последняя из амазонок - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
Дыхание струилось в воздухе паром. Вид Европы, охваченной экстазом, поверг меня в восхищение. Серебряная игла, пронзающая зелень деревьев, словно прокалывала тело сестры.
— Возьми меня с собой, сестра!
— Ты должна сохранить эту тайну. Слышала, о чём сегодня толковали мужчины?
Действительно, на рассвете сегодняшнего дня мы с Европой выбрались в город, где проходило собрание, и из маленькой рощицы возле холма Пникс вместе с женщинами, детьми и рабами, которым закон запрещал участвовать в обсуждении политических вопросов, слушали, как мужчины говорили о судьбе Селены и о мерах, которые необходимо предпринять в связи с её преступным побегом.
Возмущению не было предела, ведь бегство пленницы сопровождалось настоящей резнёй. Не успела ещё высохнуть кровь убитых, как ко всем их родичам мужского пола поспешили гонцы с печальным известием, в то время как женщины уже голосили и рвали на себе волосы над телами своих мужей, сыновей и братьев.
Неудивительно, что решение собрания было однозначным: седлать коней и готовить оружие. Командиром отряда преследователей назначили отца. Сборы, однако, оказались делом хлопотным и долгим. Пока доставляли припасы и раздавали оружие, первоначальный пыл основательно утих. Здравый смысл говорил, что вся эта затея совершенно нелепа: кто сможет настичь верховую амазонку, имеющую преимущество чуть ли не в полдня и скачущую во весь опор? Все понимали, что Селена будет гнать коня, пока тот не свалится, а потом украдёт другого, тогда как её преследователям придётся покупать или нанимать свежих лошадей у местных жителей, и без того раздражённых деяниями амазонки, не говоря уже о вооружённом отряде, ступившем на их землю без дозволения местных правителей.
Сам Тесей, после того как советники сообщили ему о случившемся, устранился от участия в погоне, заявив, что иные государственные дела — такие, как возрастающая дерзость некоторых мелких правителей, стремящихся отделиться от Афин и находивших себе сторонников даже в народном собрании, где царь уже не пользовался непререкаемой поддержкой, — гораздо важнее, нежели побег одной-единственной пленницы.
Прошёл день, и ещё один. Гнев поостыл, сменившись скорбью по погибшим и обычными для суеверного сельского люда толками о том, что всё случившееся следует рассматривать как знак немилости богов.
В конце концов, никто не мог, положа руку на сердце, заявить, что погибшие пали безвинно. Стало быть, имелась возможность объявить, что Селена учинила свою расправу с соизволения небес. Разумеется, родные и близкие убитых ею людей по-прежнему жаждали отмщения, но все они были бедны и не знатны, а потому и думать не могли о том, чтобы организовать погоню самостоятельно. Ну а большинство свободных граждан укрепилось в той мысли, что чем скорее все забудут о кровавом побеге обезумевшей пленницы, тем будет лучше.
Правда, среди тех, кто не оставил идею отомстить Селене, имелись и могущественные люди. Так, Ликос, сын Пандиона и брат Эгея, отца Тесея, считал, что трон Афин по праву должен принадлежать ему, а потому, равно как и по некоторым иным причинам, затаил на племянника злобу. Этот человек усмотрел в истории с беглой амазонкой возможность навредить своему врагу. Поэтому, имея своей целью настроить народ против царя, он выступил на собрании с пламенной речью. Подобное преступление, заявил он, оставшись безнаказанным, непременно вдохновит на дальнейшие злодеяния, причём не только мужчин и юношей, способных лишь на безобидное удальство, но и женщин, ищущих случая проявить свою гнусную природу.
Это задело чувствительные струны, ибо какой муж и домовладелец — а Ликос взывал к чувствам свободных мужчин, имевших голос в собрании, — мог спать спокойно, зная, что пленница сбежала целой и невредимой в чужие земли, пронзив нескольких их сограждан смертоносными дротиками и стрелами!
Оратор напомнил своим слушателям о той ужасной поре, когда — всего несколько поколений назад! — распущенность женщин была столь велика, что ни один мужчина не мог с полной уверенностью считать себя отцом сына, рождённого его женщиной. Хвала богам, здесь, в Афинах, мудрый царь Кекроп [3] Кекроп — легендарный афинский царь, порождение земли, получеловек-полузмея.
учредил брачные законы, положившие конец женскому распутству, и в соответствии с волей небес установил порядок наследования собственности от отца к сыну.
— О мужи афинские, — разорялся Ликос, — позор падёт на головы наши, если Афины, город, где боги впервые привязали женщину к мужчине священными узами, станет местом ниспровержения этого порядка! Именно здесь божественная Деметра впервые научила человека взращивать плоды земные. Пращурам нашим открыла она тайну обработки земли и разведения скота, и благодаря сим искусствам, которыми наши предки безвозмездно поделились со всем остальным миром, род человеческий возвысился из дикости. Именно здесь наши предки заложили основы двух столпов цивилизации — сельского хозяйства и единобрачия. Так неужели мы, их сыны, допустим, чтобы и то и другое было попрано столь постыдно? Допустить, чтобы убийство свободных граждан сошло с рук презренной дикарке, — это всё равно что презреть блага жизни под управлением мудрых законов и, покинув город, погрязнуть в трясине варварства!
Тогда, как и ныне, собрания, проводившиеся под председательством царя, проходили на открытом воздухе, на площади у холма Пникс, со склона которого выступали ораторы. С этой выгодной позиции Ликос широким жестом обвёл южные, северные и западные кварталы города, напоминая соотечественникам о жестокой осаде, имевшей место всего лишь поколение назад.
— О, мужи афинские, неужто ваша память столь коротка? Если так, то позвольте напомнить вам, что не так уж давно дикая орда амазонок устроила здесь своё становище. Они и их союзники-варвары грелись у костров, в которых горели доски, выломанные из стен наших жилищ! Не они ли гнали нас перед собой до самых стен Акрополя, ибо войско их, подкреплённое отрядами диких скифов, фракийцев, иссидонов, черноплащников, народа башен, массагетов и тиссагетов, раскрашенных траллов, львиногривых стримонов, достигало в глубину двадцати рядов; всего же в этом войске, с его гоплитами [4] Гоплит — тяжеловооруженный пехотинец.
и всадниками, лучниками и пращниками, насчитывалось тридцать тысяч свирепых варваров. Горели наши городские дома, и сельские угодья наши подверглись разорению, ибо, пока мы умирали от голода и жажды за каменной стеной и деревянным частоколом, они опустошали весь край, от Элевсина до Акарнании. Ужель вы забыли об этом, мужи афинские? Ужель эта мелочь ускользнула из вашей памяти?
Интервал:
Закладка: