Николай Гревцов - Синие глаза (рассказы)
- Название:Синие глаза (рассказы)
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Донбасс
- Год:1965
- Город:Донецк
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Николай Гревцов - Синие глаза (рассказы) краткое содержание
В книге Николая Гревцова «Синие глаза» собраны рассказы на морально-этические темы и рассказы, посвященные Великой Отечественной войне.
Круг тем и проблем, которые затрагивает автор, весьма обширен: это вопросы чести и долга, стойкости, дружбы, любви.
Писатель показывает сложность и глубину взаимоотношений между людьми, благородство и искренность их поступков, мужество, героизм и преданность в годину тяжелых испытаний.
Синие глаза (рассказы) - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
И вроде бы не сказал он ничего особенного. Действительно откровение: на земле лучше, чем под землей. И тем не менее слова шахтера почему-то задели Петра, и он поймал себя на мысли, что завидует убежденности этого парня в правильности своих поступков.
К школе Петр подошел около восьми часов. «Действительно, какое хорошее новое здание. А что тут было раньше? Пустырь. Каких-нибудь три года назад он проезжал здесь на «Красную звезду», а как за эти годы неузнаваемо изменился поселок. Так вот и все меняется… Любопытно: а Людмила и теперь также увлеченно говорит о поэзии?.. Помнит ли симоновские стихи? Когда-то ведь мы наперебой читали их друг другу:
Искал хотя б прохожую,
Далекую, неверную,
Хоть на тебя похожую…
Такой и нет наверное…
Людмила, казалось, не шла, а бежала. И от ее быстрых и легких шагов еще томительнее сжалось сердце Петра.
Не забыла!
Да, Людмила не забыла.
Она, несомненно, помнила все. Но как действительно добрые, отзывчивые и честные люди, Людмила прежде всего помнила хорошее.
Пусть нелегко сложилась ее жизнь, опаленная беспощадным огнем войны. Но она не ожесточилась, не зачерствела сердцем, не растеряла светлую веру в глубину и искренность человеческих чувств. Быть может, лучше многих других Людмила знала: в жизни есть немало тяжелого, плохого, гадкого. И все же она никогда не сомневалась в том, что жизнь прекрасна, а подавляющее большинство людей — хорошие, честные, благородные люди.
И она, конечно, была права. Ведь даже в трамвае и часы пик, когда тебя со всех сторон толкают, жмут, наступают на ноги — полно хороших людей.
Сколько крови, если говорить откровенно, попортил Людмиле ну хотя бы Витя Стародуб — этот веснушчатый, задиристый мальчуган из шестого «Б». И тем не менее, когда на педсовете встал вопрос об исключении Стародуба из школы, Людмила первая вступилась за него. У хулиганистого парнишки не отымешь смелости, любознательности, интереса к технике. Кто знает, быть может, именно ему суждено стать одним из тех, кто первым полетит открывать неведомые человечеству миры. Вырастет, поумнеет, остепенится и будет хорошим, уважаемым всеми человеком.
Встреча с Петром ошеломила Людмилу. Она давно уже не только смирилась с мыслью о безвозвратной потере, но и твердо решила: если когда-либо придется встретиться с Петром, она ни словом не обмолвится о прошлом. Былое — умерло, возврата к нему быть не может. Мало ли что волнует человека в юности; каждой поре присущи свои радости, свои ошибки, свои порывы и свои заблуждения.
Сейчас жизнь обрела определенность, вошла, как говорится, в берега. Смешными и наивными кажутся мечты и желания семнадцатилетней девушки, некогда влюбленной в молодого лейтенанта.
И тем не менее, придя домой после встречи с Петром, Людмила долго не могла заснуть. Спала беспокойно, тревожно. Еще сильнее чем обычно щемило сердце от сознания, что до сих пор нет у них с Сергеем детей…
— Ты знаешь, я весь день сама не своя. И время как будто остановилось. Думала, никогда не дождусь восьми часов.
С болезненным любопытством смотрел Петр на Людмилу, слушал ее взволнованный голос и чувствовал, что не находит в ответ искренних и простых слов.
О том, что он познакомился с ее мужем, Петр решил не говорить. Сказать о Самсонове несколько теплых слов, похвалить его — к чему? Людмила сама хорошо знает цену этому человеку. К тому же что ни говори, а обидно и больно: не ты, а он близкий Людмиле человек.
— Ты любишь мужа? Счастлива?
— Сергей очень хороший человек. Не я одна — все так считают. Знаешь, пожалуй, лишь с годами, когда все внешнее отходит на второй план, начинаешь правильно оценивать людей… Ну, а ты как?
— Радоваться, если честно сказать, нечему. Никто, правда, в этом, кроме меня самого, не виноват… Кстати, тебе никогда не попадала в руки репродукция моей картины «Юность не забывается»?
Людмила медленно покачала головой.
— Нет, я ее не видела.
— Жаль… Юность действительно не забывается.
Людмила идет рядом, молчит, задумчиво склонив голову.
О чем думает она сейчас? Что вспоминает?
— Ну, вот мы и пришли, — Людмила остановилась, и вместе с ней остановился Петр.
Они стояли на одной из аллеек пустынного сквера. Густо разросшиеся кусты желтой акации скрывали редких прохожих на улице. Откуда-то издалека, видимо, из репродуктора у Дворца культуры, доносилась музыка.
— Ты, наверное, устала после уроков? Ведь весь день на ногах.
— Нет, ничего… Но, понимаешь… — Людмила несколько замялась. — Я бы пригласила тебя к себе, но не знаю, удобно ли. Муж уехал и вернется только завтра.
«Знаю, все знаю», — хотел сказать Петр. Но вместо этого — и он часто позже задавал себе вопрос: «Почему?» — он спросил:
— Значит, ты сегодня одна?
Едва заметно и как-то задумчиво-грустно Людмила кивнула.
— Вчера я не сказала ему, что встретила тебя. А утром он рано ушел на работу — как всегда тихо, стараясь не разбудить меня.
Колышутся под ветром ветви, словно шепчутся, доверяя друг другу свои самые сокровенные мысли.
— Как найти тебя, Люда?
— Я почти весь день в школе.
— А живешь где?
Людмила смущенно улыбнулась.
— Вон мой дом, — она показала рукой. — Первый от угла подъезд, второй этаж, дверь налево. Впрочем, давай зайдем, посидим. Я согрею чай.
Петр видит глаза женщины, в них растерянность, смятение, боль.
Нет, она не забыла первой любви. И хотя она прекрасно понимает, что уже поздно, не нужно, нельзя давать волю сердцу — сможет ли?
— Милая, — Петр взял в свою холодную руку женщины и прижался к ней губами. И вновь увидел широко открытые, испуганные и в то же время теплящиеся неповторимой женской лаской глаза. На мгновение вспомнились другие глаза: иногда ласковые и веселые, но чаще злые и холодные глаза жены, вспомнились внимательные, умные глаза Самсонова…
«Нет, нет… Только не так… не дав ни ей, ни себе одуматься… А сейчас… что-то надо придумать… Да, да…»
— Я так спешил к тебе… не успел позвонить в Союз… А мне обязательно и срочно надо позвонить туда. Может статься, что мне даже придется сегодня же уехать.
— Сегодня?
— Да. Из общежития позвоню — я уже договорился…
— От нас автобусы уже не ходят. Так что ты попроси начальника шахты дать машину до города. А оттуда уехать легче. Там много автобусов — и из Луганска, и из Ростова, и из Красного Луча…
— Если придется — позвоню. Ну, а ты… будешь дома? Весь вечер?
— Да, я иду домой…
— На всякий случай — до свидания. Желаю тебе самого лучшего. Ну, а если не уеду… зайти можно? Где ты живешь — я теперь знаю.
— Счастливо тебе, Петр.
«Не слышать вопроса она не могла. Почему же она ничего не сказала?»
Людмила пальцами коснулась руки Петра и быстро пошла по аллее. Растерянным взглядом Петр проводил удаляющуюся легкую фигуру, потом машинально достал из кармана коробку папирос и, закурив, медленно пошел в другую сторону.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: