Уильям Глэдстоун - Двенадцать

Дорога в клубах пыли была немощеной, вся в выбоинах, доподлинное родео для погнавшихся за дешевизной молодцов на крыше, которым сейчас, наверное, было не до шуток. Пассажиры оказались в основном жителями окрестных деревень, расположенных вокруг озера Титикака, — если вдуматься, самых что ни на есть исконных земель коренных народов, в том числе и легендарных инков, долгие века державших под своим владычеством Анды, да и вообще всю Южную Америку.

На испанском они и не говорили, только на местных диалектах аймара и кечуа. Многие сейчас держали путь на двухдневный этнофестиваль, проводившийся в августе. Там они будут играть на тех же инструментах, петь те же протяжные песни, исполнять те же ритуальные танцы, что некогда и их деды-прадеды, а то и более далекие предки из незапамятной древности.

Коренные народы здесь верили в священность жизни как таковой, поклоняясь камням, деревьям и не видя особой разницы между одушевленными и неодушевленными предметами. Для них жизнь наличествует во всем, чего ни коснись, а время, в их понимании, подвластно лишь звукосочетаниям их ритуальной музыки. И вот эти люди ехали в сладком предвкушении безраздельной оргии песен, плясок, кукурузного пива чичи и листьев коки.

Многие уже и в машину сели малость обкуренные или под хмельком. Хорошо, если водитель не из их числа.

На въезде из Перу в Боливию Макс попросил было водителя остановиться, чтобы пограничники поставили им штампы в паспортах. Но тот лишь отмахнулся и сказал, что они этим не занимаются.

— Тут у нас народ толпами в оба конца валит, — пояснил шофер. — Сейчас они едут сюда, а завтра, как напляшутся, хлынут обратно. Тут все друг друга знают как облупленных. И постовые видят, что все хорошо.

Максу с Рольфом это объяснение показалось резонным, и спорить они не стали.

Через пару часов «фольксваген» прибыл в конечный пункт, на берег озера Титикака, что возле Копакабаны. Было уже около полуночи, но толпы народа как ни в чем не бывало разгуливали по пляжам и плазам города, где всех полонили зрелищные действа с музыкой и плясками. Флейты и струнные нагнетали такую радужную атмосферу, что ноги сами просились в пляс, однако не с лихим самозабвением бразильских карнавалов, а с оттенком некой углубленной задумчивости, с мистически легкой грустинкой, передающей саму сущность этого неунывающего и гордого, но все же покоренного народа.

Мужчины и женщины ходили, сидели и лежали, завернувшись в яркие домотканые одеяла и пончо из шерсти ламы или овец, украшенные орнаментом. Женщины все без исключения носили шляпы всевозможных форм и размеров. Каждый городок здесь распознавался по неповторимому фасону шляп. Как раз он обозначал здесь и родовое, и территориальное происхождение, и даже цель приезда.

Влившись в людской водоворот музыки и движения, Макс с Рольфом двигались в этой диковинной, наэлектризованной атмосфере как сомнамбулы. Не присаживаясь, они успели отведать и жареной кукурузы, и мяса морских свинок, и прочих деликатесов, которыми в изобилии торговали уличные продавцы. Сна не было ни в одном глазу.

Все гостиницы были переполнены, так что ночевать приезжим пришлось на фермерском подворье. Хозяин пустил их в хлев с альпака, настелив там соломы и подбросив еще пару цветастых одеял.

Рольф решил, что из них выйдут славнейшие пончо, а так как для преодоления горного перевала, через который только и можно было попасть в джунгли, им все равно требовалась теплая одежда, они назавтра купили эти одеяла у фермера за символическую сумму.

Утром, уже в своих расписных пончо, они снова наведались в центр городка. Вдобавок к этому парни обзавелись еще и мексиканскими сомбреро, так что вид теперь имели довольно аляповатый — типичные гринго, наивно рассчитывающие слиться с местным колоритом.

Слоняясь по пляжу, они случайно набрели на двух хорошеньких хохотушек, по виду старшеклассниц, приехавших, как выяснилось, с родителями и друзьями из Ла-Паса на фестиваль. Сейчас они дожидались, когда за ними приедет школьный автобус и отвезет обратно в столицу.

По ходу разговора завязался легкий флирт. Для девушек эти двое гринго были все равно что инопланетяне. Рольф с Максом, к счастью для себя, оказались приглашены проехаться на автобусе до Ла-Паса. Уговаривать их, разумеется, не пришлось, а уж с такими симпатичными спутницами и подавно.

Переночевав все у того же радушного хозяина в хлеву, наши путешественники с рассветом уже усаживались на школьный автобус. Поездка прошла без приключений, даром что по дороге в город путникам пришлось миновать добрый десяток пропускных пунктов. Постовые там неизменно узнавали и автобус, и водителя, а потому лишь махали на дорожку.

В Ла-Пас гринго приехали под вечер, сердечно распрощались со своими попутчицами и их родителями и решили тормознуть в уличном кафе возле автовокзала. Рольф, как уроженец Голландии, обожал пиво, а боливийский лагер, сваренный по немецкой технологии и чуть ли не выходцами из Третьего рейха, оказался просто великолепным.

Вода из чистейших горных источников Анд плюс ингредиенты и умение пивоваров давали в итоге отменный напиток, разлитый по бутылкам вдвое большего объема, чем его американский собрат.

— O-о, — рычал от удовольствия Рольф. — Давно я такого не пробовал. Пожалуй, получше будет перуанского «Arequipeño».

Они тут же заказали еще по одной.

— Пожалуй, ты прав, — с видом эксперта согласился Макс, сделал большой глоток и тут же чуть не поперхнулся. — Э! — вскрикнул он, вскакивая из-за столика. — Это же Арчи Бенсон! Вон он, гляди! — голосил он и неистово махал руками, чтобы привлечь внимание. — Арчи, Арчи! Давай сюда! Ты откуда тут взялся? — изумленно и радостно приветствовал парень своего давнего приятеля, подошедшего к их столику с девушкой весьма привлекательной наружности.

Когда все меж собой перезнакомились, Арчи стал рассказывать:

— Макс, ты, кажется, еще не знаком с моей женой? С Элизабет мы поженились в июне, как раз после сессии. Ну и вот, приехали в Южную Америку по исследовательской линии ЮНЕСКО. Работы в проекте как раз на весь осенний семестр. А ты-то здесь какими судьбами? — в свою очередь полюбопытствовал он.

— Да так, разъезжаем себе, — с растерянной улыбкой сказал Макс. — Тут вот Рольф думает поохотиться на ягуаров. В Юнгасе.

— В Юнгасе? — удивился Арчи. — Мы сами только что оттуда. Мой вам совет. Чтоб туда попасть, лучше всего влезть на так называемый банановый челнок. Это такой грузовичок, снует туда-сюда по джунглям с бананами, точнее, в одну сторону с грузом, а обратно, назавтра, порожняком. Местные прыгают на него. Так за считаные гроши можно доехать до конца маршрута, в Каранави. Городишко так себе, захолустный. Ну а там, думаю, любому аборигену будет за счастье поводить вас охотничьими тропами.