Игорь Оськин - У нас была Великая Эпоха
- Название:У нас была Великая Эпоха
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:неизвестен
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Игорь Оськин - У нас была Великая Эпоха краткое содержание
Автор дает историю жизненного пути советского русского – только факты, только правду, ничего кроме, опираясь на документальные источники: дневники, письменные и устные воспоминания рядового гражданина России, биографию которого можно считать вполне типичной. Конечно, самой типичной могла бы считаться судьба простого рабочего, а не инженера. Но, во-первых, их объединяет общий статус наемных работников, то есть большинства народа, а во-вторых, жизнь этого конкретного инженера столь разнообразна, что позволяет полнее раскрыть тему.
Жизнь народных людей не документируется и со временем покрывается тайной. Теперь уже многие не понимают, как жили русские люди сто или даже пятьдесят лет назад.
Хотя источников много, но – о жизни знаменитостей. Они и их летописцы преподносят жуткие откровения – о падениях и взлетах, о предательстве и подлости. Народу интересно, но едва ли полезно как опыт жизни. Политики, артисты, писатели живут и зарабатывают по-своему, не так как все, они – малая и особая часть народа.
Автор своим сочинением хочет принести пользу человечеству. В то же время сильно сомневается. Даже скорее уверен – не было и не будет пользы от призывов и нравоучений. Лучшие люди прошлого уповали на лучшее будущее: скорбели о страданиях народа в голоде и холоде, призывали к добру и общему благу. Что бы чувствовали такие светочи как Толстой, Достоевский, Чехов и другие, если бы знали, что после них еще будут мировые войны, Освенцим, Хиросима, Вьетнам, Югославия…
И все-таки автор оставляет за собой маленькую надежду на то, что его записи о промелькнувшей в истории советской эпохе когда-нибудь и кому-нибудь пригодятся в будущем. Об этом времени некоторые изъясняются даже таким лозунгом: «У нас была Великая Эпоха!»
У нас была Великая Эпоха - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
Колесов по-прежнему отрицательно относился к пьяницам, он их не уважает. Но в компаниях не отделялся от коллектива, пил в меру. Когда же перебирал сверх меры, обнаружил в себе некую палочку-выручалочку: его организм так страдал от перебора, что охота к выпивке отбивалась: наутро – навсегда, через неделю – на один-два месяца. Жаловался приятелям:
— Хочу приучиться к культурному питию: вино, ликеры. Но – не получается, от них сердце сжимается. Надо бы к врачу обратиться, но, думаю, меня не поймут.
— Пей водку.
Он так и сделал. И еще немного ерничал:
— Я из-за слабого здоровья остался порядочным человеком, не спился.
Наследственной тяги, по его данным, не просматривалось. А от приобретенной защищали идейные нормы. Партия и правительство были против пьянства, литературные и киношные герои, «делать жизнь с кого», в советское время на экране и в книгах не пили. Друзья-товарищи пили в меру.
Впоследствии к нему пришла благая весть от английских врачей: можно и даже полезно ежедневно пить небольшие дозы – 25 грамм спирта или 50 водки и т. п.
Это же подтвердил советский авторитет Чазов, но добавил, что русским нельзя это говорить, они на этих дозах не остановятся.
Гласность и свобода слова принесли новые данные по проблеме. Из мемуаров, очерков о передовых людях выяснялось, что пили они много, опускались низко, жили гадко и недолго. При всем при том успевали что-то сотворить.
Гоголь постоянно напоминал ему: посмотри на Плюшкина – был благородным человеком и так низко опустился. Гоголь призывал: «Забирайте же с собою в путь, выходя из мягких юношеских лет в суровое ожесточающее мужество, забирайте с собою все человеческие движения, не оставляйте их на дороге, не подымете потом! Грозна, страшна грядущая впереди старость, и ничего не отдает назад и обратно!»
Сын.Он родился с оттопыренными ушами. Случайная мутация, отклонение от наследственности, у предков такого не было. «Опасное чувство – ощущать себя неполноценным». Решились на пластическую операцию. Двенадцатилетний сын согласился сразу. Выйдя через два дня из больницы, ткнулся со слезами в папину грудь.
Сплоченность со сверстниками оказалась у него на первом месте. В школе сложилась пятерка его друзей. Хорошие ребята, дружба на всю жизнь.
Друзья курят, и сын с ними. Сильно обидел некурящего отца.
Друзья сына выпивают – вроде бы как все. Сломался только один, спился вместе с подругой и помер в 47 лет.
Первое впечатление по поводу выпивки потрясло папу. Сыну было 18 лет, он стоял около парадной, шатался, с пьяной улыбкой умиления разговаривал с детьми. Папа подходил к дому, издали увидел, у него перехватило дыхание – до слез, он свернул за дом. Когда через полчаса пришел домой, сын был уже тут – его привели соседки. В запои он впадал систематически.
С детства сын приучился постоянно сидеть перед телевизором. Наверно, отсюда – желание податься в журналистику. Ходил в кружок при детской и юношеской городских газетах. Папа ненавязчиво упоминал о продажности, как атрибуте этой профессии, умолчал о другом – о требуемых способностях и пробивной силе.
После школы (в аттестате много троек) сын пытался поступить в университет Ленина и Путина, не прошел, год проучился на оператора ЭВМ, немного поработал, подошел срок призыва в армию. Мама Алла настояла и вытолкала – иди, потом будешь свободен.
Морская пехота в Севастополе, поход на корабле через Босфор и Дарданеллы, учебная беготня по пескам Сирии. Обошлось без дедовщины – все ребята одного года призыва.
После армии – сборщик электроники на заводе. Нашел лазейку в вуз – внеконкурсную квоту для рабочей молодежи по направлению завода. Папа обещал денежную помощь – на жизнь до окончания учебы.
Он поступил на исторический факультет педагогического института. «Благородное дело, — умилился папа, — денег мало, но зато – дети». Зря умилялся – он не пошел в учителя. Вероятно, было заранее задумано таким путем пробиться все туда же – в журналистику. Чем и занимается до сих пор. Печатает заметки в городских газетах, мелькал иногда на радио и телевидении. Ведет внешкольные занятия – кружки журналистики. Работает в частной школе, но сам не преподает, занимается организационными делами. Тут-то и возникло подозрение: а есть ли у него диплом? Или только справка об учебе в вузе? Показать диплом категорически отказался.
Колесов испытал катарсис без очищения, когда на прогулке в парке Алла сказала о предстоящей женитьбе сына, о том, что невеста Света со слезами просила его: «У меня не может быть детей, но я тебя умоляю – не бросай меня».
Колесов остановился и заплакал. Не навзрыд, но слезы потекли. «Слабая нервная система». Момент истины – тупик: любовь, сын без детей и они без внуков. Убиение животного инстинкта.
Сын поселился в двухкомнатной квартире двух сестер, младшая жила с мужем и ребенком. Несколько раз Света вызывала его, свекра, к пьяному Андрею, затем он перестал приходить. Бесполезно и ужасно. Пьянея, сын переходит в то состояние, которое присуще так называемым простым людям, — в другое измерение и пространство, где нет логики и где обсуждается классическое: «ты меня уважаешь?» Через три года Света развелась с Андреем.
Андрей жил в пустующей комнате тети Вали, теперь дяди Лени. Ему соседи и пожаловались: твой племянник пьет, не убирает. Дядя Леня попросил освободить комнату.
Нашли сдаваемую комнату, папа давал сыну деньги на оплату, вскоре хозяева стали жаловаться – не платит.
«Да, расслабился я с квартирным вопросом, — размышлял Колесов, — а что делать? В нашем НИИ квартир не дают. Переходить на завод? Другой образ жизни, меньшая добавку за ученую степень. Жилкооператив?»
Пример был перед глазами: тетя Нина с мужем. Зарплата по 150–200 рублей на каждого, первый взнос в 400 рублей одолжили у друга, цена всей двухкомнатной квартиры составила 4000 рублей в рассрочку на 15 лет. Таким образом, их ежемесячный взнос составлял пять процентов месячного дохода.
Терпимо, однако у него нет прав на кооператив: имеющаяся площадь превышает норму на 1,5 квадратных метра.
Оставалось одно – купить. Рынок-то и раньше был. Один умелец на обменах с доплатой сделал из маленькой комнаты отдельную «двушку», правда, за несколько лет. На этом рынке работали уличные биржи, черные маклеры, действовали тарифы доплат и правила оплаты под честное слово – все это неофициально, на поддержании нужного всем рынка.
По этим правилам он и начал действовать. Разделил прописку (регистрацию) на две части: в одной комнате трое, в другой один из детей. Районная власть разрешила раздел (спохватилась через пару лет, стала запрещать). Нашли прекрасный вариант: комнату на Староневском проспекте, в двухкомнатной квартире старой застройки, с высокими потолками, с огромной кухней. Молодая семья собралась уезжать из Питера, фактически продавала комнату. Цена – 100 тысяч рублей, двести его зарплат в НИИ или сто тогдашних его зарплат в малом бизнесе, 700 долларов по государственному курсу.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: