Алина Солнцева - Стезя героев: сомнение

Разговор с бывшим повелителем мира мёртвых не станет же актом недоверия?

Фалберт вздохнул с облегчением.

– Хорошо… спасибо

Дарующий пламя кивнул. Развернулся и шагнул к двери в мир людей. Не следовало терять ни минуты. Неясная тревога теплилась внутри, как бы он ни старался её погасить.

– И скажи ему, чтобы они с Вероникой поторопились! – крикнул вдогонку бог света.

Дарующий пламя обернулся на мгновение.

– Собери остальных, – велел он и шагнул за дверь.

Ночной Санктум встречал бога огня приятной прохладой. Асфальт был мокрым от дождя, пахло травой и цветами. Аден зажмурился и вдохнул полной грудью, будто мог впитать в себя спокойствие и безмятежность спящего города, которых ему так не хватало.

Дом, предоставленный Деланею, ничем не отличался от окружающих, будто бог тьмы провёл здесь всю жизнь, а не поселился пару недель назад. Небольшое двухэтажное здание на несколько комнат, выкрашенные белой краской стены, крыша в тон. В этом городе вообще любили белый цвет – возможно, так проявлялось в реальность наставление героям. В окне угловой комнаты горел свет, в отсветах которого можно было рассмотреть розовые кусты и невысокий зелёный забор, примерно по пояс Адену.

Увиденное обезоружило. Бог огня растерянно смотрел на трепетавшие на прохладном ветру листочки. Интересно, каково это – сменить Мир грёз на человеческий? Может быть, оно не так плохо? Особенно если есть ради кого…

– Любуешься? – послышался насмешливый голос бывшего бога тьмы. Аден вздрогнул и поднял взгляд. Он и не заметил, как Деланей вышел на крыльцо.

– Твоя работа? – бог огня кивнул на кусты.

– Что-то вроде того. Одна из наставниц сказала, что нельзя оставлять пустым участок возле дома, а то такая же пустота воцарится в душе. Она нередко говорит странные вещи, но это было самым странным.

– Люди такое умеют, – усмехнулся Аден.

На мгновение он даже забыл, зачем пришёл. Мысль о том, что бог может жить, как человек, неожиданно показалась приятной на вкус. Слишком приятной, и это пугало.

– Что-то случилось? – спросил Деланей.

Да, верно. Надо сосредоточиться на происходящем. Сиири, возможно, нужна помощь. Соберись.

– Кое-что происходит, – кивнул Аден. – Мы надеялись, что ты сможешь дать совет.

Деланей пожал плечами. В глубине серых глаз мелькнула тоска, но он сразу же попытался её скрыть.

– Возможно. Зайдёшь?

– Не откажусь.

Часы, висевшие на стене в коридоре, показывали пять минут второго. Аден вспомнил, что Фалберт разбудил и Элиота в это же время. На мгновение ему стало стыдно – боги не нуждались во сне, а потому забывали, что он нужен людям. Наверное, стоило завести в Мире грёз часы, настроенные на время Санктума, и сверяться с ними прежде, чем обращаться в человеческий мир.

Деланей прошёл на небольшую кухню и жестом предложил гостю последовать за ним. Быстро, словно делал это каждый день, налил воды в электрический чайник и щёлкнул выключателем. Тот противно зашумел, словно был недоволен тем, что его побеспокоили. Деланей достал пару кружек, в каждую бросил пакетик чая.

– Один из наставников говорит, что чай в пакетиках – жуткая гадость, – бывший бог тьмы виновато улыбнулся. – А мне кажется, это очень удобно, не надо возиться с заваркой.

Аден пожал плечами. Удивительно, как быстро Деланей привык к миру людей, даже перенял некоторые привычки – например, угощать гостей чаем. Боги не нуждались и в пище, и в воде, хотя и могли есть и пить наравне с людьми.

– Я не вижу разницы.

– Вот и прекрасно.

Воцарилась неловкая тишина, нарушаемая лишь шумом возмущённого чайника.

Аден оглянулся по сторонам. Про такие дома люди говорили: «сразу видно, что здесь живёт холостяк». Что-то похожее он видел в человеческих фильмах про студентов или молодёжь.

Удивительно, как можно умудриться захламить такое узкое пространство. В раковине в беспорядке свалена грязная посуда, на обеденном столе – печенье и хлеб, рядом выстроились разномастные кружки. На белом холодильнике вывешены поразительно ровными рядами разноцветные листки для заметок, исписанные разными почерками. Единственный кусочек порядка в океане хаоса. Сколько бог огня ни вглядывался, рассмотреть текст не мог – слишком близко друг к другу лепились строчки.

– Домашнее задание? – Аден кивнул в сторону холодильника.

Деланей на мгновение оглянулся.

– Что-то вроде того, – усмехнулся он. – Напоминания о том, что надо делать по дому. Сложно привыкнуть мыть посуду или убираться, если никогда этого не делал.

Послышался щелчок, шум стих. Бывший бог тьмы разлил кипяток по чашкам и поставил чайник на место.

– Теперь надо подождать две-три минуты, чтобы заварился, – кивнул он и обернулся к Адену. – Ты, кажется, хотел спросить совета?

Бог огня растерялся. Такой Деланей, сумевший привыкнуть к человеческой жизни, на мгновение выбил его из колеи. В этом было что-то живое, настоящее, не принадлежавшее фальшиво блестящему Миру грёз. Не потому ли боги всеми силами стремились к связи с людьми? Прикоснуться к жизни. Настоящей, тёплой, яркой, но короткой жизни.

– Да, совет. Точно, – Аден покачал головой, отгоняя наваждение. – В мире мёртвых творятся странные вещи. Мы отправили туда разведчиков, и те доложили, что души просто ходят друг к другу в гости…

Деланей побледнел. Аден на мгновение ощутил укол страха – не упадёт ли он в обморок?

– Они очнулись ото сна? – еле слышно спросил бывший бог тьмы.

– Наверное, – Дарующий пламя пожал плечами. – Ты же знаешь, я в этом не разбираюсь.

– Если они покинули свои дома, значит, очнулись, – задумчиво проговорил Деланей. – Это очень плохая новость.

– Ничего не понимаю. Объясни, пожалуйста.

Деланей рассеянно кивнул. Отодвинул от стены два табурета. На один опустился сам, другой жестом предложил гостю. Аден устроился напротив бывшего бога тьмы и облокотился на стол. Деланей пододвинул к гостю дымящуюся кружку с чаем и взял свою.

– Не знаю, с чего начать, – медленно заговорил он. – Видишь ли, души людей замирают во времени в момент смерти. Мысли, чувства, воспоминания – всё остаётся в стазисе, раз и навсегда. Они не видят ничего, кроме себя и своих желаний, не могут думать наперёд или беспокоиться об окружающих. Можно сказать, что они снова становятся детьми. Они опасны для самих себя.

Бог тьмы сделал глоток чая. Поморщился.

– Опять сахар забыл. Тебе насыпать?

– Не знаю. Я уже забыл, что такое чай, а ты про сахар спрашиваешь…

И как можно беспокоиться о такой ерунде? Аден нетерпеливо побарабанил пальцами по столу.

– Попробуй, тебе понравится, – Деланей отставил кружку в сторону. – Так вот, чтобы уберечь мёртвые души от самих себя, на заре времён я создал особый сон и наделял им каждого. Во сне человек получает то, чего хочет больше всего. Исполнение самых смелых желаний, возвращение погибших близких, не знаю… каждому своё. Мне помог в этом Создатель, он же и привязал сон к моим способностям. Получалось, что мой Дар мог создать сон для человека или для места. Для надёжности я, а затем и Джина, делали и так, и так.