Анатолий Адамишин - Белое солнце Анголы
- Название:Белое солнце Анголы
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Вагриус
- Год:2001
- Город:Москва
- ISBN:5-264-00686-5
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Анатолий Адамишин - Белое солнце Анголы краткое содержание
Белое солнце Анголы - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
Самое веселое, что к переменам это не привело. Записка в ЦК, которую на основании этого заседания мы подготовили, пролежав там какое-то время, была возвращена обратно. Решение, которое санкционировало бы то, о чем вроде договорились на комиссии, — не безоговорочная, как прежде, военная поддержка Менгисту, который все больше терял реальную власть, не ставка на победу в гражданской войне, а поиск компромисса — принято не было. Люди, исходившие из того, что идеологические соображения, ориентация на «естественного союзника социалистического лагеря», каким была в их глазах менгистовская Эфиопия, важнее, чем реальная политика, эти люди могли еще влиять на ситуацию. Особенно когда такие действия прикрывались фактической анонимностью. Никто тебе не объяснял, почему вдруг «решение не вышло». А возможно, сами наши перестроечные лидеры не захотели открывать еще один фронт с ортодоксами и быть обвиненными еще и в «предательстве эфиопской революции» и пособничестве сепаратистам.
Кончилось это, как известно, нашим тяжелым фиаско. Менгисту потерпел поражение, спасся бегством на самолете к своему другу Мугабе от входивших в мае 1991 года в Аддис-Абебу тиграйцев (спешно должны были эвакуироваться, кстати, и сотни наших военных). Эритрея получила независимость, за которую так долго воевала. Лидер тиграйцев Мелес Зенаи на данный момент (2000 год) — премьер-министр Эфиопии.
Чтобы не заканчивать эту главку на невеселой ноте, расскажу одну историю. Готовился очередной визит Менгисту Хайле Мариама в Москву. По мидовскому обыкновению, мы подняли архивные материалы, в том числе дореволюционного времени, когда в Санкт-Петербург должен был приехать глава эфиопского государства. «Памятка к беседам», как назвали бы ее по сегодняшней терминологии, подготовленная для Николая II. В верхнем левом углу — начертанная синим, начальственным во все времена, карандашом косая строка: «Неужели ничего не просит?» К тому, чей визит готовили мы, это, к сожалению, не относилось.
На старт!
Возвращаемся к урегулированию на Юго-Западе Африки. Его заключительная стадия началась трехсторонней встречей Ангола — Куба — ЮАР при посредничестве США в Лондоне 2 мая 1988 года. Ее, однако, можно было бы смело назвать четырехсторонней, ибо США не только посредничали, но и, по сути дела, непосредственно участвовали и в самом конфликте, и в определении условий его решения. В своих внутренних документах мы, собственно, так ее и называли — «четырехсторонние переговоры».
Это было уже нечто похожее на реальный прорыв. Накануне я встретился в Лондоне с Ч. Крокером. Официально это называлось «советско-американские рабочие контакты, проводимые в порядке подготовки очередной встречи на высшем уровне». Она должна была состояться через какое-то время в Москве.
В Лондоне у меня была еще одна миссия — проинформировать министра иностранных дел Великобритании сэра Джеффри Хау о только что подписанном соглашении по Афганистану: наши войска уходили, наконец, из этой страны. Начала затягиваться кровоточащая много лет рана. Понятно, какое благотворное воздействие это оказывало на продвижение вперед в решении других региональных конфликтов. Я далек от слишком прямолинейных аналогий, но кое-что явно напрашивается. Вряд ли так уж случайно переговоры в Лондоне по Югу Африки открылись спустя всего полмесяца после достижения соглашения по Афганистану. Пошла фактически цепная реакция.
Встречи с американцами проходили поочередно то в нашем, то в американском посольстве, и обе стороны строго следили, чтобы протокол не нарушался. 29 апреля 1988 года я принимал Ч. Крокера в нашем особняке на Кенсингтон Пэлэс Гардене, 13, ни сном ни духом не ведая, что через шесть лет поеду от этого здания в открытой карете, запряженной парой могучих лошадей, вручать королеве Елизавете II верительные грамоты посла в Великобритании. Но уже не Советского Союза, а России.
Я поздравил Крокера с тем, что удалось привести к переговорному столу Анголу, Кубу и ЮАР. Сделал это без задней мысли — у нас была затвержена позиция в пользу переговоров. Другого пути явно не просматривалось. Не было смысла отказываться от посреднических услуг американцев, после того как те в течение семи лет уже осуществляли такую функцию. Поскольку к тому же предусматривалось наше опосредствованное участие, то мы могли контролировать ситуацию. Но главной была, конечно, наша заинтересованность распутаться с этим конфликтом. Так что был я искренен, когда говорил, что Советский Союз серьезно намерен содействовать сторонам, непосредственно вовлеченным в переговоры, развязать анголо-намибийский узел.
Это были не просто слова. В дальнейшем мы неизменно выступали за продолжение переговоров в том формате, в каком они начались в Лондоне и каковой мы сами предложили в свое время. И предполагали, что в переговорах сразу могут встретиться трудности (так, кстати, и получилось). Мы заранее заявили, что настроены на преодоление сложностей, а не на срыв переговоров или изменение их конфигурации.
Еще одно доказательство нашей нацеленности на переговоры именно в первоначальном составе. Когда в марте 1988 года министр обороны ЮАР обратился через средства массовой информации к СССР: коль скоро уходите из Афганистана, почему бы ЮАР и Советскому Союзу не договориться напрямую насчет Анголы, — мы оставили этот заход без внимания. Более того, публично раскритиковали его.
Начиная с Лондона и практически во всех четырехсторонних встречах принимал участие советский неофициальный представитель, В. Васев, один из лучших наших профессионалов-африканистов, действуя как бы за кулисами, но от того не менее эффективно. Его иногда упрекали американцы, что слишком уж он поддерживал анголо-кубинскую позицию, в том числе по важнейшему аспекту — срокам вывода кубинских войск. А чью же, спрашивается, позицию надо было нам защищать? Южноафриканскую, она же, как нередко бывало, общая с американской? Другое дело, что в наших закрытых контактах с друзьями мы, как это называлось тогда, активно «работали», отмечали, в частности, что четырехлетний график вывода, официально выдвинутый Кубой и Анголой, не является реальным. Были у нас, как я, надеюсь, показал, и другие рычаги влияния.
В те месяцы серьезно обострился конфликт, как я уже упоминал, на Роге континента. Так именуют тот выступ примерно посередине восточного побережья Африки, где сходятся границы нескольких государств. И тут я должен прямо сказать: американцы помогали нам — в этом случае наша роль была заглавной — куда меньше, чем мы им на Юге Африки. Они сильно не любили Менгисту («параноика, диктатора, с которым нельзя иметь дело»), думали скорее не о снятии напряженности, а об его устранении. Казалось бы, по идеологическим соображениям не с руки им было поддерживать «марксистов эритрейцев», тем более, что в 1950 году, когда у США были отличные отношения с императором, они сами голосовали в ООН за включение Эритреи в состав Эфиопии [49] Вообще у американцев идеология прекрасно уживалась с прагматизмом, что я рассматриваю в качестве плюса, помогавшего «реалполитик». Так, они превозносили до небес борцов за свободу — унитовцев, а их «собратьев» в Мозамбике — ренамовцев, также сражавшихся против марксистского правительства, которое открыто опиралось на помощь и союз с СССР, если и поддерживали, то гораздо менее активно. Мозамбик, к тому же отданный «на откуп» ЮАР, был для США значительно менее интересен, чем Ангола с ее нефтью и алмазами.
. Тем не менее в конечном счете возобладало стремление взять реванш за потерю Эфиопии, ее «переход» в советский лагерь. А ведь Менгисту, осуществивший такой поворот, в свое время окончил военную академию в США. Американская позиция повлияла на последующие события, в итоге которых эритрейцы взяли верх. Никто теперь уже не сможет доказать, что было бы лучше — сохранение единого государства Эфиопии или его расчленение, но то, что там остались «гроздья гнева», которые постоянно дают вспышки и нередко перерастают в войну, когда Менгисту давно уже там нет, — это факт. Откол Эритреи не привел к миру в регионе, по крайней мере, пока.
Интервал:
Закладка: