Люси Хьюз-Хэллетт - Клеопатра

Идеи, связанные с культом Диониса, старательно подавлялись, хотя до конца изжить их не удалось. Придя к власти, Октавий сжёг две тысячи книг. На этих кострах он мог уничтожить произведения своих противников, но не мифологическую связь, которая, хотя и неумышленно (поскольку Клеопатра и Антоний, вне всяких сомнений, намеревались прожить длинную и славную жизнь и ни в коей мере не предполагали идентифицироваться с трагическим аспектом умирающего Диониса), подтверждается их судьбой.

Мифотворчество Клеопатры охватывало не только её саму и партнёра, но и их детей. Во время александрийских донаций её пропагандистские ухищрения получили дальнейшее развитие. На торжество, согласно Плутарху, в александрийском гимнасии собралась огромная толпа. Антоний и Клеопатра, одетая в священное одеяние Изиды, сидели на серебряном возвышении на золотых тронах. Детям также были поставлены троны поменьше. Антоний объявил своего сына Александра царём Армении и Мидии. Девятилетнего «Александра Антоний вывел в полном индийском уборе», с императорской тиарой на голове, украшенной гребнем из павлиньих перьев. За этим последовало появление младшего сына Антония и Клеопатры — Птолемея Филадельфа. Ребёнок, которому только что исполнилось два года, был наряжен в королевский убор македонян — сапоги, короткий плащ и широкополую шляпу, украшенную диадемой. Именно на этой церемонии Клеопатра впервые была провозглашена «царицей царей». Живая картина, которую они собой являли, подтверждала их новые титулы. Клеопатра в одеянии Изиды — богиня, которая властвует над всеми смертными монархами. Новоиспечённые дети-короли на маленьких тронах, стоящих вокруг большого, — прекрасная иллюстрация субординации земных королевств по отношению к небесному царству. Картина, достойная кисти художника Возрождения, где какой-нибудь мирской властитель преклоняет колени, протягивая младенцу Иисусу уменьшенную модель своего города или княжества. Смысл сей представленной на обозрение публики картины был совершенно прозрачен и не вызвал сомнений ни у кого, даже у римлян. Рим был скандализирован самонадеянностью Клеопатры, присвоившей себе прерогативы небесной власти.

Имена детей тоже сыграли свою роль в спектакле. Когда Клеопатра воссоединилась с Антонием в 37 году до н. э., он впервые увидел своих трёхлетних близнецов. Тогда и близнецы, и новорождённое дитя получили имена. Как раз на этой встрече Антоний отдал Клеопатре территории в Малой Азии и Финикии, что было началом к долгому пути восстановления бывших владений Птолемидов. Империя Птолемидов переживала расцвет в III веке до н. э. при Птолемее II Филадельфе. Именно в его честь Клеопатра назвала новорождённого. И появление малыша Птолемея Филадельфа на публике в македонском плаще было явным намёком на стремление Клеопатры вернуть империи её былое величие.

Имена близнецов ещё более многозначительны, хотя и несколько туманны. В 37 году до н. э. они были названы двойными именами — Клеопатра Селена (Луна) и Александр Гелиос (Солнце). Имя Клеопатра было традиционным: её мать была уже седьмой в роду Птолемеев царицей с таким именем. Буквальное значение имени — «слава её отца». Возможно, это был камешек в огород Антония, который до трёх лет не удосужился повидать своих детей. Имя Селена — более смысловое, оно предполагало, что дочь может пойти по стопам матери, взяв на себя роль земной представительницы Изиды, богини Луны.

Многое здесь было обычной данью традициям дома Птолемеев. То же можно сказать об имени бога солнца Ра — оно было традиционным для египетских царей. Интересно только объединение имён и то, что их получили близнецы. По греческой мифологии Солнце и Луна также были близнецами и вместе символизировали Победу. Положим, это можно отнести к чаяниям Антония, который ещё не потерял надежды завоевать Парфию. Более того, одним из титулов парфянского царя был «Брат Солнца и Луны». На александрийских донациях Антоний сделал сына Александра царём всех земель к востоку от Евфрата и вплоть до Индии; другими словами, провозгласил его верховным царём Парфянской империи. «Брат Солнца» должен был покориться Гелиосу-Солнцу.

Однако значение славного имени Александра выходило далеко за рамки территориальных притязаний. Александр Македонский не только являлся примером для всех мечтавших промаршировать на восток от Средиземного моря и стяжать себе славу покорителя мира. Он виделся и как тот, кто завещал установить мировое согласие, равновесие между Востоком и Западом, прекращение взаимных обид и войн, благословенный Золотой век, век Солнца. Ходила легенда, что это было предсказано самим Александром Македонским (интересно, что бы он делал, дожив до такого дня?) — не тем Александром, что всегда был на марше, в непрерывном бою, но, очевидно, другим, мирным и кротким Александром, принцем с мягкой и доброй улыбкой, чьим наследником Антоний и Клеопатра считали своего сына, Александра Гелиоса.

Мечты о мировом согласии были живы и во времена Клеопатры. В пророчествах Сивиллы содержатся не только протесты против гнёта римлян. Среди гневных обличений анонимных пророков, грекоязычных подданных Римской империи, встречаются и описания Золотого века, времени, когда не будет гнёта и угнетённых, когда все народы будут жить в согласии и мировой гармонии:

«И мир снизойдёт на все народы Азии и Европы, и будут они счастливыми.

И воздух будет давать долгую жизнь и здоровье, и еду и питьё.

И птицы и животные будут плодиться, и не будет ни штормов, ни бурь.

О, благословенны те, кому доведётся увидеть те времена!

Подобно селянину, что никогда не видел дворца, они застынут, изумлённые открывшимся им богатством».

Эта вожделенная эпоха будет эпохой Солнца. В III веке до н. э. грек Ямбула приплыл в Эфиопию и поплыл оттуда дальше к архипелагу, называемому Солнечными островами, желая основать там утопическую коммуну, Государство Солнца. В оракуле Поттера, пророчестве, переведённом с египетского на греческий приблизительно около III века до н. э., предсказывается, что грядёт царь, пришедший с Солнца, которого Изида установит на земном троне, и с него начнётся благоденствие и эра Золотого века. Ежегодные праздники Солнца справлялись во времена Античности по всей Европе и Азии, и особенно пышно в Александрии — 25 декабря, самой благоприятной дате для рождения небесного царя. В Италии Кумекая Сивилла предсказывала, что всеобщее счастье воцарится на земле с установлением власти Солнца. Это следы повсеместно распространённого и мощного верования. Солнце не только давало свет и тепло. Оно было божеством счастливого будущего, будущего, когда жизнь станет лёгкой и безбедной, когда наступит время процветания, когда воцарится всеобщий мир и дружелюбие.