Уильям Джеймс - Психология

299

продолжение четырех дней новорожденных цыплят сзавязанными глазами и следующим образом описываетих дальнейшее поведение: «Каждый из них, когда я раз- вязал ему глаза, обнаруживал по отношению ко мневеличайший страх и бросался в сторону от меня всякий раз, как я пытался к нему подойти. Стол, на котором я снял с их глаз повязки, находился возле окна, и все они, как только я снял повязки, принялись один за дру- гим биться в стекла, как дикие птицы. Один из них спрятался между книг, забился в угол и долгое время дрожал там всем телом. Можно догадываться о причи- не странного, совершенно исключительного одичания птиц, но пока я ограничусь простым указанием на это своеобразное явление. Каково бы ни было значение той резкой перемены, которая произошла в их психическом складе (развяжи я им глаза днем раньше — они бежа- ли бы не от меня, а ко мне), во всяком случае эта пе- ремена не могла быть результатом тех изменений, ко- торые произошли в организме цыплят». ОписанноеСпалдингом явление вполне аналогично приведенному мной выше наблюдению фермеров в Адирондаке над одичалыми телятами. Два противоположных инстинкта, относящихся к тому же объекту, созревают последова- тельно один за другим. Если первый из них порождает привычку, она будет влиять задерживающим образом на развитие второго инстинкта по отношению к данно- му объекту. Все животные в самую раннюю пору мла- денчества ручные. Привычки, образующиеся у них в это время, ограничивают проявление диких инстинктов, которые впоследствии достигают полного развития.

Теперь посмотрим, в чем заключается закон измен- чивости инстинктов, который может быть сформулиро- ван так: многие инстинкты созревают в известном воз-расте и затем мало-помалу исчезают. Поэтому, с1алки-ваясь в период наибольшего развития данного инстинк- та с соответствующими ему объектами, мы приобрегаемпривычку реагировать на эти объекты определенным образом. Привычка сохраняется у нас и тогда, когда первоначальный инстинкт уже исчез Если же нам не удалось столкнуться с соответствующими данному ин- стинкгу объектами, то у нас не образуется никакой при- вычки, и впоследствии, встречаясь в жизни с этими объектами, и животные, и люди не реагируют на них так, как они инстинктивно реагировали бы в более ран- нюю пору жизни.

300

Без сомнения, деятельносгь этого закона имеег огра- ниченную область. Некоторые инстинкты гораздо менее преходящи по сравнению с другими (инстинкты, связан- ные с питанием и самосохранением, почти неизменны);

другие периодически то пропадают, то возвращаются сновой силой, например инстинкты случки и выведениядегенышей. Впрочем, закон изменчивости инстинктов хотя и не имеет абсолютного значения, однако широко распространен в животном мире. Это лучше всею вид- но на частных примерах. В приведенных нами выше фактах отношение кур и телят к человеку было обус- ловлено тем, образовывалась или не образовывалась у них соответствующая привычка в течение первых дней жизни, и потому понятно, отчего инстинкт следования за кем-нибудь и привязанности через несколько дней исчезал и заменялся инстинктом бегства от опасности. Преходящий характер инстинкга привязанности у цып- ляг можно наблюдать по их отношению к наседке. Спал- динг держал несколько цыплят, пока они не подросли, в стороне от матери, и вот что он о них рассказывает:

«Цыпленок, не слышавший в течение первых восьми дней жизни призывного крика матери, начинает относиться к нему совершенно безразлично, как к постороннему звуку. <....> Про одного из цыплят я наверное знаю, что, будучи продержан первые десять дней жизни в стороне от матери, он начал дичиться ее. Наседка гоня-лась за ним, всячески стараясь приманить его, но он упорно уклонялся от курицы, вбегая в дом или броса- ясь к первому встречному человеку. Цыпленок упорно продолжал это делать, даже когда его неоднократно стегали прутиком и вообще жестоко обращались с ним. Его посадили на ночь под наседку, но утром он опять покинул ее».

Инстинкт сосания у всех млекопитающих зрелый уже в момент рождения и ведет к привычке брать грудь, привычке, когорая у людей может сохраняться благо- даря ежедневному упражнению гораздо долее обычных12—18 мес. Но сам по себе инстинкт этот преходящ, и нелегко заставить взять грудь ребенка, которого в пер-вые дни жизни почему-либо кормили с ложки, не давая ему вовсе груди. То же наблюдалось и на телятах. Ес- ли корова околела, или она не имеет молока, или не да- ет теленку сосать первых два дня и приходится кормить его из рук, то трудно заставить его сосать молоко, ког- да к нему присгавят новую кормилицу. Та легкость, с

?01

какой можно путем искусственного кормления отучить животное кормигься от матери, показывает, что инс- тинкт сосания должен впоследствии совершенно исчез- нуть.

Тот факт, что инстинкты отличаются преходящим характером и что проявления позднейших инстинктов могут модифицироваться под влиянием привычек, сло- жившихся от действия более ранних инстинктов, пред- ставляет гораздо более философское объяснение приро- ды инстинкта, чем предположение об их «искажении» или «о выходе их из границ обычной нормы».

Я имел случай наблюдать шотландскую таксу, ко- торая родилась в декабре на земляном полу конюшни и через шесть недель была перенесена в дом с коврами на полу. Там, будучи четырех месяцев, щенок нередко необыкновенно старательно пытался закапывать на ков- ре разные предметы (например, перчатки), с которыми играл и возился до полного изнеможения сил. Он начи- нал царапать ковер передними лапами, бросал изо ртапредмет в якобы вырытую на ковре яму, засыпал его кругом воображаемой землей и уходил прочь, преспо- койно оставив предмет лежать на ковре. Разумеется, все старания были тщетны... В этом возрасте мне слу- чалось наблюдать за подобными действиями раз пять- шесть, впоследствии они никогда не повторялись. В дан- ном случае первоначальный инстинкт исчез, так как отсутствовали условия, которые могли бы превратить его в постоянную привычку. Но предположим, что в распоряжении собаки имеется кусок говядины вместо перчатки, что собака находится не на ковре, а на рых- лой земле, что животное не обеспечено постоянным про- питанием. Тогда, по всей вероятности, у собаки на всю жизнь сделалось бы обыкновением зарывать излишек пищи в землю. Кто может поручиться, что чисто ин- стинктивная сторона ./в стремлении зарывать в землю пищу у дикой собаки не отличается столь же преходя-щим характером, как и у описанной нами таксы?

Оставляя в стороне низших животных и обращаясь к человеку, мы видим, что закон изменчивости инстинк- тов подтверждается на изменчивости интересов и стра- стей в течение нашей жизни. У ребенка вся жизнь за- полнена играми, сказками и ознакомлением с внешними свойствами вещей; у юноши на первом плане — систе- матический ряд телесных упражнений, чтение романов, товарищество, пение, любовь и дружба, природа, путе'