Марвин Минский - Машина эмоций

Все это приводит к мысли, что мы, должно быть, рождаемся с уже заложенными в нас примитивными формами таких структур, как K-линии, фреймы и семантические сети, так что ни одному ребенку не приходится с нуля выдумывать изображенные выше типы репрезентаций. Однако едва ли мы с рождения наделены всем этим в полном объеме, поэтому для того, чтобы придать этим примитивным репрезентациям более зрелые формы, все-таки требуются время и некоторые усилия. Я надеюсь вскоре увидеть больше исследований на тему того, как работает этот процесс развития.

Способен ли человек изобрести совершенно новый вид репрезентации? Это, скорее всего, довольно редкое событие, ведь в репрезентации не будет никакой пользы, если у вас нет эффективных навыков работы с ней, – а новому набору навыков требуется время на формирование. Кроме того, ни один фрагмент знаний нельзя применить, если у него нет уже знакомой человеку репрезентации. Подобные аргументы позволяют предположить, что большинство наших взрослых репрезентаций мы накапливаем либо совершенствуя более примитивные, либо через посредничество культуры. Однако человеку, научившемуся использовать несколько разных репрезентаций, будет легче создать новую. Именно такие навыки отличают тех исключительных авторов, художников, изобретателей и ученых, которые снова и снова открывают новые и полезные способы репрезентации феноменов.

Как мозгу выбрать подходящую репрезентацию? Мы уже неоднократно подчеркивали, что у каждого конкретного типа описания есть свои достоинства и недостатки. Поэтому имеет смысл спросить: «Какие методы помогут решить проблему, с которой я столкнулся, – и какие репрезентации, скорее всего, подходят для этих методов?»

Большинство компьютерных программ по-прежнему могут выполнять только одну конкретную задачу, используя только один вид репрезентации, – тогда как человеческий мозг накапливает несколько способов описания каждой из проблем, с которыми мы сталкиваемся. Однако это означает, что нам также необходимо учиться решать, какой метод использовать в каждой ситуации и как переключаться на альтернативу, когда используемый метод нас подводит.

Для того чтобы разработать компьютерную программу, сначала обычно необходимо выбрать способ репрезентации знаний, которые этой программе понадобятся. Но любая конкретная репрезентация подходит только к определенным областям, и нет таких, которые бы функционировали в каждой. Тем не менее мы часто слышим подобные споры о наилучшем способе репрезентации знаний:

Математик: Самое лучшее средство выражения – это логика.

Коннективист: Нет, логике не хватит гибкости для репрезентации житейских знаний. Тут нужны коннективистские сети.

Лингвист: Нет, они еще менее гибки. Коннективистские сети состоят из численных репрезентаций, которые трудно преобразовать в полезные абстракции. Вместо этого почему бы просто не использовать повседневный язык с его уникальной выразительностью?

Концептуалист: Нет, язык слишком неоднозначен. Нужно использовать семантические сети, в которых идеи связаны между собой однозначными понятиями!

Статистик: Эти связи слишком четкие, они неспособны отразить те неопределенности, с которыми мы так часто сталкиваемся, поэтому нужно использовать вероятности.

Математик: Всем этим неформальным схемам не хватает ограничений, поэтому они могут противоречить сами себе. Одна только логика исключает возможность подобных циклических противоречий.

Как видите, нет смысла искать наилучший способ репрезентации знаний, потому что каждая конкретная форма выражения обладает своими особыми недостатками. Например, логические системы очень точны, но в них трудно работать с аналогиями. Точно так же статистические системы удобно использовать для составления прогнозов, но они неспособны репрезентировать причины того, почему эти предсказания иногда оказываются верными. Уже в древние времена было известно, что лучше всего использовать разные типы репрезентаций:

Аристотель: [Сущность дома, выраженная в определении одним человеком, может быть] такова: дом есть укрытие, защищающее от разрушительных действий ветров, дождей и жары; другой же скажет, что дом состоит из камней, кирпичей и бревен, а третий будет говорить о форме в них, имеющей такие-то цели. Итак, кто из них есть рассуждающий о природе? Тот ли, кто касается лишь материи, не обращая внимания на выраженную в определении сущность, или тот, кто касается только ее? Или же скорее тот, кто исходит из того и другого? [133] «О душе», перевод П. Попова.

Однако иногда различные репрезентации лучше не комбинировать.

Ричард Фейнман: …Учитывая психологию научного творчества, мы должны помнить о всех этих теориях, и вот почему каждый приличный физик-теоретик знает шесть или семь теоретических обоснований одних и тех же физических фактов. Он знает, что они эквивалентны и что никто и никогда не сможет решить, оставаясь на этом же уровне, какая из этих теорий верна, но он помнит о них всех, надеясь, что это подскажет ему разные идеи для будущих догадок [134] Перевод В. П. Голышева и Э. Л. Наппельбаума. [Фейнман, 1965].

Ключевое слово здесь – «догадок», потому что каждая такая теория имеет достоинства и недостатки; ни одна конкретная репрезентация не подойдет для каждого затруднительного положения, с которым мы можем столкнуться. Таким образом, большая часть нашей человеческой находчивости коренится в умении описывать одну и ту же ситуацию несколькими способами – и при этом каждая новая точка зрения помогает перекрыть недостатки остальных описаний. Откуда человек знает, когда и как выбрать какую-либо конкретную репрезентацию? В Минский, 1992 содержится несколько предположений на эту тему.

Что делает уникальным каждого человека? Ни у одного вида животных нет такого разнообразия индивидуальностей, как у людей, где каждый обладает уникальной внешностью и способностями. Какие-то из этих черт наследственные, другие приобретаются с опытом, но в любом случае все мы оказываемся обладателями разных наборов характеристик. Для обозначения тех свойств и особенностей, которые отличают каждого человека от всех остальных, иногда используется термин «самость».

Дэниел Деннет: Самые странные и чудесные конструкции во всем животном мире – это изумительные, сложные конструкции, которые выстраивает примат Homo sapiens . Каждый обычный представитель этого вида создает себе «самость». Из его мозга сплетается паутина слов и дел, и, как и в случае с другими существами, ему не нужно понимать, что именно он делает, – он просто делает это. Паутина защищает его, как панцирь улитки. …Таким образом, «самость» играет исключительно важную роль в текущей когнитивной экономике его живого тела, ведь из всех ментальных моделей окружающих явлений, которые должно создавать активно взаимодействующее со средой тело, самая важная – это модель самого источника действий [Деннет, 1991].