Владислав Жеребьев - Негоциант

— Извините, Клара. — Я кивнул и настороженно оглядел питейный зал. Ничего особенного, кабак как кабак. Большинство столиков занято просаживающими честно заработанные гроши горожанами, чьим единственным развлечением является добрая порция хмеля да казни на ратушной площади. Может быть, и бывают какие циркачи да менестрели, что талантливей этих горлопанов на сцене, да и то раз в год по большим церковным праздникам. За ближним столиком, меланхолично поглощая огненную воду и закусывая её добрым куском жареной свинины, сидят пехотинцы, нормальные ребята, в увольнении и без особых тараканов в голове. За дальним столиком, сразу видно по зажиточным, толстым мордам и добрым сюртукам, торговцы, отмечающие удачную сделку. Дальше вроде бы ремесленники. Те и одеты попроще, и ведут себя поскромнее. Убийц, особенно наемных, вроде и не видно.

— Так мне продолжать? — Девушка с нетерпением постучала острыми ноготками по доскам стола.

— Извольте, — согласился я. — Я же со своей стороны даю слово, что все свои комментарии приберегу к самому концу разговора.

В принципе дело было ясным. Еще одна молодая и инициативная журналистка не оценила свои силы и получила по башке. Оставалось выяснить несколько вопросов, чем я, в принципе, тут же и занялся.

— Какая связь между вашим нынешним местоположением и супернаркотиком?

— Прямая. — Клара нервно забарабанила пальцами по столу. Нервы у девушки были явно ни к черту. — Мои друзья из наркополиции обеспечили мне доступ к делу, в котором фигурировал некто Герцог, по сведениям — самый настоящий. Наркодельцы, задержанные в лаборатории, подтвердили, что именно он поставлял ту саму добавку, дающую порошку столь сногсшибательный эффект.

— Ну, — я меланхолично пожал плечами, — мало ли на свете мерзавцев с титулами и регалиями, отличными от простого гражданина.

— Слушайте дальше, — отмахнулась от меня Подольских. — Слушайте, и все поймете. В ту пору мы уже встречались с Андреем, он был преуспевающим менеджером по продажам в конторе отца, и папаша, очевидно решив убить двух зайцев сразу, получить представителя и официального протокольного наследника, вызвал нас к себе в кабинет и выложил все карты на стол. В версию перехода с одной планеты на другую поверить было крайне сложно, не столько мне, я всегда увлекалась фантастикой подобного рода, сколь Андрею, прагматику и реалисту до корней волос. Доводы, посулы и большие гонорары в итоге взяли свое, и мы отправились в этот чертов дикий мир, полный болезней, козней и дуэлей, с единственной целью заработать себе денег и, став независимыми от моего дорогого папочки, наконец, пожениться. Контракт с Андреем был заключен на пять лет, по истечении которых помимо заработанных денег, ему, да и мне, был обещан бонус, которого хватало на безбедную жизнь и реализацию собственных проектов. Я хотела открыть газету, Андрей написать книгу, в общем, отправились бы мы в свободное плавание, если бы не происшествие, произошедшее по прибытии. Вы, наверное, уже столкнулись с менторскими камнями, вводящими в транс и способными, при надлежащей огранке, передавать каким-то фантастическим образом массу информации.

— Да, — заинтересованно кивнул я. — Язык местного населения я выучил только благодаря ментору и его булыжнику.

— Мои знания местного можно также приписать ему, но не о том речь. — Клара сделала большой глоток из кружки и, поморщившись, продолжила: — Камень, сам камень мне что-то безумно напомнил. Три дня я силилась вспомнить, терзая свои воспоминания, сон почти потеряла, а потом как осенило. Согласитесь, цвет и огранку его с чем-то другим спутать очень сложно.

— Соглашусь, — прищурился я.

— Вот и я о том же. — Девушка всплеснула руками и чуть было не опрокинула пустую кружку на пол. — Фотографии из наркопритона, фигурирующие в деле, были просмотрены мною тщательно еще тогда, в ходе журналистского расследования, и только потом я сопоставила то, что именно менторский камень, разбитый на мелкие составляющие и лежащий в какой-то чашке, и был тем самым ингредиентом, способным из банальной наркоты сделать легендарный «Прыжок».

— Почему вы не рассказали об этом самому Подольских? — резонно поинтересовался я.

— Сложно у нас с ним, — хмыкнула Клара. — Относился он ко мне всегда хорошо, ни в чем не отказывал, но прочил на роль главы компании. Мои увлечения журналистикой изначально считал просто блажью, но поняв в один прекрасный момент, что для корпорации я отрезанный ломоть, разозлился как черт. Несколько лет мы вообще не разговаривали, и отношения возобновили только перед тем предложением, да и то после того как его хватил удар и, бросив все дела, я прилетела к нему в больницу.

Вы представляете себе, что он бы сказал, если бы я пришла и заявила: «Мол, самый сильный из существующих наркотиков, дражайший папочка, появился усилиями твоей конторы, а врата, проект всей твоей жизни, не более чем путь для караванов с дурью». Нет, без доказательств он попросту вышвырнул бы меня вон. У него же система безопасности, режим и верные как псы люди, готовые костьми за босса лечь. Я рассказала все Андрею и попросила его помочь. Он, естественно, согласился.

Сначала мы копали аккуратно, понимая, что если все это всплывет на поверхность и наше с женихом участие станет явным, скандала не избежать. Путем неимоверных усилий получилось даже привлечь к этому делу моих школьных друзей, ныне работающих в госструктуре, но сначала пропали они, потом Андрей был казнен из-за выдвинутых против него нелепейших обвинений, и, в конце концов, я чуть было не попала под шальную стрелу. За несколько лет расследований мы умудрились собрать серьезное досье, доказывая, что многие высокопоставленные чиновники как с одной, так и с другой стороны двери, в обход короля и шефа проделывали свои тайные делишки. Стоит предать огласке накопленную информацию, и полетят головы.

— Ваши друзья, — кивнул я, — они работают в госнаркоконтроле. Разве их не хватились непосредственные начальники?

— Хватились, — вздохнула Клара печально. — Почти наверняка. Вот только силы, контролирующие портал, имеют больше влияния, да и пока доберутся до нас, негодяи успеют подчистить все концы. Сведения надо опубликовать.

— Где? — хмыкнул я. — Газеты поднимут вас на смех.

— Газеты да, — заговорщицки улыбнулась девушка, — но не король. Ему, в сущности, плевать, кто и в каких количествах потчует людей этим ядом. Возмутит его в первую очередь то, что все финансовые потоки обходили казну. Понимаете, Дмитрий, это его земля, это его подданные, это его налоги. Никто не любит, когда тебя обворовывают, а чувство неполноценности у королевской семьи развито невероятно. Одна публикация, один намек — и его будет не остановить. Король — единственный мой шанс, до отца не добраться. Нам это просто не позволят.