Дмитрий Резаев - Скважина №9
- Название:Скважина №9
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:неизвестен
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Дмитрий Резаев - Скважина №9 краткое содержание
Беги! Беги что есть мочи!
Не думай, что если ты не лезешь в дела корпораций, то им нет до тебя дела. Энергия – это власть. Ее требуется все больше, источников не хватает, битва за них все яростней. Горе тому, кто попал в жернова монополий. Хочется взбунтоваться, что-то изменить, сломать, но сил нет. По твоему следу идут Охотники, каждый коп на тысячи миль вокруг получил твое фото. Миг – и к тебе тянутся жадные руки, техник разматывает кабель, палач включает рубильник. Им нужен не ты, а Девятая Скважина. А лучше, конечно, Девяносто Девятая. Готов ли ты бросить им вызов? Или, может, тебе лучше отдохнуть? Расслабиться, «поторчать» в дискотеке, поваляться на пляже?
Выбирай сам. Но только потом не жалуйся…
Скважина №9 - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
ГЛАВА 14
Интересную гипотезу о природе этого заболевания выдвинули исследователи одной из клиник в Калифорнии, обследовавшие 900 пациентов. По их мнению, болезнь вызывается токсином арабинолом.
Через некоторое время Смит понял, что он гриб. Огромный, пористый гриб. Он явственно видел (или чувствовал?), как от него во все стороны расходятся миллионы нитей, сине-белые, пульсирующие, они разбегались по всем направлениям и где-то там (где он не мог отчетливо различить) соединялись с другими грибами, составляли с ними одно целое, какое-то единое пространство. И пространство это дышало неравномерно и тяжело. Смиту не хотелось быть грибом, но было совершенно ясно, что если он оборвет эти нити, что-то исчезнет навсегда, что-то прервется, уйдет безвозвратно. И этот уход станет непоправимой катастрофой. Смирившись с новыми ощущениями, Смит начал разглядывать нити. Они не были одинаковыми. Одни были очень толстыми, другие едва различимыми. В местах, где его губкообразное тело соединялось с ними, было приятно и тревожно одновременно. Через нити в него что-то втекало. Оно питало его, делало упругим и сильным. Внезапно он увидел, что к нему приближается огромный красный слизень. Вот сейчас он коснется его, а убежать невозможно – нити могут оборваться. Нужно попытаться придумать что-то еще. Но слизень уже в миллиметре. У него странная для слизня поверхность: шершавая, в мелких трещинках и пупырышках. И вот слизень прикоснулся к нему и пополз всем своим извивающимся телом вверх. Смит не выдержал и проснулся.
Как только он открыл глаза, в голову ударила страшная боль. Как будто его голова стала яйцом, из которого стремится вылупиться безобразный птенец. Он мечется в темном пространстве и бьет своим клювом во все стороны. Смит поспешил закрыть глаза, но боль не утихла. Наоборот, она стала еще сильнее. Он снова открыл глаза, смутно припоминая сокрушительное падение. Веки разлипались с трудом. Он провел по ним рукой, отдирая корку засохшей крови. Сквозь туман он увидел перед собой монету, пулю и мелкие осколки ампулы. Что-то влажное и шершавое коснулось его щеки. Смит вздрогнул и поднял голову. В ней немедленно началась локальная ядерная война. Складывалось впечатление, что ему изнутри делали лоботомию без анестезии. Снова влажное движение по щеке. Смит повернул голову направо, туда, где совсем недавно сидел Малыш, Охотник, который чуть не взял его. Он увидел перед собой два глаза, выглядывающих из-под черной челки. Глаза были лиловыми и настороженными. Они ждали его реакции. Затем из черных, шерстяных зарослей выскочил красный слизень и несколько раз коснулся его щеки, оставляя после себя мокрые густые следы. Смиту наконец удалось сфокусировать взгляд. Перед ним, виляя хвостом, стоял ризеншнауцер. Огромный, черный, лохматый. Он приподнял уши и сам приподнялся на передних лапах, которыми упирался в сиденье. Взгляд Смита упал на рулевую колонку, она вся была в его крови. Дышать было невероятно больно. Левый бок просто разламывался. Казалось, что там между ребер застряло рыцарское копье. Смит посмотрел. Никакого копья. Он с трудом сообразил, что у него, скорее всего, сломаны ребра, которые готовы вот-вот проткнуть легкие. Левая рука повисла плетью. Вывих? Перелом?
Вокруг – никого. Только лес, щебетание птиц и одичавший ризеншнауцер, который при всем желании не смог бы зализать его ран. Голова отчаянно кружилась. И кружение это все ускорялось. Словно ей управлял какой-то мятежный карусельщик, который мстил всему свету за позор Галилея…
Смит снова провалился в темноту. Только на этот раз его голова откинулась назад. Ризеншнауцер несколько раз осторожно тявкнул, издал жалобное поскуливание и бросился прочь в лесную чащу. Через несколько секунд треск ломаемых им кустов стих.
А Смит летел в полной темноте. Точнее, не летел, а падал. Он понимал, что это падение будет длиться вечность, что он обречен падать так до тех пор, пока его сознание не накроет волна абсолютного безумия, безумия, которое является полным отрицанием сознания как такового. И вот тогда он превратится в Ничто. И все равно будет продолжать падать. Но внезапно падение прекратилось. Теперь это напоминало полет. Он словно плыл куда-то, в каком-то направлении. Через некоторое время он понял, что это направление не сулит ему ничего хорошего, что нужно вырваться, остановить движение. И он рванулся вверх и увидел яркий ослепительный свет. Ему стало радостно и хорошо. Все кончилось.
Хуч и Лаймон, заменивший погибшего Фримена, были похожи на двух автогонщиков, недавно побывавших в крупной аварии. У Хуча из-под бейсболки виднелся бинт, у Лаймона рука была на перевязи. Лаймон, огромный, рыжий, веснушчатый парень слушал Хуча с прилежностью первого ученика в классе.
– Малыш не мог врать. Он действительно его взял.
– Такое возможно? – засомневался Лаймон. – Когда он остановил двигатели всех наших трех коптеров, я подумал, что перед нами карающий ангел Господень.
– С Малышом все возможно. Но куда он после этого исчез?
– Может, он решил использовать объект самостоятельно, не передавать его клиенту?
– У него контракт со Стерном. Малыш так поступить не мог. Он воспитан на охотничьих принципах. Это тебе не Борг.
– Есть какие-нибудь еще дополнительные способы связи с ним?
– Есть, – неохотно признался Хуч, – один. Но я боюсь его использовать.
– Почему?
– У меня дурное предчувствие. Ладно. Делать нечего.
Хуч повернулся к компьютеру и стал перебирать по монитору пальцами.
– Вот, – сказал он, – это наш с Малышом личный контакт на случай смерти одного из нас. При остановке сердца автоматически включается маяк, позволяющий определить местонахождение тела. Если нажать вот сюда, то можно проверить, жив он или мертв, а если мертв, то где находится. Нажми ты.
Лаймон с удивлением посмотрел на босса. Железный Хуч, Старший, выглядел слишком бледным. И причиной тому было не сотрясение мозга и не двукратное фиаско Охотника. Он испытывал к Малышу какие-то сентиментальные чувства, что для Охотника считалось абсурдом. Эмоции мешают делу. Нажимая на указанную иконку, Лаймон подумал, что Старший сдал и что недалек тот час… Но он тут же отогнал эту мысль. На экране вспыхнула карта, а на ней, недалеко от Шандольского леса, заплясал красный огонек.
Хуч прикрыл глаза. Он думал о Малыше, которого когда-то подобрал на улице в тот момент, когда он отправил на тот свет восьмерых двадцатилетних подонков, которые в небольшом тупичке хотели сделать из него живую мишень. Они поставили его к стенке и забрасывали пивными бутылками. Его поразила спокойная ненависть Малыша, его желание защитить свою жизнь любой ценой и презрение к противнику любой весовой категории. Четыре года назад… Всего за четыре года Одиночка мог стать Лучшим. Хуч верил, что Малыш взял Смита. Но потом что-то случилось. Что-то, что привело к гибели мальчишку, который слишком хорошо умел играть во взрослые игры.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: