Борис Конофальский - Башмаки на флагах. Том второй. Агнес
- Название:Башмаки на флагах. Том второй. Агнес
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:неизвестен
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Борис Конофальский - Башмаки на флагах. Том второй. Агнес краткое содержание
Башмаки на флагах. Том второй. Агнес - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
Волков за ним не погнался. Пусть бежит, так он только других хамов перепугает, забыв про размеренное дыхание, он кинулся к раненому сержанту.
«Добить мерзавца».
Тот повернулся, запрыгал на одной ноге, опираясь на протазан как на костыль, но упал, пополз на четвереньках, а кавалер догнал его и загнал ему в зад свое оружие чуть ли не до середины клинка. Сержант страшно заорал.
«Вот так-то, будешь знать, как учить взбесившееся быдло».
Он огляделся, теперь у него было несколько мгновений, чтобы осмотреться.
Чуть повыше берега, ближе к дороге, Максимилиан воткнул его старый кавалерийский щит в песок и, прячась за щитом, как и положено арбалетчику, ключом снова натягивал тетиву арбалета. Волкову было приятно, что молодой человек остался с ним, но… Вероятность, что знаменосец останется с ним на этом берегу навсегда, была очень велика.
«Наглец! Не выполнил приказ».
Потом он глянул на реку. Конечно, так и идут цепью, так и идут. Следующие выходят на берег и, заливая песок водой, уже поднимаются к нему.
«Идут, не кончаются чертовы хамы. Господи, благослови. Главное — к воде близко не подходить, Господи, не хочу умирать в воде, не допусти».
Он двинулся навстречу врагам, помахивая мечом и не забывая про дыхание.
Но ему пришлось оставить мысли о ровном дыхании, уж больно много мужичья успело выбраться на берег. Трое, четверо… Пять и еще один почти дошел до берега. И они пошли на него. Морды остервенелые, ненавидят его, копья, алебарды, годендаги, грубые секиры, а еще один подлец с длинным, опасным молотом через брод идет, оружие сжимает крепко, на Волкова пялится, оскалился в ожесточении. Все они видели, как он резал их товарищей, видели и хотят отомстить.
На него посыпались удары. Бестолковые, но сильные. Яростные. Пришлось шевелиться. Какое уж тут дыхание, когда раз за разом тебе копьем проверяют забрало на прочность, стараются загнать шип алебарды подмышку или проломить шлем секирой. Он пятился, отвечал редко, только когда появлялась возможность.
«Сволочи, настырные подлецы, так ведь и убьют».
Пришлось остановиться, получить пару крепких ударов по шлему и в бедро, но нанести самому настырному копейщику удар. Бритвенно-острый меч скользнул по древку копья — пальцы долой! Орет мерзавец, кровь брызжет в разные стороны из обрубков.
Враг орет, а другие замерли, еще одному он успевает разрубить ногу. Но дышать все тяжелее в шлеме. Солдаты вообще остановились, потеряв двоих товарищей ранеными.
«Что, хамы, растерялись? Наверное думаете: „Уж лучше бы землю пахали“? Да уж, воинское ремесло страшное».
— А ну, ребята, чего встали, пошли на него, — слышит Волков.
«Еще, что ли, один сержант? Вот сволочь!»
Так и есть, высокий, сильный, вылез из воды, идет к солдатам, обтекает, сержантская лента поверх левого кольчужного рукава. Шлем у мерзавца крепкий, горжет челюсть нижнюю прячет, бригантина отличная. Наручи, рукавицы, наголенники — все у него в порядке. Сжимает протазан, что так любят все сержанты. Идет уверенный в себе.
Мужички сразу приосанились, полезли вперед. Ведь сержант уже близко!
— Навались, ребята, не бойтесь его, он сам уже обгадился. Вместе, дружно! — Орет тот и вдруг останавливается. — Ах, черт!
Волков мельком взглянул на сержанта. У того прямо из бригантины, из правого бока торчал арбалетный болт. Вошел глубоко, наполовину. Волков улыбается в своем шлеме.
«А ты, сержант взбесившихся холопов, думал, что тебя не взять? У нас для таких арбалеты работы ламбрийской, шипы на болтах каленые».
И кавалер сам пошел вперед, пока новый сержант или офицер не вылез на берег.
Дыхание… да уже не до него. Он полез на копья и алебарды, полез под тяжкие удары годендагов. Не было у него времени тянуть да уклоняться, солдаты все выходили и выходили на берег.
И замельтешили перед прорезями в забрале железо и люди. И стал работать он мечом на всю, уже не заботясь ни о сохранении дыхания, ни о сохранении дорого клинка. Тут показалось ему, что эту схватку он может выиграть. И главное — выйти из нее живым. А что? Доспехи у него крепкие, королевские доспехи, и Максимилиан выручает, и солнышко уже зацепилось низом за деревья. Вот кавалер и старался. Работал мечом. Он знал, как бить. Шлем, кираса — нет, мечом их не взять… Он искал открытое мясо. На него сыпались удары со всех сторон, по шлему попадали так, что в голове звон стоял, по плечам били, по перчаткам, в пах пытались колоть, но и его железо находило свое. Лица, шеи, руки без латных рукавиц, пальцы, колени, ляжки… Все, до чего дотягивался его острый клинок, со всего летела кровь. Крики боли, ругань, проклятия, хрип… Он резал и рубил их так, что кровь летела тяжелыми каплями в разные стороны, даже ему в шлем залетали капли. Попадали на лицо. А он резал и резал, колол и колол их, хотя сам уже и задыхался в своем тяжелом шлеме.
«Нет, неровня вы мне, я воин, а вы хамы, взбесившееся быдло, осатаневшие холопы. А холопы воинам неровня!»
И людишки-то начали сдавать, раненые, оставляя черные следы крови на песке, шли обратно к броду. А те, кто шел к ним на встречу… встали. Волков тяжело дышал, боясь открывать забрало.
«Постойте еще, дайте хоть дух перевести».
Мужичью уже не хотелось лезть в такое кровавое дело, а сержантов и офицеров среди них не было, вот вокруг Волкова врагов-то и не осталось. Только мертвые да раненые, истекающие кровью на песке, валяются. Раненые корчатся, подвывают, кто от боли, а кто и от страха. Двое уцелевших стали пятиться к воде, так одного из них Максимилиан убил, уложив болт прямо ему в горло. Оставшийся уже не шел, уже бежал к броду, а те, что были в воде, видя такое дело, поворачивали обратно. И ничего, что генерал на них смотрел.
Кавалер двумя ударами добил двух раненых. А как они хотели? Плохая война — так плохая война, они сами ее начали. Слава о том, что вы раненых добиваете и пленных берете лишь для того, чтобы их потом пытками замордовать, давно о вас идет. Убил двоих и лишь после этого поднял забрало, чтобы перевести дух, отдышаться.
И не успел он убрать руку и оглядеться, как о шлем его что-то звонко щелкнуло, к ногам его упал арбалетный болт. Тут же прилетел другой, ударил его в горжет и отлетел прочь, не пробив великолепного железо.
Кавалер тут же захлопнул забрало, и опять его что-то ударило в шлем. Нет, на этот раз не болт. Ударило и зажужжало в рикошете улетая прочь. Это уже не арбалет. Это аркебуза. Он взглянул на тот берег, а там не меньше полусотни арбалетчиков и трех десятков аркебузиров, все делом заняты. Стараются, заряжают свое оружие и стреляют. И на него словно дождь, словно ливень хлынули болты и пули. Застучали по доспехам, и стреляли, подлецы, хорошо, по шлему, все по шлему метили. Ему даже пришлось руку левую поднять, чтобы латной перчаткой прикрыть сверху забрало. Мало ли, вдруг пролетит что в прорези. И он стал отходить. Пятился, так и прикрывая прорези рукой сверху, ведь на «спине» доспеха уязвимых мест больше.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: