Джоэл Розенберг - Путь к Эвенору
- Название:Путь к Эвенору
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:ACT, ACT МОСКВА, Транзиткнига
- Год:2006
- Город:Москва
- ISBN:5-17-034466-Х, 5-9713-1617-6, 5-9578-3280-4
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Джоэл Розенберг - Путь к Эвенору краткое содержание
Величайший из воинов магического мира, славнейший и благороднейший из императоров, пришелец из НАШЕЙ РЕАЛЬНОСТИ Карл Каллинан ПАЛ В НЕРАВНОМ БОЮ. Его меч и корона достались сыну Джейсону, а с ними и вечная война с безжалостными служителями Тьмы — работорговцами.
Но по-прежнему ходит по городам и дорогам слух — «Король жив!». И подтвердить или опровергнуть эти слова может лишь человек, которого считают УБИЙЦЕЙ Карла Куллинана. Однако — ГДЕ ИСКАТЬ ЕГО? Возможно, ответ на этот вопрос супруга короля и принц Джексон получат в ЗАГАДОЧНЕЙШЕМ месте волшебного мира — запретном городе Эвеноре...
Путь к Эвенору - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
Ну да, на поясе у меня боевой кинжал, куда дальше достающий в бою. Но он всего лишь металл, всего лишь оружие.
А это — мой нож.
Он многое значил для меня, он был здесь, чтобы помочь мне. Что там говорил Ахира? Что-то про то, что не одни только люди в нашей жизни имеют значение, что стоит больше заботиться о том, что мы делаем своими руками, чем пользуемся, потому что мы вкладываем частицу себя во все, к чему прикасаемся.
И я знаю, что складной нож без стопора — глупость, а не оружие в драке, а потому раскрыл шило посреди колодки и зажал нож в руке, пропустив шило между пальцами. Один удар — и оно вонзится глубоко, сильно, сквозь кожу, в глаза Бойоардо.
Мой нож.
Давайте сюда демонов.
Вдалеке что-то взревело — звук одновременно знакомый и странный. Не рев зверя — рык мотора. Я уж столько лет не слышал звука мотора, до скольких считать не умею.
Из тумана вышел Бойоардо — точное мое подобие. Плащ вился вокруг его ног.
— Как мило с твоей стороны дождаться меня здесь, Уолтер Словотский, — моим голосом произнесло мое лицо. — Ты испортил мне игру; теперь я испорчу тебе. — Он улыбнулся. — Я всегда знал, что все кончится тут, в этом Месте.
Он нанес удар — но я закрылся левой. Она тут же онемела и повисла, но правая еще работала, и я нанес ему прямой в лицо.
— Пошел ты! — сказал я.
Он успел отклонить голову, но тонкое стальное острие вспороло ему щеку до самой кости. Он пошатнулся.
Но этого было слишком мало. Он ударил меня наотмашь, поднял и швырнул оземь. Я тяжело грохнулся на плиты, нож вылетел и канул в туман. Я пополз было за ним, но Бойоардо встал у меня на пути.
— Ты проиграл, — сказал он.
Дальний рев стал ближе.
Я узнал этот звук — Господи Боже, я узнал его! Восемь цилиндров, дающих мощность больше, чем у трех сотен лошадей, толкающих вперед тонны стекла и металла, раскрашенные черным и желтым, как шершень.
Ахира был прав. Нам надо заботиться о том, что мы создаем, чем владеем, с чем соприкасаемся, потому что в каждой из наших вещей есть частичка от нас — и нам надо думать о том, каковы мы. А в Место, Где Лишь То, Что Ты Любил, Может Помочь Тебе, лучше всего попадать, если ты был открыт миру и много с чем соприкоснулся, потому что неизвестно, что тебе здесь может понадобиться.
— Ошибаешься, Бойоардо, — сказал я. — Проиграл ты.
Дождь слез растворил черные путы, и Андреа сделала еще шаг через улицу, к мерцанию форпоста Фэйри.
— Она прошла! — с облегчением выдохнул Джейсон.
— Нет. — Ахира мотнул головой. — Она еще не дошла туда. Смотри.
Мерцание обретало твердость, сияние становилось стеной, что воздвигалась от земли и до небес.
Стеклянистые руки выросли из стены, они толкали Андреа и тащили ее, одни хватались за одежды, другие за волосы. Крохотные пальчики, обретая плоть, сжимались все крепче.
Она обратилась к другой странице своей книги — и, мгновение поколебавшись, начала читать.
С губ слетели слова, которых невозможно запомнить, и одновременно она, сунув книгу под мышку, коснулась правым указательным пальцем левого запястья.
Струйка крови побежала по ее руке, крупные алые капли золотели и искрились.
Она сложила левую ладонь чашечкой. Струйка крови бежала по руке и, свертываясь, собиралась в ладони. Когда от лужицы полетели золотые искры, Андреа вскинула руку и тряхнула ею — раз, другой, третий. Облако золотых искр превратило призрачные руки в туман — а потом и вовсе в ничто.
Высоко подняв Око, держа раскрытую книгу в свободной руке, Белая Андреа снова шагнула вперед.
— Ошибаешься, Бойоардо, — сказал я. — Проиграл ты.
Если уж помирать, то можно за те же деньги со смелыми словами на устах, но умирать я не собирался — здесь и сейчас. Он сам виноват: Место выбирал он. Возможно, в своей чужеродной жестокости он подумал, что будет забавно прикончить меня тут, в Моем Месте, — но его самонадеянность подвела его.
Это место было моим .
Сперва он мне не поверил. Потом улыбка его исчезла, глаза расширились. Взгляд его заметался из стороны в сторону в поисках пути к бегству — пути не существовало. С одной стороны была стена, с другой, из тумана, приближалась она.
Бойоардо попробовал сплутовать, попытался сменить облик — но было слишком поздно, да и скорость у него была не та. Прежде он менялся быстрее; теперь это выглядело так, будто он пытается принять слишком много обличий одновременно.
Тем хуже для него. Когда выступаешь против Большой Машины, не отвлекайся.
Это была одна из последних и несомненно лучшая модель Американской Большой Машины, зверь с мотором в три сотни лошадиных сил и львиным рьжом. Двухцветный, черно-желтый, как шершень, гибкое ветровое стекло, гнутые крылья и багажник, на котором можно разбивать лагерь.
Взвизгнув шинами, она обогнула меня — тонны черно желтой стали, взревев, вынеслись из тумана и врезались в Бойоардо, размазав его по стене.
Он попытался подняться, но Большая Машина дала задний ход, задымились шины — и она снова переключила скорость, припечатав его к стенке. Радиатор от удара погнулся, ветровое стекло пошло трещинами.
Бойоардо был настигнут в миг превращения. Он снова поднялся, весь разбитый, в крови, слишком слабый, чтобы сосредоточиться и измениться. Пальцы его змеились, когда он, защищаясь, вскинул сломанные руки.
— Нет, умоляю!
Жалость не остановила бы мою руку, да во мне и не было жалости. Нельзя играть с людьми, будто они игрушки, — и ожидать от меня сочувствия. Не стоит рвать тех, кого я люблю, на кровавые тряпочки — а потом взывать к моему состраданию.
— Давай, — сказал я.
Воздух перед Андреа сгустился — и стал черной стеной, отделившей ее от Посольства Фэйри.
Она вытянула правую руку — ту, что держала Око — и, не переставая шептать, сильно ударила по стене. На кончиках ее пальцев занялись огоньки — холодные белые и алые шарики, исчезавшие, когда касались черной стены.
Она пробормотала еще одно заклинание, и ударил гром — у Ахиры зазвенело в ушах. Но и гром бился о черную стену без толку.
Она шагнула назад, озираясь, словно решая не то, бежать или нет, а куда бежать. Андреа мотала головой: черные, тронутые серебром волосы мечутся по плечам, глаза плотно закрыты.
За раскатами грома Ахира не слышал ее слов — но ему и не надо было их слышать.
Он почувствовал, что подоконник под его руками пошел трещинами, — и заставил себя разжать пальцы. Ломай подоконники, не ломай — лучше не станет. Он снова ошибся. Он считал, что маг не знает, как далеко может углубляться в чары, за что именно будет заплачено разумом, когда произойдет эта жертва.
Сейчас было ясно, что Андреа знает: за следующее заклятие она заплатит большим, чем слезы и кровь.
Она выпрямилась, расправила плечи и раскрыла книгу на новой странице. Она читала медленно, внятно, а рука, сжимавшая Око, поднималась все выше — пока распрямленный указательный палец колдуньи не коснулся виска. Словно говоря: «Я напитаю тебя этим».
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: