Тори Ру - Ноль [litres]
- Название:Ноль [litres]
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Литагент АСТ (БЕЗ ПОДПИСКИ)
- Год:2020
- Город:Москва
- ISBN:978-5-17-119485-7
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Тори Ру - Ноль [litres] краткое содержание
Но это не то, что мы чувствуем друг к другу. Что произойдет, если мы рискнем при всех взяться за руки?
Ноль [litres] - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
Зато вечером начинаются ежедневные занятия в «театралке» – так студенты называют курсы при Институте культуры, на них я с удовольствием хожу. Несмотря на огромное количество желающих, меня приняли – видимо, жюри усмотрело талант. Талант с блеском притворяться другим человеком.
Танцы мне не даются, но в постановке, что мы сейчас репетируем, можно все: раскинув руки, я хаотично дергаюсь и подпрыгиваю, танцую так, как могу и хочу, улетаю в счастливый безумный вечер, когда Егор учил меня «своему собственному пого», и улыбаюсь. Лишь в эти моменты я улыбаюсь.
Но сегодня субботнее утро, мама и дядя Миша уехали в торговый центр, а я под монотонное бормотание играющего в машинки брата прислоняюсь лбом к стеклу и возвращаюсь в городок – место своей добровольной тюрьмы.
Последний день моего пребывания в городке как наяву стоит перед глазами: после школьного собрания мы с мамой долго гуляем по заснеженным улицам Центра, мама рассказывает о Соне, ее детстве, настоящих мечтах и проделках – на самом деле она была веселой девчонкой, мы наверняка подружились бы с ней. Мама вспоминает первые слова маленькой сестренки и задорно смеется, а я ловлю себя на мысли, что ей удалось ненадолго развеять тяжкие, мучительные думы.
Но на пути, сияя и удивленно моргая, возникает «Катенька Иванова» – бабушкина бывшая ученица, и лезет к маме с объятиями. Завязывается долгий разговор.
Тихонько отделяюсь и ухожу прочь, спускаюсь по очищенным от наледи ступеням, совсем недавно служившим детворе горкой, и ноги сами несут меня к набережной.
Взбираюсь на заснеженную скамейку, глаза, уставшие от слез и тяжелых снов, ломит от нестерпимой белизны – впервые за долгое время я смотрю на реку, забравшую у меня все. Пролом давно затянулся и скрылся под снегом, храня вечную тайну.
Теперь полем и посадками вдоль железки, по рельсам которой, тяжело переваливаясь, уходят в сказочные дали поезда, я любуюсь одна… И каждый миг жду, что теплая рука ляжет на плечо, а светлая улыбка разгонит мутные тучи ожиданий, чаяний, надежд и безнадеги.
– Вернись… Пожалуйста! Вернись… – шепчут холодные губы, порыв ветра гнет деревья, с голых веток срываются черные птицы и спасаются на проводах.
Он не вернется. Оттуда не возвращаются. Никогда.
Задохнувшись от чьего-то незримого присутствия, покидаю скамейку и медленно бреду к затаившейся под толщей льда воде, прохожу вдоль пустого берега и застываю у стены, где Егор навсегда со мной попрощался.
«Пустое место, ничто, ноль, который должен страдать…»
Ноль. Начало отсчета моей настоящей жизни. Он вернул себе и мне то, что забрали у нас еще до рождения. Он вернул людям совесть, возвратил их к точке, когда души еще не почернели от ненависти. Ему все-таки улыбнулись – виновато, удивленно, смущенно…
И вдруг я понимаю, что все мечты Егора разом сбылись: он вытащил маму из беспросветности и грязи сплетен, его любят, ему улыбаются и несут цветы, а сам он ушел туда, где все хорошо.
– Ты сделал это, слышишь? Без помощи дара, которым ты так тяготился… У тебя получилось просто потому, что ты всегда, в любых обстоятельствах, оставался человеком. Только вот моя мечта гордо пройтись рядом, держась за руки, не сбудется уже никогда… Сотвори чудо еще раз… Вернись! – Я снимаю перчатку, вытягиваю вперед руку и раскрываю ладонь. Долго-долго держу ее над замерзшей водой и глотаю слезы, но ничто не меняется.
От реки веет ледяным спокойствием.
Разочарованно наблюдаю за неподвижным черно-белым пейзажем, сжимаю кулак, дую на окоченевшие пальцы… Одинокая фигура в ярком элегантном пальто, постояв у самой кромки льда, наклоняется и осторожно кладет на холодную гладь цветы – две красные гвоздики.
Бабушка…
Она выдыхает в воздух короткое: «Прости меня, мальчик», отступает от берега и шагает прочь.
Онемев, провожаю взглядом прямую, гордую спину, и слезы обжигают щеки: я не верю бабушке, скорбь – это роль, которую она играет в совершенстве. В городке изменилось отношение к Лебедевым, а она просто не может отличаться от всех остальных! Но ведь ее никто не видит сейчас…
Неужели то, чего Егор так долго ждал и добивался, наконец произошло – Галина Федоровна Наумова попросила у него прощения?!
Я не верю своим измученным глазам, волной накатывает истерика.
– Егор, она сделала это, смотри! Офигеть… У тебя получилось! Снова!
…Не на шутку встревоженная мама находит меня не сразу, а найдя, с трудом успокаивает.
– Мам, они все – лицемерные сволочи! Как они могут делать вид, что все хорошо, а они ни в чем не виноваты, как?! – кричу я сквозь спазмы и всхлипы.
– Это люди, Сонь. Просто люди… Я ведь тоже успокаиваю себя тем, что перечислила Наде несколько тысяч, ну… сделала, что могла. Да только вот она не снимает их со счета, – вздохнув, мама прижимает меня к себе. – А я… перевела деньги и, как всегда, пытаюсь жить спокойно. Права ты во всем, Соня. Во всем права.
Масик прерывает воспоминания просьбой достать с верхней полки конструктор – слезаю с нагретого подоконника, помогаю брату и, взяв со стола ноутбук, валюсь на диван.
Прошло почти два месяца, но я все равно с нездоровым упорством просматриваю новостные ленты, сайты местных газет, группы в соцсетях, даже профили бывших одноклассников и знакомых – горящие свечи с их аватарок уже исчезли, но гибель Егора все еще будоражит умы.
Мне много раз хотелось написать гадости Алене, Тимуру Алиеву и Сене Новикову – все они продолжают влачить бесцельное существование, добавляют на страницы тупую музыку, картинки, фото с тусовок… Но больше всего я хочу застать в сети Сашу и о многом спросить. Просто спросить.
Однако пользователь Алекс Королев с 31 декабря ушедшего года не посещал свою переполненную приторными комментариями страничку.
Никаких новостей о Егоре нет. Еще через четыре месяца его мама обратится в суд, и парня официально признают погибшим.
Тогда закончится и ее жизнь. И моя. И Воробья – преданного доброго великана, который не смог уберечь своего друга от беды.
Вбиваю в строку поиска его фамилию и имя, нахожу заброшенный с осени профиль, и беспроводная мышка падает из ослабевшей руки на пол.
Прямо сейчас Воробей онлайн!
С основной фотографии ухмыляется Сид Вишез, пока я судорожно набираю:
«Костя, привет!»
«Хой, детка! Сколько лет, сколько зим… Как оно?» – щелкает почти сразу ответ.
Голова кружится, пальцы дрожат и промахиваются мимо нужных кнопок – общение с Воробьем, который так хорошо знал Егора, приближает и меня к нему, дарит иррациональную больную надежду…
«Плохо. Очень плохо. А как ты?» – нажимаю на enter и жду.
«Служу России. Кстати, я скоро выйду из сети – не могу переписываться долго».
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: