Лана Синявская - Женщина-сфинкс

– Он куда хуже пресловутого Доктора Зло, как ты выразилась. Тот, по крайней мере, был человеком.

– Ты спятила?

Яся даже не улыбнулась. Ее лицо осталось серьезным, даже мрачным, несмотря на то, что их враг отстал на добрую сотню километров.

Они сидели в маленьком кафе, многолюдность которого отчасти компенсировала несъедобную пищу.

– К сожалению, я не преувеличиваю, – заявила Яся. – Этот мистер Сомерсет – колдун, и очень сильный. Его видимость обманчива. Он такой же респектабельный джентльмен, как я – балерина.

– Ты мне так и не сказала, откуда у тебя дубликат этого тряпичного чудовища?

– Материализация.

– Чего-чего?

– Не слышала о таком?

– Не держи меня за дуру. Конечно, слышала, но мне казалось, что все это как-то… не слишком… правдоподобно. Ты что, взаправду создала эту куклу из воздуха?

– Естественно.

Анна два раза моргнула.

– Ничего сложного. Все дело в практике. Ты тоже могла бы, если бы потренировалась. Мне, честно скажу, пришлось попотеть.

– Постой-ка! – Девушка вдруг нахмурилась. – Если этот тип такой сильный маг, так почему же он не материализовал билет, когда его прижал контролер? Может, ты переоценила его способности?

– Да нет, способности тут ни при чем. Создать бумажку, ПОХОЖУЮ на билет, для Сомерсета – семечки. Однако создать можно лишь то, что хорошо себе представляешь. Кукла была у меня перед глазами, на зрение не жалуюсь, рассмотрела я ее хорошо, поэтому получилось очень похоже. Другое дело билет. В общих чертах его представляет себе каждый, но в данном случае этого было мало. Контролер мигом бы уловил малейшую разницу, ведь он проверяет их с утра до вечера, бог знает сколько лет. Представляешь, что бы получилось?

– Он понял бы, что это подделка?

– Вот именно. Сомерсет мгновенно оценил ситуацию и благоразумно не стал махать волшебной палочкой, чтобы не усугублять ситуацию. Нас это спасло.

– До чего же мне нравятся английские контролеры, – мечтательно проговорила Аня. Яся сосредоточенно жевала, не глядя на нее. – Погоди-ка! – Анна взглянула на подругу с подозрением. – А ну скажи, человека материализовать можно?

– Ну… Вообще-то… Да.

– Вот оно что! А ну, признавайся, контролер – тоже твоя работа?

– Что ты, что ты, нет! – замахала руками Яся.

– Ну, слава богу, – вздохнула Аня с облегчением, – а то уж я стала тебя побаиваться.

– Я не создавала контролера, – продолжила Яся с хитрой улыбкой, – я его вызвала…

Универмаг «Selfriges» встретил подруг толпами шопоголиков и товарным изобилием. Практичная Яся решила совместить приятное с полезным. Внешний вид Ани нуждался в срочном исправлении, если лицо и руки она сумела отмыть в туалете кафе, то на грязное пальто и рваные колготы все чаще оглядывались.

Через полчаса Аня облачилась во все новое, от трусиков до пальто, да и Яся, не удержавшись, разжилась обновками.

В холле отеля «Дорчестер» – вот как, оказывается, он назывался – нагруженных покупками подруг ожидал сюрприз. Первой на него среагировала Анна. Яся только слабо охнула, когда та ухватила ее за рукав и затолкала за массивную золотую колонну.

– Ты что, черта увидала? – проворчала Ярослава Викторовна.

– Хуже, – отмахнулась Аня мрачно. – Там Макс. Увидит нас – все пропало. Запрет в номере и прикует цепью для верности.

– Ну и как нам быть? Прятаться за этой колонной до полуночи?

– Не выйдет, – с сожалением вздохнула Аня. – Нас уже засек метрдотель, или как он там называется. Вон он кругами ходит. Ишь, уставился.

Немного погодя, убедившись, что Макс уехал на лифте, подруги с независимым видом покинули холл.

Дженнифер не подвела. Она словно караулила под дверью и отперла сразу же, как только они поскреблись.

– Все спят, – шепотом сообщила она и протянула ключ от номера. – Вы там поаккуратнее.

Возле комнаты, где умерла Нурия, Анну сильно зазнобило.

Ключ повернулся совершенно бесшумно – кто-то позаботился об этом заранее, – и так же бесшумно отворилась дверь. Темная прихожая поглотила их, как морская бездна. Вначале Анна ничего не видела, потом позади нее вспыхнул робкий лучик света – предусмотрительная Яся прихватила с собой фонарик.

Вдруг Аня споткнулась, слабо пискнула, а когда подняла голову, едва не заорала: прямо на нее, противно ухмыляясь, смотрел мерзкий старикашка, хитро щуря опухшие глазки.

Крик застрял в горле, так и не успев вырваться наружу, Ясина рука уверенно перекрыла ему доступ.

– Тише, не ори, – зашептала она Ане в ухо. – Это всего лишь скульптура.

– Мммм?

– Чего?

Аня нетерпеливо оторвала ее пальцы от своих губ и повторила недоверчиво:

– Он ненастоящий?

– Нет, конечно. – Яся протянула руку и для верности постучала старику по лысой макушке. – Деревянный он.

– Надо же! А выглядит как живой. Какого черта он тут делает? Ему место в музее этого… как его… зодчества.

– Попрошу не выражаться!

– Яся, это ты сказала? – присела в испуге Аня, хотя скрипучий голос не имел с сопрано подруги ничего общего. Яся ответила не сразу. Анна обернулась, чтобы посмотреть, и увидела, что та застыла с открытым ртом и с безумным видом тычет во что-то пальцем.

– Это он сказал! – просипела она наконец.

– Кто? Этот? Ты же сказала, что он из дерева. – Аня все еще надеялась, что Яся шутит, и даже неестественно хихикнула, боясь посмотреть на статую. Потом быстро глянула и пискнула:

– Эй, как вас там, это правда вы?

– Я!

Статуя даже не пошевелилась, хотя Анна пристально вглядывалась в ее лицо.

– Слушайте, вы нас пугаете, – заикаясь, сообщила Яся. – Может, хватит фокусов, поговорим по-нормальному?

– Какие еще фокусы? – обиделась статуя.

– Ну, вот это вот… в смысле, разговоры. Вылезайте, а? Где вы прячетесь?

– Эх, девки, кабы я мог…

– Ань, по-моему, это действительно говорящая статуя, – вздохнула Яся и пощупала свой лоб. – Кажется, у меня бред.

– Говорящая статуя, с ума сойти!

– Я не статуя, я человек, мистер Орбисон. Только меня того… заколдовали. Двигаться не могу. Только говорить. Полчаса. Ночью.

– Тот самый мистер Орбисон? – ахнули подруги хором. – Как же вас жена не обнаружила?

– Так боится она сюда заходить. А я кроме как ночью и голос-то подать не могу. Стою истукан истуканом.

– Кто же это вас так, уважаемый? И за какие грехи?

– Супостат этот, больше некому, – прогудело в ответ.

– Вы не уверены? – заметила Аня.

– Так не видел я, – продолжал сокрушаться деревянный мистер Орбисон.

– Ну и дела.

– Дела-то как раз обыкновенные, – усмехнулась Яся. – Вы, уважаемый, зачем в квартирку-то полезли? Он ведь вас прямо тут застукал?

– Грешен, каюсь, – ответил истукан со слезой в голосе. – Любопытно мне было, чем он занимается. Оно ведь как? Если человек таится да прячется, то дело нечисто…