Лана Синявская - Женщина-сфинкс

– Слушай, я стала все понимать!

– Значит, ты все-таки изучала старый английский?

– Да нет же! У меня такое ощущение, что его… вспомнила! Как я могла вспомнить то, чего никогда не знала?

Яся пожала плечами, на лице ее промелькнула тревога. А ее подруга уже бойко читала текст, изредка морщась, потому что содержание казалось ей отвратительным. Оказалось, что на стене записано древнее заклинание, используемое для зловещего обряда. Ни с чем подобным Анна прежде не сталкивалась, хотя кое-что в колдовстве понимала.

– Господи, – пробормотала она, дочитав до конца, – неужели он применял это на практике?!

– Не сомневаюсь. Этот тип не только величайший маг, он – некромант!

– Злой колдун? Это и так было понятно, – беспечно хмыкнула Аня.

– Нет, ты не понимаешь, – рассердилась Ярослава Викторовна. – В его руках подлинный «Некрономикон», и теперь…

– Неужели эта книга так опасна? Я думала – это легенда, а легенды, как известно, – всего лишь продукт воображения.

– Так и есть, но за волшебной паутиной вокруг них обязательно скрывается крупица правды. Легенда возникает не на пустом месте. Хотя, к счастью, правда имеет с окончательным вариантом весьма отдаленное сходство.

– Вот видишь!

– Но не в этом случае. «Некрономикон» – руководство по подчинению себе обитателей Пустоты.

– И кто там обитает?

– Древние. Они явились на Землю с Темных звезд еще до рождения человека.

– Инопланетяне, что ли?

– Молчи и слушай.

– Древние вели себя, скажем так, отвратительно, – продолжала Яся. – За это их покарали Старшие Владыки, сослав за грань миров, в Царство Хаоса. Там они обретаются и по сей день. Вроде бы спят, но могут проснуться в любую минуту, если кто-то их позовет. Важно уметь позвать. И «Некрономикон» может научить этому.

– А зачем их вообще звать, если они такие злобные?

– Они способны доставить Хозяину все блага мира. Это плата за свою свободу.

– Значит, главное – вызвать Древних, и ты в шоколаде?

– Главное, – Яся вздохнула, – это загнать их обратно. Стоит приоткрыть Врата, и из иного измерения повалят смертоносные сущности, как тараканы после дихлофоса.

– Значит, этот тип научился управлять демонами?

– Видимо, так оно и есть. Хотя… С демонами вообще связываются редко, очень уж они непредсказуемы и опасны. В Аду шутить не любят и скидок не делают. Поэтому некроманты предпочитают использовать для своих целей мертвецов. Вот этими они командуют виртуозно.

– Час от часу не легче, – пробормотала Аня. – Мертвецы – это тоже не букет одуванчиков. А ты уверена?

– Ни в чем я не уверена, – в сердцах махнула рукой Яся. – Но то, что записи сделаны кровью, говорит в пользу моего предположения.

– Пойдем, оставаться здесь опасно. Мы узнали все, что хотели. Теперь нужно обдумать все в спокойной обстановке.

Аня, как глухонемая, потрясла головой, не издавая ни звука, пошатнулась и, чтобы не упасть, оперлась рукой на низкий журнальный столик со стеклянной столешницей, в которой отразилось ее лицо и поглядывающая в окно луна.

– Это зеркало, – прошептала девушка.

Это была она! Та самая женщина. Сейчас она смотрела на нее из зеркала – глаза в глаза – и издевательски ухмылялась. Девушка вскрикнула и выронила свою ношу. С громким звоном зеркало раскололось на несколько частей, засыпав весь пол осколками.

– Дурная примета, – произнес холодный голос по-английски у нее за спиной.

– А ты кто такая? – грозно спросила внезапно возникшая на пороге Яся. Аня удивилась, что подруга совсем не испугалась. Глупая! Она не понимает, что произошло!

– Уходи, Яся. Это Селия Бэкон. Она ненормальная! – крикнула Аня по-русски. Селия ухмыльнулась. Как будто поняла. Ее лицо, подсвеченное лунным светом, многократно отраженным десятками зеркальных осколков, напоминало странную маску: контрастные переходы от света к тени и зловещие дыры глазниц. Сердце Ани отчаянно забилось, она затряслась мелкой дрожью. Темнота вокруг нее словно ожила и наполнилась пульсирующими волнами ужаса.

Селия шагнула к ней. Подол ее длинного черного платья, шелковисто поблескивая, прошелестел что-то угрожающее.

– Кого я ви-ижу! – сказала она, презрительно растягивая гласные. – Члены кружка «Юный волшебник»!

«Черт, эта ведьма все знает!» – подумала Яся, приближаясь к застывшей от страха подруге и стараясь, чтобы ее маневры не слишком бросались в глаза. Кто знает, чего ждать от незваной гостьи.

– Мой друг будет рад, – продолжала веселиться Селия. – Мало кто отваживается навещать его вот так запросто.

– И хорошо, – кивнула Аня, – не то в комнате от мебели было бы не протолкнуться.

– Заткнись, – прошипела Яся, – а то превратит тебя в раскладушку.

К счастью, Селия плохо понимала по-русски и никак не отреагировала на их оживленный обмен репликами. Несмотря на страх, Аня испытала некое удовлетворение, заметив замешательство на ее холодном злом лице.

– Что-то мы загостились, – пробормотала девушка и, ухватив Ясю за руку, потащила ее за собой. Она надеялась на эффект внезапности, но американка перехватила их на полпути. Ледяные пальцы защелкнулись на Анином запястье, как наручники. Девушка машинально поразилась необыкновенной силе, таившейся в тонких, аристократических пальцах хрупкой на вид женщины. Конечно, Аня попыталась оказать сопротивление, но все напрасно. Яся беспомощно кружила вокруг, высматривая что потяжелее с намерением шандарахнуть налетчицу по темечку, но, как назло, ничего подходящего в поле зрения не попадало.

«Эх, была не была», – подумала она и ринулась с криком головой вперед на таран. То ли Ясин вопль возымел действие, то ли голова ее оказалась особо прочной, но Селия выпустила свою жертву, покачнулась и рухнула на пол, увлекая Ясю за собой.

– Беги, Анька! – успела крикнуть она и навалилась на брыкающуюся американку сверху.

Аня выбежала на улицу. И оказалась в центре заснеженного парка, в полной темноте, в окружении старых вязов и сугробов. Почему-то фонари не горели, их силуэты маячили в тумане, точно призраки. Вертя головой во все стороны, Аня переступила с ноги на ногу и услышала под ногами угрожающий треск.

Оказалось, что она случайно попала на самую середину застывшего и ровного, как тарелка, пруда, а под ногами прогибается и пружинит подтаявший лед, готовый в любую минуту проломиться под ее тяжестью. Девушка застыла, нелепо раскинув руки и боясь сдвинуться с места. Берег – она разглядела его в конце концов за деревьями – казался страшно далеким, но добраться до него было надо.

Покачиваясь, как эквилибрист, дрожа от озноба, она осторожно двинулась к берегу, шагая, словно проржавевший железный дровосек.

Боясь сбиться, девушка не сводила с берега слезящихся глаз, но мелькнувшую там тень заметила совершенно случайно, буквально краем глаза. Как бы ей хотелось разглядеть того, кто прячется за деревьями. Тщетно! Она смогла определить лишь, что это женщина, которая быстро приближается.