Генри Олди - Рассказы ночной стражи
- Название:Рассказы ночной стражи
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:2020
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Генри Олди - Рассказы ночной стражи краткое содержание
Вторую книгу романа «Карп и дракон» составили «Повесть о стальных мечах и горячих сердцах», «Повесть о деревенском кладбище и посланце небес» и «Повесть о лицах потерянных и лицах обретённых».
2020 г.
Рассказы ночной стражи - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
— Я всегда надеваю её, когда сопровождаю вас.
— Надевай, даже если не сопровождаешь. Никаких тряпок, только маска.
— Да, господин.
Когда я вошёл в сарай, служивший Мигеру жилищем, он кинулся за тряпкой и стал торопливо обматывать голову, скрывая лицо — вернее, то, что заменяло ему лицо. Маска лежала дальше, тряпка первой подвернулась Мигеру под руку. Сказать по правде, он опоздал — краем глаза я успел увидеть серую массу, лишь отдалённо имевшую сходство с чертами обычного человека, и удивился собственному равнодушию.
Привык, что ли? Мигеру редко открывал лицо при мне, это были случайности или оплошности, но я-то знал, что скрывает маска или тряпка. Похоже, этого мне хватило для привычки.
— Слышал про убийства таких, как ты?
— Они не такие, как я, господин.
— Вот как? Ты лучше?
— Нет.
— Так чем же они отличаются от тебя?
— Они беспомощны. Даже тот, который защищался маской. Мне жаль их, господин. Но если мне суждено погибнуть во второй раз, я умру иначе.
— Во второй раз ты умрёшь просто так. Я имею в виду, без фуккацу . Ты об этом?
— Нет.
Поди пойми, о чём он.
«В деле об убийствах безликих, — сказал господин Сэки, когда я спросил его о наших слугах, — это знание вам не понадобится. Вы молоды, а это знание сильно отягощает жизнь дознавателя. Ещё больше оно отягощает отношения дознавателя со слугой».
Днём я отправил посыльного к старосте трупожогов. Приказал докладывать мне — или в управу, если меня не найдут — обо всех случаях обнаружения убитых каонай . Даже если на трупах не будет видимых повреждений — всё равно докладывать. Тела не жечь до особого распоряжения. За попытку утаить найденное тело безликого или его имущество — строго накажу.
Посыльный вернулся, доложил, что староста всё понял.
— Что ты делал? Чинил одежду?
— Чинил клюку, господин.
— Ты возишься с ней, как с родной дочерью.
— Она неудобная, господин.
— Сделай удобную.
— Удобные мне запрещено носить. Каонай нельзя иметь оружие. А эта… Сколько её ни чини, она не станет такой, к каким я привык.
— Так зачем ты возишься?
— Если мне суждено погибнуть во второй раз, я умру иначе. Я уже говорил вам, господин.

В сарае было темно, тесно и холодно. У нас везде тесно, везде холодно — и почти везде темно — но в сарае это ощущалось с особенной остротой. Земляной пол затвердел, смёрзся. Казалось, он дышал: от этого дыхания у меня ныли икры, а пальцы ног поджимались сами собой. Осенью я подарил Мигеру пару старых циновок, но с наступлением холодов безликий перестал спать на полу и соорудил себе дощатую лежанку: низенькую, до колена, и узкую как лавка. Лежанку он застилал обеими циновками, рядом ставил жаровню, где жёг щепу и угольный сор, и заворачивался в стёганый халат, предназначенный для сна в холодные сезоны — драный, выцветший, но ещё тёплый. Поверх халата Мигеру укрывался накидкой из соломы. Дверь он оставлял приоткрытой: да, снаружи задувал ветер, но в сарае не было окон. От дыма, курившегося над жаровней, в тесной, как гроб, пристройке легко угореть, это я понимаю. Рассчитывать, что дым уйдёт в щели между досками стен, Мигеру боялся и правильно делал.
Одежду, которую он не носил, мой слуга заворачивал в платок и клал в углу на груду хлама, снесённого в сарай мной и отцом. Впрочем, сколько той одежды? Всё, что я ему дал, Мигеру с наступлением зимы надевал на себя. Тело его не боялось холодов, я видел, что слуга не дрожит, даже когда меня самого бил озноб. Но разум — или дух, не знаю — привык к жизни в более жарком климате. Разум криком кричал, что мёрзнет, и хватит, спор закончен.
— Сними тряпку, — велел я.
— Надеть маску, господин?
— Нет. Просто сними тряпку.
Мигеру подчинился. Сарай освещал крохотный фонарь, света он давал мало, но я видел всё, что хотел увидеть. Серая кожа в морщинах. Носовые щели. Третья щель: рот. Глаза тусклые, узкие сверх меры, без ресниц и бровей. Да, я привык. Ни желания прогнать, ни желания ударить. Но я приказал Мигеру снять тряпку не для этого.
— Никуда ночью не выходи, понял?
— Вы уже говорили, господин.
— Это неважно. Отвечай!
— Да, господин. А по нужде?
Он дословно повторил свой первый ответ. Скрытая насмешка? Неважно. Повторил он, повторю я.
— Не выходи со двора. Если выходишь в город, всегда надевай служебную маску.
— Я всегда надеваю её, когда сопровождаю вас.
— Надевай, даже если не сопровождаешь.
— Да, господин.
— Никаких тряпок, только маска.
— Да, господин. Можно вопрос?
— Спрашивай.
— Зачем вы приказываете то, что уже приказали? Зачем вы выслушиваете мои ответы, которые вам уже известны? Это какая-то шутка?
Ага, не один я усмотрел в происходящем насмешку.
— Нет, это не шутка. Я хотел понять, смогу ли я прочесть что-нибудь на том, что служит тебе лицом. Раздражение, подчинение, недоумение. Какое-нибудь чувство, понял? У всех людей чувства отражаются на лицах, знаешь?
— У меня нет лица.
— Это правда.
— Вы сумели что-нибудь прочесть, господин?
— Да.
— Что?
— Ты изумлён моим поступком. Ты хотел уязвить меня, но передумал. А сейчас ты снова изумлён.
— Да, господин. Зачем вам это надо?
— Не знаю. Думаю, если я сумею распознать чувства на лице каонай , то распознавать их на лицах обычных людей мне станет гораздо проще. В дальнейшем, когда мы наедине, можешь не скрывать лицо. Но только если мы наедине!
— У меня нет лица. Ни у кого из каонай нет лица.
— Не лови меня на слове. Всё, я пошёл.
— Спать, господин?
— Нет, у меня встреча.
— В такое позднее время? Я иду с вами.
— Ты останешься дома. Это личная встреча, она не касается службы.
— Я…
— Молчи! Ложись спать.
— По городу бродит убийца, господин.
— Он убивает только безликих. Из нас двоих рискуешь ты, не я. Я в безопасности и не нуждаюсь в няньке.
— И всё-таки…
— Ты безликий или безмозглый? Кому я велел сидеть дома по ночам?! Дважды, а?! Оба раза ты сказал, что подчиняешься, и что? Ты лгал мне?! Спать, кому сказано!
— Да, господин. Я ложусь спать.
Я вышел из сарая. Только Мигеру мне не хватало! Если мы с Ясухиро-младшим собираемся подглядывать за сенсеем, то лучше обойтись без свидетелей.
Хлопья снега падали мне на плечи.
— Эй, Мигеру!
Каонай был удивлён, что я вернулся, но виду не подал. И лица скрывать не стал. Молодец, запомнил.
— Что, господин?
— В каком доме ты жил раньше?
— Где придётся, господин. Случалось, ночевал под открытым небом.
— Я имею в виду, до твоей смерти. В прошлой жизни, а? Это был хороший дом?
Тени от фонаря превратили его безликость в почти человеческое лицо.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: