Андрей Кудин - Времена философов
- Название:Времена философов
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:2020
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Андрей Кудин - Времена философов краткое содержание
Времена философов - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
Мы думаем, что побеждаем смерть, а на самом деле мы превращаем её в коварного врага, который будет убивать нас на расстоянии. Страх перед ней всё равно продолжает жить в глубине нас. Может быть, скоро и страх исчезнет, но будем ли мы тогда ещё живы?
Я поднял голову, встал на ноги и ещё раз посмотрел вокруг. Люди, все как один, молоды и красивы. Но на этот раз их красота показалась мне неестественной. Может быть, так только показалось. Я подумал: «Если мы создадим такой мир, в котором время и смерть не будут больше властны над нами, то почему же при этом мы не сможем избавиться от холода и страха?» Блеск внешности вместо сияния глубины… проглядывающая сквозь внешнюю красоту внутренняя пустота… Или я лишь тешу себя иллюзией? Просто не могу до конца смириться с правдой, которая прозвучала из уст оратора?.. А смириться не могу потому, что в изображённом им мире мне не занять уже достойное место… река жизни течёт мимо меня, а не я, подобно другим людям, плыву по ней.
Я смотрел вдаль и видел: мир как будто разделён на две половины; на одной половине – люди и всё, что создано ими, а на другой – пустошь, ничего нет, лишь монотонный, ничего не означающий гул доносится оттуда. Это она навевает людям страх и холод. И чем дальше они уходят от неё, тем сильнее её воздействие на них.
Тот же женский голос сказал:
– Покидая этот мир, смерть уносит с собой и любовь. А без любви в нём делать нечего.
А затем вновь призывно зазвучала речь оратора:
– Исходя из того, что всё – не исключая наши высокие чувства – есть Иллюзия, мы, человеческие существа по своей сути являемся намеревающимися создателями Иллюзии. Однако историческая правда заключается в том, что до недавнего времени мы являлись скорее её рабами, кто-то в меньшей, а кто-то в большей степени. Наши жизни были коротки, наши возможности ограничены. Наша общей экзистенциальной мечтой было жить в реальности, подобной управляемому сновидению, в которой исполнялись бы любые наши желания… жить беззаботно, всегда имея возможность открыть для себя что-то новое. Таким нам представлялся рай, – и он был отделён от нашего мира, как грёзы от реальности. Ведь как возможно было этого достичь? Как возможно было превратить наше тягостное земное существование в райскую жизнь? Большая экзистенциальная мечта в сердце каждого человека разбивалась на маленькие мечты – чтобы он мог чем-то утешаться и с верою идти в будущее.
Мы не зря шли. Физическое бессмертие и высокие технологии позволят нам воплотить её в жизнь. Сегодня мы близки к тому, чтобы, не покидая земных границ, выйти из-под власти времени. Оглянитесь вокруг! Этот мир полностью создан нами! Мы стоим в начале бесконечного пути!
Люди шли туда, куда звал их оратор, погружались в яркий свет и в нём исчезали.
– Мы с тобой, возможно, никогда не узнаем, что за тем горизонтом, – сказал я своему спутнику. – Нам – в другую сторону…
Если всё есть Иллюзия, может ли быть в чём-то подлинный смысл?.. Вопрос о душе – это вопрос о Вселенной. Жива Вселенная или мертва. Если мертва, то, что бы мы ни делали, рано или поздно превратимся в камни, всё закончится. Но если жива, нам вовсе не нужно искать бессмертие – оно у нас и так есть.
Как только мы двинулись в путь, вокруг нас вновь начала сгущаться серая пелена. Но потом она неожиданно растаяла. Я увидел – и не без грусти воспринял, – что мой спутник исчез, а я стою один посреди заросшего бурьяном поля.
Получилось так, что, ступив на пустынную, покинутую людьми территорию с мыслью, что встречу на ней лишь холод и тьму, я словно пронёсся сквозь неё и оказался в обычном мире, где, впрочем, тоже не было ни души. Что это за место и почему я в нём оказался? По футбольным воротам, что стояли по обе стороны поля, и знакомым деревьям, растущим за ним, я понял, что это заброшенный Вильский парк!
Почему-то передо мной сразу ожили мои детские воспоминания. Они перенесли меня в ту часть парка, где находятся аттракционы.
Праздничный летний день. Народ рекой стекается в парк, наполняя его звонкими голосами и смехом. А навстречу ему идут гигантские люди на ходулях, чья размеренная походка и пронзительные взгляды с высоты возбуждают воображение. Выше них только безоблачное небо (которое, впрочем, кажется совсем близким) и бесконечно вращающийся Сатурн.
Но потом я увидел нечто никак не связанное с воспоминаниями.
На сцене, где должен был располагаться оркестр и откуда доносилась музыка, стояли четверо молодых музыкантов (два парня и две девушки) – держа в руках музыкальные инструменты, но не играя на них. Они точно чего-то ждали. Я посмотрел вокруг. Только что меня окружали люди, теперь они все как один отдалились, вместе с ними отдалилась и праздничная мелодия, и сам праздничный летний день.
Впрочем, я не остался один. В десяти ярдах от меня находился ещё один человек. Среднего роста, слегка сутулый седовласый джентльмен со строгим, задумчивым лицом… я сразу же узнал в нём профессора Рольпера. Он стоял также неподвижно, как и молодые люди на сцене. Всё его внимание было направлено на них.
К четверым музыкантам вышел пятый (юноша лет шестнадцати) и занял место у микрофона. Вероятно, они ждали его. Но как только он вышел, праздничная мелодия затихла. День, который вызвало к жизни моё воспоминание, полностью растворился. А сцена стала старой и заброшенной, как и сам парк.
Небо затягивалось тучами, дул холодный ветер, летели листья, – хотя ближайшие деревья находились довольно далеко. Юноша держал перед собой несколько исписанных страниц и медленно по одной выбрасывал их – просто выпускал из руки, а ветер подхватывал и уносил вдаль. Было ясно, и микрофон и музыкальные инструменты будут и дальше молчать, на сцене не произойдёт никакого другого действия. Ожидание этих молодых людей не закончится.
Я посмотрел на профессора Рольпера. Он что-то произносил вполголоса, по всей вероятности, какое-то стихотворение. Отчётливо я расслышал только последнее предложение из него: «В годы нашей безумной Весны…» Одно предложение, – но казалось, оно вбирает в себя весь остальной текст. После того, как оно прозвучало, ветер унёс последнюю страницу. А затем на сцене появился мой недавний спутник – появился и тотчас же исчез. Вместе с ним исчез и юноша. Музыканты же стали растворяться, подобно призракам.
– В юности вы были поэтом… Что же произошло? – спонтанно обратился я к профессору. И с этой мыслью перенёсся обратно в актовый зал, что отнюдь не стало для меня неожиданностью.
Перемена произошла плавно, почти незаметно. Выросшая на фоне парка стена зала какое-то время была прозрачной – тучи по-прежнему плыли вдали, – и когда под ногами очертился контур пола, листья всё ещё продолжали лететь. Профессор Рольпер стоял на том же месте и в тех же десяти ярдах от меня; выглядел точно так же, даже выражение его взгляда не изменилось (хотя, что общего имеют между собой действия в заброшенном парке с тем, что происходит в зале?).
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: