Галина Гончарова - Клыкастые страсти

Вернусь тем же путем.

Хорошее настроение померло у шкафа с одеждой. Что надеть? Водолазку? Летом? А больше у меня ничего настолько хорошо горло не закрывает. С другой стороны, какое чье собачье дело?! Я тут кому-то отчетом обязана?! Заклею дырки полоской пластыря телесного цвета и надену побольше бижутерии. И нормалек. Бисерный воротник и такие же манжеты у меня есть. Подобрать шмотки в тон было делом минуты. Короткая юбка белого цвета, красно-черный топ, черно-красные бисерные украшения, белые босоножки и сумка – и я готова удирать от оборотней. Волосы – в высокий конский хвост. Косметика? Еще чего не хватало. Вот темные очки – обязательно.

Чердак был заперт, но у меня был ключ. Еще бы. Я постоянно шастаю к деду в соседний подъезд, так что замки мы врезали сами. То есть приглашали слесаря, конечно. Но замки подбирали такие, чтобы открыть ключом можно было и снаружи, и изнутри. Иногда я их даже смазываю.

Я выбралась на волю из соседнего подъезда и поспешила удрать.

Думаю, тут стоит пояснить. В нашей девятиэтажке шесть подъездов. Она построена в форме буквы «Т». Четыре подъезда находятся на одной стороне длинной перекладины «Т», в одном из них живу я. И два – на другой стороне. В одном из них как раз живет дед. Поэтому я и смогла выбраться незамеченной. Но часто такой номер не покрутишь. Поймут, поймают… надо бы вернуться побыстрее.

Скверик был в десяти минутах ходьбы от моего дома.

Тут краткий экскурс в историю города.

Сами понимаете, последняя победа у нас была над Гитлером. Потом – одни поражения. Поэтому наше правительство так и выпячивает ту войну. Что им, про Афган вспоминать?! Про Чечню? Про перестройку? Я полагаю, за праздник двадцатилетия перестройки их и побить могут. Хотя кто знает… вот сожрет нас Америка окончательно – и будем отмечать и «перестройку», и «демократию», и «крушение Советского союза»… Как ни печально. Простите, отвлеклась.

Еще десять-пятнадцать лет назад, в честь, кажется, пятидесятилетия Победы, наш мэр разбил этот скверик. А потом какая-то умная голова придумала все памятники «Пятьдесят пять лет Победы», «Шестьдесят лет Победы» и так далее стаскивать сюда и устанавливать в одном месте. Скверик понемногу вымахал в приличный парк. Оно и к лучшему. Хоть детям и собакам есть где побегать.

У памятника (здоровущая кирпичина с памятной надписью, хрен своротишь) никого еще не было. И где этот Сережа? Сирожа, ёлки! Я посмотрела на часы. Ладно. Еще пять минут у него есть. Я пришла пораньше.

Послушаем электронную книгу? Мне тут «Историю царствования Екатерины» скинули.

Но получить удовольствие я не успела. Что-то несильно укололо меня в руку. Оса?

Шприц. Чер-р-р-рт!

Я попыталась рвануться хоть куда-то к людям, но не успела. Из-за спины появилась рука и зажала мне рот. Вторая лапа обхватила поперек тела. Я попыталась вывернуться или хотя бы пнуть врага, но не тут-то было. Сознание отчалило в далекие края.

Последней мыслью стало «Почему, когда нужно, в этом скверике не сидит ни одной бешеной бабки с повышенной наблюдательностью и склочностью?!».

Пробуждение было хреновым. Голова разламывалась, мутило, в желудке веселились оливки и просились на волю. О том, чтобы симулировать беспамятство и послушать, о чем говорят похитители, или вообще тихо оглядеться, не было и речи.

Я резко повернула голову набок, чтобы не захлебнуться, и меня очень удачно стошнило прямо на какого-то типа в светлых джинсах и белой майке.

А нечего порядочных девушек похищать! Нечего!

Оплеванный (чтобы не сказать облеванный) мной тип отскочил и коротко, минут на пять, поведал миру о своих отношениях с моей матерью и некоторыми видами животных.

Меня опять вывернуло.

Кто-то подошел, повернул меня на бок и даже вытер рот салфеткой.

– Извините, Юлия Евгеньевна, мы не знали, что у вас такая сильная реакция на снотворное.

Я сплюнула и прошипела:

– Воды дайте. А то точно сдохну. Что вы мне впихнули?!

– Четыредиоксиазохлор… – произнес тот же голос.

Оплеванный мной тип вылетел за дверь. А из-за спины появился еще один парень и поднес к моим губам открытую бутылку с минералкой.

Название соединения мне ни о чем не сказало. Я еще раз сплюнула на пол (это не от бескультурья, все равно уже поздно его беречь) и присосалась к горлышку.

Полтора литра я выпила меньше чем за минуту.

– Не знаю, что это за пакость, но у меня действительно есть аллергия на ряд лекарств. Например, на группу новокаина.

Теперь я даже могла оглядеться. Хотя что толку? Явно частный дом. Даже лежа на одном боку видно, какие здесь толстые стены, невысокие потолки… так строили в начале века. Стены побелены, но обоями не оклеены. Я лежу на чем-то вроде кровати. Старой, знаете, такой, с сеткой и никелированными шарами. Еще мне видны два стула и стол. Этакая кривоногая и уродливая мебель шестидесятых. Страшно, аж жуть. И садиться, и глядеть. Вызов хорошему вкусу, а не мебель. Сплошное ДСП.

Окна мне не видно, да и есть ли оно? В комнате горит электрический свет. Но не могла же я здесь проваляться до ночи?

– Ваш организм поразительно быстро разлагает наркотические вещества. Почти как у нас, оборотней. Но вы не одна из нас.

– Оно и к лучшему, – булькнула я. – Для вас. Я бы вас научила любить родину.

– Сомневаюсь, что вам это удастся. Но вкалывать еще дозу я не хочу. Все же вы человек, хоть и с Печатями вампира. Возможны отравление, аллергия…

В этот момент желудок твердо решил рвануться наружу… Рвало меня минут пять. Парень успел увернуться и теперь поддерживал мне голову. Что ж, это ему зачтется. Пришибу безболезненно.

Наконец меня перестало выворачивать. Парень повернул меня на другой бок, чтобы я не вдыхала «все ароматы желудка», и взялся еще за одну бутылку с водой. Минеральной.

– Еще воды хотите?

– Хочу. Но еще больше я хочу ответов на вопросы.

– Господин приказывал с вами не общаться.

Я прищурилась, глядя на парня. Ауру видно было омерзительно. И голова сразу начинала кружиться еще сильнее. Но что делать?! Жить захочешь – еще не так извернешься.

Цвета расплывались, перетекали, мутнели, но серебристый рисунок я успела выцепить. И удовлетворенно опустила веки.

– Вы оборотень. Значит, ваш господин – вампир.

Голова постепенно прояснялась. Нет, болела-то она по-прежнему зверски, но уже была способна на размышления и выводы.

– Зачем меня похищать?

Я попыталась перевернуться на спину и обнаружила, что со связанными впереди руками это тоже очень неудобно делать.

– И зачем меня связывать? Я даже обычному качку не помеха, не то что оборотню.

– Но вам удалось справиться с вампиром. Я знаю про Влада.

– Да я задницу-то не оторву, не то чтобы на вас прыгать и в горло впиваться! И вообще меня стошнит на полдороге! Траванули, связали – а умыться, а в туалет как?! Лично мне штаны снимать будете?! Ой, господин не похвалит.