Галина Гончарова - Клыкастые страсти

Мягко, очень мягко. И Лидия стушевалась.

– Я…

Я сделала небольшой шаг вперед.

– Ты забыла свое место. Еще раз повысишь на меня голос – и я сделаю из твоей шкурки прикроватный коврик. Мне не нужен твой страх, но ты будешь уважать меня, потому что я сильнее!

И с последними словами моя сила выплеснулась наружу. Она была яростна и агрессивна. Она давила и подчиняла. Приказывала и прижимала к земле. Я – хозяйка. Она – кошка! Если нужно показать зубы каждому оборотню, я так и сделаю. Чтобы в критический момент они слушались моих приказаний!

Я добрая, но не всепрощающая…

Женщина со звериными глазами улыбалась из глубины моей души. И я знала: сейчас мое лицо приняло равнодушно-ледяное выражение. Мне было все равно. Я могла убить, могла подчинить, могла заставить перекинуться… Я сделаю с тигрицей все, что пожелаю. И она не сможет мне противостоять. Я – хозяйка.

И Лидия сломалась. Она опустила глаза.

– Простите, госпожа, я не хотела…

Я не стала говорить что-то вроде «Если еще хоть раз… хоть кто-нибудь… хоть кончиком пальца…».

– На первый раз прощаю.

Я отвернулась от тигрицы и вдохнула теплый ночной воздух. Сияла луна. Звезды ласково улыбались с небосвода. Тянулась вдаль лента дороги. Клочьями черного бархата лежали поля. Тусклой серой полоской светился лес. И зверь-из-зеркала нетерпеливо бил хвостом внутри меня. Его переполняла сила , которую я так и не выплеснула на тигрицу.

Тут и без нее много интересного…

Ему нравилось здесь. Нравился запах крови, прозрачными волнами стелющийся над дорогой, запах смерти и страха…

Я провела рукой над дорогой. И вдруг ясно поняла, что чувствовали люди в машинах.

Страх. Неожиданность. А что еще?

Я медленно водила ладонями над туманом. Сейчас меня ничего не интересовало, кроме него. Он шептал и звал. И я послушно шла на зов. Кто-то хотел мне сказать – что?

Издалека донесся чей-то голос. Важно? Нет. Это из мира живых. А я сейчас гляжу на другой берег. Туман пахнет страхом. Особенно вот этот плотный клок…

Я опустилась на колени и зарылась в него руками. Туман был влажный и липкий. И внезапно ударило прозрение.

Те, кто ехал в машине, не боялись. Они не знали, что их ожидает. Только смесь ощущений была странной. Ожидание, предвкушение, азарт, интерес… чего они ждали? Чего-то приятного… и вместо этого получили пули из темноты. Страх, отчаяние… горечь от предательства? Странно. Но – горечь. Кого-то предали на этой дороге. Кто-то перед смертью чувствовал, что его бросили и покинули, ударили в спину… Он верил, он сделал как приказано, его ждала награда, а вместо этого – пули…

Холодная ярость серебра. Их расстреливали серебром… И радость. Азарт не только от машин – азарт еще и от убийц. Они ждали, и они хотели убить. Мечтали об этом… и получили свое.

Холод под пальцами.

Одиночество. Смерть. Последний шепот умирающего…

«Хозяин, за что?!»

– Юля!

Чьи-то руки обхватили меня за плечи.

– Юля, с тобой все в порядке?

Ударил знакомый запах меда и полевых цветов. Щеки коснулась гладкость шелковой рубашки. Мечислав?

Это действительно был вампир. Он держал меня на руках, а Вадим осторожно протирал мои пальцы влажными салфетками.

– Что это было?

– Это я у тебя хочу спросить, – прошипел Мечислав. – Ты сперва срываешься на эту кошку, потом начинаешь водить руками над дорогой и как слепая идешь прямо на трупы. Я не решился тебя остановить. Ты подошла, положила пальцы на один из них, потом поводила по нему руками, нащупала пулю – и так побелела, словно тебя известкой обмазали. Что с тобой случилось?

– Приступ ясновидения, – вздохнула я.

– Вот как? – оживился подошедший Рамирес. – И что же вы узнали? Нам важны любые подробности!

Я поморщилась. Разговаривать не хотелось, тем более при Рамиресе. Вот уж кто нам не друг, а натуральный свинячий хвостик.

– Может, потом?

– Кудряшка, нам надо искать убийц, – строго сказал Мечислав. – Пожалуйста.

Пожалуйста?! Он сказал «пожалуйста»?! Не верю глазам, ушам и носу своему. Обычно от него можно дождаться только шантажа или приказов. Вампир, говорящий «пожалуйста»?! В один ряд с честными гаишниками и порядочными политиками. Но отвечать пришлось.

– Сложно сказать. Я чувствовала очень многое. Им было больно умирать. Очень больно. Их расстреливали в упор. Серебром. Неожиданно.

– Это и так ясно! – возмутился Рамирес.

Я поглядела на него как на глиста.

– А вам уже ясно, что здесь предали человека?

– Предали? Кого? – быстро спросил Мечислав.

Я пожала плечами.

– Не знаю. Но кто-то здесь был предан. Этот человек не ждал смерти… То есть он догадывался, что что-то случится, но не ждал такого. И чувствовал себя преданным.

Вампиры молчали. Потом Мечислав перехватил меня чуть поудобнее.

– Как ты себя чувствуешь?

– Паршиво.

– Я отправлю тебя домой. Приезжай ко мне завтра, ладно?

– После заката, – кивнула я.

– Вот и умничка. Мы тут будем заметать следы, а потом искать очевидцев. В этом ты нам не помощник.

Я и не напрашивалась. С меня на сегодня хватит.

– Вадим, Константин, Глеб, отвезите Юлию Евгеньевну домой.

– А ты меня не проводишь? – Я нагло захлопала ресницами. Но надо было предупредить вампира об одном обстоятельстве.

– Разумеется, Кудряшка.

– Кудряшка? – вздернул брови Рамирес. – Вижу, Мечислав так и не избавился от привычки? Он всегда давал своим игрушкам какие-нибудь собачьи клички.

Я тихо зашипела.

– Юля, не огорчайтесь. Это просто значило, что для Мечислава все они легко заменяемы. Не одна – так другая, третья, кто-то приходит, кто-то уходит… Но с вами, конечно, другой случай! Вы ему жизненно необходимы…

Ну разумеется. А ты мне об этом говоришь по доброте душевной. Сочувствующий вампир! Уписаться можно! Сволочь. Ведь специально провоцирует. Подчеркивает, что для Мечислава я такая же, как и остальные его «дэвушки». И сам не знает, что дарит мне надежду. Я ведь ничего так не хочу, как чтобы Мечислав оставил меня в покое! О, если бы это могло быть! Так что оскорбление, увы, не достигло цели, хотя и пыталось. Я очаровательно улыбнулась.

– Шлюх много. Я – уникальная и единственная, да, Мечислав?

– Да, прелесть моя. Тебя мне никто не заменит. Никогда и ни за что.

– Я так и думала. Рамирес, до встречи.

Я «наградила» вампира оскалом «голодной дружелюбной кобры», и Мечислав лично понес меня к машине.

– Я завтра буду встречаться с типом из ИПФ, – честно предупредила я.

– Зачем?

– Отдам ему литературу по аурам и попрошу что-нибудь еще.

– Хорошо. Только будь осторожна.

– Я всегда осторожна.

– Я приставлю к тебе охрану. И не возражай. Я не хочу, чтобы тебя убили. Происходит что-то непонятное, и лучше быть готовыми ко всему. Да и ИПФ… Тебе ведь не хочется в монастырь?