Галина Гончарова - Клыкастые страсти

Питер следил за красоткой в оба, подключил к этому всех детей в замке, и вот – удача! В полнолуние он узнал, что хотел. Мальчишка, приставленный приглядывать за бароном, сообщил, что тот не храпит. А раньше храпел. Питер отправился в комнату к барону и увидел, что там никого нет. Потом погладил замковую кошку и попросил ее заглянуть к Гильометте. Киска долго осматривалась в комнате, но там никого не было. На небе ярко сияла полная луна, освещая пустую кровать.

Питер подосадовал, но что он мог поделать? Доказать, что Гильометта бегает к любовнику? Или занимается черным колдовством? Это еще как повернуть. Хорош же он будет, если она вернется вместе с отцом. Питер отлично знал, что единожды солгавшему дважды на слово не поверят. И не хотел упустить свой шанс разоблачить… кого? Да кто бы она ни была, ей не место в его доме и его семье, и всё!

Питер устроился во дворе и принялся ждать, молча и терпеливо.

Гильометта, ее отец и двое их слуг – те самые, от которых мороз продирал по коже, – вернулись на рассвете и незаметно пробрались в свои комнаты. На следующий вечер Питер приказал следить за их слугами в оба глаза. Незаметно приставить соглядатаев к очаровательной Гильометте или к барону, отличавшемуся крутым нравом, он не мог, а сказать, что слуги затеяли что-то недоброе, – вполне. И приказать нескольким доверенным людям приглядывать за ними – тоже. Он буквально кожей чувствовал, что все четверо отлучались в одно и то же место, по одному и тому же делу. И знал, что поймаешь одного – поймаешь всех. Это сработало.

Его разбудили вскоре после того, как замок затих.

– Господин, они уходят. Оба.

Питер вскочил (хорошо хоть догадался спать не раздеваясь) и рванул вслед за слугой. Два силуэта шли, даже не особенно скрываясь, в сторону леса. И Питер последовал за ними – в стороне, прячась от неосторожного взгляда и стараясь даже держаться с подветренной стороны. С ним было еще двое его людей – Том и Гарри. Что ж, он проследит за этими людьми, узнает, что они скрывают, и расскажет всем. Лучше пусть брат возненавидит его, чем получит эту змею в постель!

Им удалось незамеченными преследовать барона до самого леса. А потом…

– Милорд, мы их не видим…

– Они куда-то исчезли…

Они вынырнули из леса, похожие на страшную смесь зверей и людей. Огромный рыжий лисочеловек – лисья морда и когтистые лапы на человеческом теле. Рядом женщина, как будто вышедшая из сказок о злых ведьмах, – Гильометта, но какая?! Сейчас никто бы не назвал ее очаровательной. Она сохраняла человеческий облик, но вся была покрыта лисьим мехом. И – огромные когти на великолепной формы нежных ручках. Их сопровождали две вполне обычные лисы. Совсем обычные, если не считать одной детали – головы этих лис приходились Питеру чуть ли не по плечо.

Питер никогда не сможет забыть свой ужас от их вида.

Рядом вскрикнул кто-то из слуг и рванулся в темноту. Том? Гарри?

– Выследил?! – проревело чудовище-мужчина. – Сам напросился!

– Этот сопляк не давал мне покоя с самого приезда, – прошипела лисица-Гильометта. – Он постоянно следил за мной! А этот его взгляд! Так и чувствуешь, что тебя подозревают, но как?! Как он мог понять?! Единственный, кто видел нашу сущность! Отец, позволь я сама порву ему глотку!

– О нет! Так легко он не умрет. Мы дадим ему полчаса форы. Пусть бежит в лес. А потом поймаем. Ты же любишь охотиться, – барон ухмыльнулся. Наверное, это должно было изображать улыбку, но в лисьей форме… получился омерзительный глумливый оскал.

– А это – чтобы быстрее бежал, – и Гильометта полоснула Питера лапой поперек груди. Из четырех глубоких царапин закапала кровь.

– Вы оборотни? – По телу Питера разливался страх. Мерзкий, пузырящийся, как гнилое болото, он заполнял каждую клеточку тела. И мужчина понимал: еще немного, и он просто упадет на колени и будет умолять, чтобы его не убивали. А этого допустить никак нельзя. Оставалось только говорить, стараясь не поддаваться панике.

– Да. Догадливый, гад!

– И зачем вам нужен мой брат?

– А почему бы и нет, – издевательски расхохоталась Гильометта. – Молод, богат, хорош собой – чего еще надо?! Поиграть с ним пару лет для удовольствия! Все равно дольше никто с оборотнем прожить не сможет. Рано или поздно я потеряю контроль над собой или мне просто придется убить твоего братика! Ну и что?!

Питера обдало жаром. Куда и страх подевался?

– Сука, – выплюнул он. – Чтоб ты сдохла!

– Только после тебя, – прошипела лисица, окончательно утрачивая человеческий облик и опускаясь на четвереньки. – Убьем его, отец!

У Питера еще оставалась надежда на слуг – недолго, пока две огромные лисы не метнулись в темноту. Вскоре оттуда послышались крики. А потом Питер отчетливо понял, что Тома и Гарри нет. И помочь ему они не смогут.

– Беги, – проревел барон, распахивая пасть. – И постарайся попасться мне! Гильометта будет мучить тебя долго…

В этом Питер не сомневался. Но если уж ему дали фору… И он рванулся в лес.

К замку ему выбежать не дадут. Но хотя бы к реке? Не будь это оборотни, он бы отсиделся на дереве, но лисы с разумом человека легко снимут его оттуда. Ну и пусть. Сопротивляться он будет до последней капли крови! Оборотни вряд ли на это рассчитывали, но ярость молодого человека преодолела испуг и оцепенение.

Питер бежал по ночному лесу, задыхаясь то ли от страха, то ли от скорости. Куда бежать? Соревноваться со зверем в лесу? Ха! Питер отлично знал, как быстро бегают лисы. И был уверен: то расстояние, что он преодолеет за полчаса, для них – в лучшем случае десять минут. Соревноваться со зверем в лесу?! Смешно! Обычных животных можно еще было уговорить, напугать (Питер умел и это, хоть и не любил), прогнать, запутать… Но на зверей с человеческим (Питер не сомневался, что эти именно такие) разумом его хитрости просто не подействовали бы. Но что же тогда? Погибать за просто так не хотелось. Прятаться? Но где? А вот если…

Про́клятые развалины!

Про эти руины башни в лесу говорили многое. И что там плохое место. И что там когда-то жил колдун. И что там стоял языческий храм, в котором похоронено великое зло… Все сходились на одном: лучше туда не лезть. И верно: даже в самый жаркий день от развалин тянуло промозглым холодом и сыростью, пробиравшими до костей. И что-то внутри подсказывало обойти их стороной. Даже вездесущие дети – и те не бегали сюда играть. Что ж, Питеру тоже здесь не нравилось, но выбора не было.

Плохо, что нет оружия. Короткий кинжал за поясом, так спокойно оставленный ему оборотнями, Питер даже оружием не считал – слишком маленький. Зарезаться еще хватит, а вот на оборотня – уже нет. И берет ли их железо? Или только серебро?