Валерий Ковалев - Золото мертвецов

— Идет, — согласился Огнев и, вынув из кармана несколько купюр, вручил деду.

— Тут дюже много, — сказал тот, возвращая две.

— Ничего, отец, бери. Ты ж сам сказал, духмяное? — рассмеялся Юрий.

— Ну да.

— Вот и договорились.

Дед удовлетворенно крякнул и, аккуратно свернув деньги, спрятал их в карман.

— Заходи к нам вечером в сторожку, — пригласил он. — Вяленым чебаком угостим и чайком с медом побалуемся.

— Обязательно зайду, — пообещал Огнев.

Когда сторож с собакой ушли, Юрий вернулся в дом и, поставив телевизор на тумбочку, раздернул молнию дорожной сумки. Достал оттуда милицейскую форму и сунул в печку ее и блеснувший воронением «макаров». Выщелкнув из рукоятки обойму, удовлетворенно хмыкнул и, вставив на место, сунул пистолет за пояс, одернув свитер.

Через несколько дней вскрылся Дон.

Всю ночь на реке слышался тихий шорох и треск, а утром, когда полковник выглянул в окно, увидел скользящие по реке изломанные ледяные поля, шугу и отдельные льдины, громоздившиеся друг на друга. Меж ними, завиваясь в водовороты, темнела полая вода.

Просыпалась и природа.

На ветках потемневших деревьев набухли клейкие почки, зазеленела первая трава, над далекими туманными балками кружили стаи грачей.

В субботу приехали Душман с Зингером, доставив надувную лодку, рыболовные снасти и полтуши барана.

— Вот, будешь рыбачить, — кивнул на упакованное в чехол плавсредство Зингер. — А из барана шашлыки сварганим.

Чуть позже на своей видавшей виды «Ниве» подъехал Андрей и извлек из багажника пластиковую канистру вина, мангал с шампурами и сухую виноградную лозу, перевязанную шпагатом.

— Это что, вместо дров? — удивился Огнев.

— Самый лучший шашлык, Юра, на виноградных углях, — многозначительно поднял вверх палец Душман. — Ну, бойцы, за работу!

Вскоре над берегом закурил синеватый дымок, на шампурах запузырилась сочная баранина. Время от времени Зингер, оказавшийся изрядным кулинаром, сдабривал ее яблочным уксусом из бутылки, посыпал травками и прокручивал стальные шпажки.

Еще через час, усевшись вокруг раскладного стола, вся компания, весело балагуря, уплетала душистый шашлык, запивая его красным вином.

— Ну как? — подмигнул Юрию Душман. — Вкусно?

— Лучше, чем на Кавказе, — отправил в рот очередной кусок Огнев. — И вино отменное, никогда такого не пробовал.

— Это, брат, настоящее цимлянское, — в очередной раз наполнил стаканы Андрей. — О нем еще Пушкин писал в Евгении Онегине.

с чувством продекламировал он.

— За Пушкина! Здорово завернул, чертяка, — поднял свой стакан Зингер. — А вот чё такое блан-манже, я не в курсе, — сказал, утирая губы. — Может, ты в курсе, Сашок?

— А хрен его знает, — пожал широкими плечами Душман, высосав свой. — Наверное, жратва какая. Ты лучше прочти стих, который мы в Луганске от братвы слышали, умора.

— Можно, — заблестел глазами Зингер. — Я его специально выучил.

выдал он, и компания грохнула смехом.

— Настоящий южный фольклор, — утирая выступившие слезы, констатировал Андрей. — Кстати, Колян, а ты откуда украинский знаешь?

— Так он же полухохол! — хлопнул по плечу приятеля Душман. — Батька наш ростовский, мамка украинка из Стаханова.

— Ну и как там, в Донбассе? — поинтересовался Огнев.

— Еще хуже, чем у нас. Шахты закрыты, заводы стоят, короче, полный бардак, — безнадежно махнул рукой Зингер.

— Ладно, не будем о плохом, — сказал Душман. — Андрюха, наливай, — кивнул на канистру.

Потом, раздевшись до пояса, все, кроме Огнева, принялись с увлечением гонять по берегу мяч, извлеченный из багажника Зингером.

Юрий же, покуривая сигарету, бездумно смотрел в небо, по которому плыли облака, чуждые всему земному.

Незаметно пролетел апрель. Часто просыпаясь по ночам от щелканья и трелей соловьев, что пели где-то за Доном, Огнев мучительно размышлял, как быть дальше.

Бесконечно отсиживаться на базе не имело смысла. К тому же все чаще он вспоминал Зею. Очень хотелось вернуться к этой маленькой женщине.

Сдерживала только неопределенность положения. Кто он? Изгой, человек без будущего. А таким Огнев являться к ней не хотел. Оставалось одно: снова отправляться в тундру за этим проклятым золотом, которое приносило одни несчастья. Юрий пытался найти какие-нибудь другие варианты, но их не было. И он решился.

Когда Душман и Зингер приехали в очередной раз, он рассказал парням о спрятанном в тундре кладе.

— Но ты же говорил, что все захапали банкиры! — опешил Душман.

— Не все. Половину мы оставили в тундре, не смогли вывезти.

— И сколько ж его там? — сглотнул слюну Зингер.

— Килограммов восемьдесят, в слитках.

— А чего раньше молчал, чудило. Или не веришь нам? — обиженно прогудел Душман.

— Да нет, Саня, верю. Просто я из-за этого золота трех друзей потерял. ПроWклятое оно какое-то, не хотел вас втягивать.

— А зря, — тряхнул чубом Душман. — Мы с Зингером ни бога ни черта не боимся. Так ведь, Колька?

— Ну да, — сказал Зингер. — Пускай они нас боятся.

— Так что, прапор, берешь нас в долю? — протянул Огневу широкую лапу Душман и шмыгнул носом.

— Куда ж мне без вас? — ответил тот, крепко ее пожав. — Один в поле не воин.

Потом он рассказал парням, где находится клад, и Зингер загорелся желанием как можно быстрее отправиться в дорогу. Сказался южный темперамент.

— Да нет, Николай, — отрицательно покачал головой Огнев. — Сейчас рановато. Ты ж был в Заполярье, там еще снег не сошел, и тундра сплошное болото.

— Точно, — поддержал его Душман. — Такие дела с кондачка не решаются, братан. Нужно все обмозговать и основательно подготовиться.

Посоветовавшись, решили ехать в Карелию в конце мая, причем на автомобиле.

— Так будет надежней, — уверенно сказал Душман. — Возвращаться с рыжьем на поезде себе дороже. Опять же, груз и нет свободы маневра. А на хорошей тачке нам сам черт не брат, везде проскочим.

— Вот только как его потом пристроить? — задумчиво произнес Огнев. — Не хочется снова попасть в историю.

— Насчет этого, Юра, можешь не париться, — ухмыльнулся Душман. — У ростовских армян бабла немерено, толкнем им. А поедем в те края на Колькином «джипе», под видом, так сказать, туристов.

Через две недели все было готово. Парни закупили в Ростове необходимую экипировку, продукты и завезли все на базу. Здесь же, по атласу автомобильных дорог, тщательно изучили маршрут, наметив места стоянок.