Сергей Самаров - Надгробие для карателя

Ящик мешал проходу. Можно было, конечно, протиснуться сбоку или пройти прямо по ящику, но желание отодвинуть сам ящик в сторону и поставить его как-то иначе, чтобы проходу не мешал, возникало. Даже щель была оставлена не случайно. Чтобы она образовалась, пришлось на ящике одну петлю отломить. И только для того, чтобы преследователи видели, что ящик засыпан землей. Тогда могло появиться желание поднять крышку, землю высыпать и делать с ящиком любые манипуляции.

Растяжка была установлена на дальней от нас стороне ящика. Можно было только удивиться, как Талалаев сумел определить ее. Он первым, как и положено, продвинулся вперед, к самой растяжке, вытащил из кармана моток скотча, достал из-под ящика гранату «Ф-1» и скотчем в несколько слоев прямо поверх проволоки растяжки примотал к ребристому корпусу отжимной рычаг, таким образом, обезопасив гранату.

После чего за ефрейтором прошли сначала мы, командир взвода и начальник разведки погранотряда, а за нами вперемешку бойцы моего взвода и пограничники.

После подземной колонны галерея пошла идеально прямо, как показывал луч моего тактического фонаря. Я посмотрел в свой планшетник, проверяя направление и просматривая в автоматическом режиме заносимый в память маршрут. Наше местоположение тоже отмечалось автоматически, при включении навигатора карта сползла в сторону, показывая полный масштаб. Иначе я раньше увидел бы, куда ведет эта подземная галерея.

— И что это за хреновина? — спросил я сам себя, не сразу разобравшись в обозначении.

Капитан Куролесов смотрел в монитор через мое плечо, пользуясь своим ростом, но он тоже, видимо, мало что понял. Еще перед входом в ущелье я включил совмещение двух карт — топографической и карты спутниковой съемки. Топографическая в данном режиме только накладывалась на спутниковую карту в полупрозрачном режиме, показывая условные обозначения, высоты и прочее. В какой-то степени это совмещение карт было удобным, но в данном случае оно только мешало.

Начальник разведки погранотряда вообще к таким картам не привык и промычал за моим плечом:

— Ничего не понимаю.

Чтобы лучше разобраться, я отключил спутниковую карту и оставшуюся топографическую сдвинул так, что стрелка, указывающая место, где мы в данный момент находимся, ушла к самому краю монитора и даже частично за него. И только тогда все стало понятно.

— Пещеры! — первым определил капитан Куролесов.

— Пещеры, — спокойно подтвердил я. — В них мы метров через сорок и окажемся. Однако здесь очень большие подземные гроты. Я так думаю, что луч моего фонарика высветил половину грота… И если бандиты сейчас там, они нас уже ждут! Фонарь их предупредил…

— Они могли бы поставить пулемет и всех нас попросту скосить, — возразил капитан. — Нам и спрятаться здесь можно только друг за друга.

— Могли бы. Но еще, возможно, не успели на позицию выйти. Соколянский!

— Я, товарищ старший лейтенант, — отозвался первый снайпер взвода.

— Все втроем, поочередно, контролируете дальний выход из галереи. При опасности стрелять сразу.

— Понял, — ответил снайпер. Точно так же среагировали и двое других снайперов.

Не прошло и пяти секунд, как нам всем резко заложило уши от грохота. Захотелось на пол галереи упасть и уши руками зажать. И даже шлемы с наушниками, что были на мне и на бойцах моего взвода, мало спасали. Звук пришел в наушники через микрофоны. Но все же плотно прилегающие наушники как-то сберегли нам барабанные перепонки.

Но что же тогда говорить о пограничниках, у которых на голове были только металлические каски, хотя и с трикотажными подшлемниками? А с капитана Куролесова сразу свалилась его широченная фуражка.

— Что там? — спросил я, стараясь сохранить спокойствие.

— Пулеметчик. Был… — объяснил сержант Соколянский.

— Продолжать контроль!

— Предупреждать надо! — проворчал начальник разведки погранотряда, поднял свою фуражку и стал сбивать с нее пыль раскрытой ладонью. После чего обернулся к идущим следом бойцам. — Никто с перепугу в штаны не наложил?

Солдаты ответили смехом. Смеялись, как я понял, больше над капитаном, чем над его словами. Но, может быть, мне это показалось. При этом мне самому было вовсе не до смеха.

Я первым сообразил и рванулся вперед, к выходу из галереи. Расстояние позволяло быстро преодолеть опасное простреливаемое по прямой место. При этом я опасался не появления нового пулеметчика — он сразу стал бы добычей снайперов, я опасался, что после выстрела снайпера бандиты просто уйдут. Если бы мы знали, куда они ушли, все было бы нормально — догнать бандитов с физической подготовкой моего взвода можно было бы без проблем, но карта на планшетнике показывала наличие пяти галерей, веером расходящихся в разные стороны, и четыре из них — тупиковые.

Уже во время перебежки я решил, что мы, если не застанем бандитов в большом гроте, уйдем в ту галерею, что прямиком ведет в соседнее ущелье. А с группой пограничников придется расстаться. Их необходимо будет оставить в гроте. Не потому даже, что они будут нам мешать. Просто на случай, если бандиты начнут хитрить и по-лисьи путать следы. Лиса часто возвращается туда, где началось ее преследование охотниками. Сами охотники редко туда возвращаются, считая, что и лиса не рискнет вернуться, что она испугана преследованием. А лиса между тем достаточно хладнокровное существо, которое трудно бывает взять на испуг. В этом лиса сильно похожа на представителей кавказских народов. Как правило, это смелые и хладнокровные люди, обладающие быстротой мышления, позволяющей им совершать нетривиальные поступки. Именно такие люди нам и противостояли, и потому, хорошо понимая их, я видел варианты такими, какими их могли видеть сами бандиты.

На бегу я перехватил автомат и опустил со шлема на глаза очки ночного видения. И сделал это вовремя, потому что выход был уже рядом. Мне стоило значительных усилий замедлить движение и не упасть, поскольку сзади меня подталкивали бегущие следом капитан с ефрейтором. Но и падать здесь было невысоко. Максимум два метра с небольшим. Однако удалось удержаться.

Я улегся на край, свесил голову и посмотрел вниз. Под «окном» выхода лежали один на другом два ящика из-под «Стингеров». Там же валялось в неестественной позе — было сбито сверху и отброшено пулей тело человека без головы. Зрелище не самое приятное, если учесть, что пуля голову не пробила, а разорвала. На груди убитого бандита лежал ручной пулемет. А под ним старая, наспех сколоченная лестница-трап, состоящая из простой доски с набитыми поперек маленькими узкими досками. Откуда бандиты ее притащили, было загадкой. Может быть, прямо здесь, в пещере, и нашли, судя по почерневшей от времени плесневелой древесине.