Агата Кристи - Таинственный противник

Должен сказать, что это оказалось совсем не просто! Ветки под дождем стали очень скользкими, стоять на них было почти невозможно, но мало-помалу я продвигался вверх, пока не оказался на уровне окна.

А потом меня постигло разочарование. Я находился слишком далеко влево и мог увидеть только самый краешек комнаты. Кусочек занавески, ярд обоев – и больше ничего. То есть я ничего не добился. Но в тот момент, когда уже собрался бесславно спускаться, кто-то в комнате пошевелился и отбросил тень на ту часть стены, которую я видел. Это был Виттингтон!

И тут я завелся. Мне стало просто необходимо заглянуть в комнату. И я должен был найти способ, как. Тут я заметил, что вправо от дерева отходила большая ветка. Если мне только удастся доползти до ее середины, все мои проблемы будут решены. Правда, было совсем не ясно, выдержит ли она мой вес. Я решил рискнуть и пополз. Очень осторожно, дюйм за дюймом я двигался по ней. Ветка очень подозрительно потрескивала и качалась, но пока не падала, и мне наконец удалось благополучно добраться до требуемого места.

Комната была среднего размера и обставлена с какой-то больничной скромностью. Посреди нее стоял стол с лампой, за которым, лицом ко мне, сидел сам Виттингтон и говорил с женщиной, одетой в форму медицинской сестры. Она сидела спиной ко мне, и я не видел ее лица. Хотя шторы были раздвинуты, само окно было закрыто, так что до меня не доносилось ни слова из того, что они говорили. Хотя говорил вроде бы один Виттингтон, сестра в основном слушала. Изредка она кивала, а иногда качала головой, как будто отвечала на вопросы. Мужчина выглядел очень возбужденным, пару раз он даже ударил по столу кулаком. Дождь между тем прекратился, и небо стало быстро светлеть, как это у вас часто бывает.

Наконец Виттингтон закончил говорить. Он встал, и женщина тоже поднялась. Посмотрев на окно, этот тип о чем-то спросил – наверное, поинтересовался, идет ли еще дождь. В любом случае женщина подошла к окну и выглянула. Как раз в этот момент появилась луна. Я испугался, что женщина может меня увидеть, так как я был весь освещен лунным светом, поэтому попытался слегка подвинуться. Но это мое движение окончательно добило сгнившую старую ветвь. С жутким треском она полетела вниз, а Джулиус П. Хершайммер последовал за нею!

– Боже, Джулиус, – выдохнула Таппенс. – Как интересно, продолжайте, прошу вас.

– На свое счастье, я свалился на кучу хорошо вскопанной земли, но тем не менее на какое-то время потерял сознание. Когда я пришел в себя, то медицинская сестра – не та, которая сидела с Виттингтоном, – была с одной стороны моей кровати, а с другой стороны стоял маленький черноволосый человечек с очками в золотой оправе и со штампом «ДОКТОР», отпечатанным на лбу. Он потер руки и поднял брови, когда я уставился на него.

– Ах вот как, – сказал он, – наш молодой друг пришел в себя. Прелестно! Прелестно!

Как и положено в таких случаях, я спросил: «Что случилось?» и «Где я?». Хотя ответ на второй вопрос был мне хорошо известен – мозги я себе отбил не окончательно.

– Думаю, что пока достаточно, сестра, – сказал человечек, и сестра вышла из комнаты, как хорошо вымуштрованный солдат. Но, когда она выходила, я заметил, что она бросила на меня полный любопытства взгляд.

Этот взгляд подсказал мне одну идею. «Итак, что случилось, док?» – сказал я, пытаясь сесть, хотя моя правая нога сильно заболела, когда я ее подвинул.

Небольшое растяжение, объяснил врач, ничего серьезного, и через пару дней я буду как новенький.

– Я заметила, что вы прихрамываете, – вмешалась Таппенс.

Джулиус кивнул и продолжил.

– Как это случилось? – задал я следующий вопрос.

– Вместе со значительной частью моего дерева вы свалились на мою новую клумбу с только что высаженными луковицами, – сухо объяснил он.

Мне этот человечек понравился. У него было чувство юмора. По крайней мере, я был уверен, что он не притворяется.

– Понятно, док, – сказал я, – дерева мне искренне жаль, ну а за цветы придется заплатить. А может быть, вам интересно знать, что я делал в вашем саду?

– Думаю, что ваше появление заслуживает некоторого пояснения, – согласился человечек.

– Начнем с того, что я не собирался красть ваше столовое серебро.

Док улыбнулся и сказал:

– Это было первое, что пришло мне в голову. Потом я отказался от этой мысли. Кстати, вы американец, не так ли?

Я представился и поинтересовался, как его зовут. Его звали доктором Холлом, а здание было его частной клиникой. Этого я не знал, но не собирался рассказывать ему всю историю с подробностями. Его информация могла прийтись кстати. Хоть он мне и понравился и выглядел правильным парнем, я не собирался выбалтывать ему все до конца. Начнем с того, что он вполне мог этому не поверить.

Решение пришло мгновенно.

– Знаете, доктор, – сказал я, – я чувствую себя полным идиотом, но думаю, вам надо знать, что я совсем не Билл Сайкс [34] Персонаж из романа Диккенса «Оливер Твист», жестокий преступник и убийца. …

После этого я стал нести всякую чепуху про девушку. Рассказал о своем якобы нервном срыве и о том, что находился под жестким медицинским контролем. Потом сказал, что мне пришло в голову, что я узнал одну девушку среди пациентов его заведения, поэтому-то и наведался к нему ночью.

Мне кажется, что док ожидал чего-то подобного.

– Как романтично, – сказал он, когда я закончил.

– Знаете, док, – продолжил я, – скажите мне честно, слышали ли вы когда-нибудь, сейчас или раньше, о девушке по имени Джейн Финн?

Он задумчиво повторил:

– Джейн Финн? Нет, не слышал.

Я был раздосадован и, по-видимому, не смог этого скрыть.

– Вы уверены? – переспросил я.

– Уверен, мистер Хершайммер. Имя редкое, и я бы его не забыл.

Это был провал. Можно начинать все сначала. А я как-то надеялся, что здесь мои поиски закончатся…

– Ничего не поделаешь, – сказал я. – У меня еще один вопрос. Когда я висел на этой чертовой ветке, то мне показалось, что я увидел своего старинного приятеля, который разговаривал с одной из ваших сестер.

Я специально не стал называть имя, так как Виттингтон мог называть себя там как угодно. Но доктор ответил мгновенно:

– Вы имеете в виду мистера Виттингтона?

– Именно так его и зовут, – был мой ответ. – Что он здесь делал? Только не говорите мне, что у него расшалились нервы.

Доктор Холл рассмеялся и сказал, что с нервами у него всё в порядке, а пришел он встретиться с сестрой Эдит, которая является его племянницей.

– Вы только подумайте, – воскликнул я. – А он все еще здесь?

– Нет, он практически немедленно вернулся в город.

– Какая жалость, – вырвалось у меня, – но, может быть, я смогу поговорить с сестрой Эдит, так ее, кажется, зовут?