Лаура Липман - Девять пуль для тени

На их звонок из дома выглянула невысокая блондинка с утомленным лицом и в домашнем платье. Где-то в глубине дома орал телевизор, и в унисон ему пронзительно вопил ребенок, видимо, поставивший себе целью во что бы то ни стало его перекричать. Надо отдать малышу должное — ему это почти удалось. При виде Тесс и Карла на лице предполагаемой миссис Эш сначала отразился испуг, а потом в глазах вспыхнула робкая надежда. Уголки губ поползли вверх, будто она, как маленькая девочка, все еще верила в крестную-фею. Но потом надежда в глазах ее погасла, словно женщина давно уже успела убедиться в том, что из всех возможных вестей на ее долю приходятся только плохие.

— Генри в гостиной, — вздохнула она.

Это устраивало Тесс как нельзя лучше. По какой-то нелепой традиции в современных домах гостиные размещают почти всегда рядом с кухней, лишая их обитателей какой бы то ни было иллюзии уединенности. Итак, Эшу либо придется беседовать с ними в двух шагах от своей жены, либо пойти на риск возбудить ее подозрения и предложить перенести разговор в другое место. Конечно, Тесс могла только догадываться, есть ли у Эша секреты от жены, но готова была голову дать на отсечение, что есть.

— Что вы здесь делаете? — спросил он, с трудом отрывая взгляд от экрана телевизора. Тесс украдкой покосилась туда же — на нем быстро мелькали какие-то цифры. Похоже, коммерческий канал, скорее всего, биржевая сводка, решила она.

— Ваш отец умер почти семь лет назад, — резко бросила она.

— Вы решили сообщить мне, когда именно умер мой отец?!

— Похоже, придется. Потому что, когда мы были у вас в студии, вы заявили, что это он вел дела с Эриком Шиверсом. А в последний раз Эрик был у вас в городе шесть лет назад.

Эш снова уставился на экран, но Тесс сильно подозревала, что сделал он это лишь для того, чтобы не встречаться с ними взглядом.

— О черт… Вы уж извините, бога ради. Мне очень жаль, что во всей этой суетне с устройством отцовских дел, собственной женитьбой и переездом я совсем позабыл о том, что и сам встречался с этим… как бишь его… Эриком Шиверсом. Это очень дурно с моей стороны, но я раскаиваюсь, поверьте.

Откинувшись на спинку кресла, он вызывающе забросил ноги на диван. Тесс еще переваривала его слова, когда Карл, отодвинув ее в сторону, подошел к Эшу и грубым пинком сбросил его ноги на пол.

— Эй! — Негодующий вопль, который издал Эш, заставил его жену пулей выскочить из кухни, где она гремела кастрюлями, старательно делая вид, что не слушает. Тесс поспешно бросилась между мужчинами. Она терпеть не могла подобные демонстрации мужской силы.

— Нет, вы не забыли, когда именно встречались с ним, — вмешалась она. — Вы как-то вдруг запамятовали, что вообще встречались с ним. С чего вам вдруг вздумалось обманывать нас из-за такой ерунды? Вот нам и стало интересно, пришлось вернуться. Так ради чего вы это затеяли, а? Наверное, у вас была какая-то важная причина не хотеть, чтобы вас как-то связали с Эриком Шиверсом.

— Послушайте, я не знаю, во что имел глупость вляпаться этот ваш Шиверс, но я не видел его бог знает сколько лет! Когда-то давно у нас с ним было одно маленькое дельце, вот и все. Он пообещал, что все будет тип-топ, и я ему поверил. А в чем, собственно, дело? Цена смущает, что ли? Слишком низкая? Да, конечно. Мог ли я доверить это кому-то еще? Конечно, нет!

— Все будет тип-топ? — переспросила Тесс, окончательно сбитая с толку.

— Послушайте, когда умер отец, я получил от него в наследство только эту несчастную фотостудию. Эту старую, замшелую, засиженную клопами фотостудию, которая со всем своим барахлом не стоила даже тех денег, что я платил за аренду земли, на которой она стояла!

— Ну и…

— Поэтому я заплатил Эрику, чтобы он вылизал там, вывез и выкинул все барахло, которое скопилось на складе. Вы не поверите — там были галлоны каких-то химикатов, каких-то жутких смесей, срок годности которых истек, наверное, еще в прошлом веке! Я даже знать не знал, что это такое. А те старики, что помнили, еще не впали в такой маразм, чтобы покупать эту заплесневелую мерзость. Эрик же поклялся, что все будет в порядке и что мне, мол, никогда больше не придется волноваться по поводу этого .

— Этого?

— Да всех этих контролеров, что хватали меня за задницу за то, что я, дескать, использую недозволенные химические препараты!

— Стало быть, в тот день, когда вы видели его в последний раз шесть лет назад…

— Он пришел за деньгами, которые я ему обещал.

— Наличными?

— Естественно, наличными. — Эш пожал плечами. — Мы ведь договорились. И парень в самом деле выполнил все. Он вывез оттуда это дерьмо и отдраил все так, что не стыдно было выставить халупу на торги. Жаль, что продать не удалось. А сделай я все официально, пришлось бы потом еще подмасливать какого-нибудь очередного инспектора.

— А за свинцовую краску? А за асбест в изоляции? Забыл? — будничным тоном добавила из кухни его супруга, словно желая дать знать Эшу, что она здесь, под рукой, только позови. А может, заодно и напомнить, что ей тоже известны кое-какие его секреты.

Карл нахмурился.

— А разве по закону вы не обязаны перед продажей полностью отчитаться? Насколько я помню, вы все равно должны были бы сообщить будущему покупателю, что у вас хранилось на складе.

— Да кто вы такие, в самом деле, — полицейские?! Это же просто фотостудия, черт побери! А если этот самый покупатель желает получить полный отчет, так пусть платит за это или катится ко всем чертям!

Тесс решила, что пришло время вмешаться. Иначе разговор уйдет в сторону, и они так ничего и не добьются.

— А вы помните, когда вы в последний раз видели Эрика? Я имею в виду — день.

— В марте, хотя для весны было еще довольно холодно. Но это все, извините. Больше ничего не могу сказать. — По его тону было понятно, что больше из него ничего не вытянешь.

— Он когда-нибудь рассказывал что-то о себе?

— Послушайте, это было просто деловое знакомство. Я не совал нос в его личную жизнь, а он, соответственно, в мою. Вот вам бы пришло в голову показывать фотографию своего ребенка парню, который вывозит мусор?

Возможно, врет, подумала Тесс. Они уже успели убедиться в том, что врет он с такой же легкостью, что и дышит. Не исключено, что Эш и есть тот самый ревнивый, завистливый тип, которого они ищут. Но все в этом человеке говорило о непреодолимой, просто патологической лени. Трудно было представить, что подобное существо сможет найти в себе достаточно сил и энергии, чтобы кого-то убить.

— Стало быть, в тот раз он явился только за деньгами. И много вы ему заплатили?

— Не помню. Впрочем, не больше трех сотен, поскольку взял их из банкомата.

— Вы сказали, что не помните точную дату, — вступил в разговор Карл. — А время помните?