Аркадий Карасик - Похищение королевы

- Как быть со слежкой? - настырно напомнил я.

Стулов задумался. Положил подбородок на раскрытую ладонь и уставился в угол комнаты.

- Вот здесь - проблема. Если вы не ошиблись и за вами действительно следят, возникает довольно сложная ситуация. Вывод однозначный: реагировать нельзя, просто не обращайте внимания, ведите себя так, будто ничего не заметили и ничего не боитесь.

- А если...

- Думаю, до тех пор, пока преступники не узнают, что вам известно, а что неизвестно, силовые приемы - не в их интересах. Могут, конечно, пугать, не больше.

Ему-то хорошо рассуждать, выстраивать логические цепочки, а мне каково жить под страхом расправы? Да, возможно он прав - от убийства они пока воздержатся, но схватить, увезти в какой-то подвал для более конкретного "разговора" с помощью щипцов и паяльников, в их силах.

Все это я высказал в более мягкой форме. Не потому, что щадил травмированную нервную систему сотрудника уголовки - боялся, как бы он не посчитал меня "волком заячьего помета". Терпеть не могу выглядеть жалким трусом.

- Продумаю, - коротко пообещал сыщик. - Посоветуюсь.

- И все же, как мне быть, - напирал я, уловив в голосе собеседника легкие сомнения.

- Я уже посоветовал...

Переговоры заняли ровно три часа. Витьку мы так и не дождались - то ли он закрутился с интервью, то ли засиделся за стрекочущей, будто вертолет, машинкой, то ли с головой окунулся в любимый Интернет. Пообедали вдвоем. Тихая, как мышка, жена Стулова возникла в квартире так же незаметно, как исчезла.

На столе - никаких деликатесов: наваристые щи, рассыпчатая картошка с малосольными огурчиками. Против ожидания, обошлось без возлияний. Видимо, Груша выдал желаемое за действительное. Оставленная им сумка таинственно исчезла. Скорей всего, ее прибрала бдительная супруга "алкаша".

- Связь со мной - без проблем. Просто приезжайте время от времени и, не таясь, звоните. Звонить из Дремова накладно, но если удастся найти "бесплатный" телефон - ради Бога. Буду рад. Лишнего не говорите, не исключается подслушивание, просто договоримся об очередной встрече.

- Могут засечь? Кто и зачем? Насколько я понял, именно это вас беспокоит.

Стулов беспечно отмахнулся.

- Нисколько! Простая предосторожность. Ежели по мелочам, пусть засекают - сами высветятся. Это нам с вами и нужно. Конечно, самое лучшее и безопасное - приобрести мобильник, но это удовольствие лично мне не по карману.

- Мне тоже.

Терпеть не могу плакаться по поводу нищенского состояния, тем более, фактически незнакомому мужику. Но Стулов невольно вызывал прилив симпатии, с ним мне было легко и свободно.

- Короче, расклад такой: вы добываете информацию, я ее обрабатываю и делаю выводы. Когда привлекать официальные органы, в какой форме это сделать - решим позже.

Кажется, меня собираются использовать в качестве подсадной утки, на которую обязательно клюнут крупные селезни. Подобный вариант мною уже прорабатывался в небольшой повести - ничего нового. Если только он завершится благополучно. Отказываться нельзя - помощь профессионала неоценима, без нее нам с бабой Феней не обойтись. Пришлось изобразить радостную гримасу и покорно закивать одуревшей от грядущих неприятностей головой.

Распрощались значительно теплей, нежели при знакомстве. Это и понятно - мы превратились в компаньонов. Один будет заниматься чистой, стерильной работой в уютной квартире под надзором заботливой женушки, второй сунет глупую башку в огнедышащую печь. Чтобы извлечь оттуда жаренную информацию.

Называется - справедливое распределение обязанностей...

Вышел я из под"езда, огляделся. Вроде, ничего опасного. Если не считать болтающей по мобильнику знакомой девицы - знатока "предохранения от нежелательной беременности". Похоже, парень в распахнутой куртке все же выследил меня и теперь благополучно передал эстафету перекрашенной девице с оголенными ляшками.

Увидев меня, она расплылась в сладенькой улыбочке, выразительно подмигнула. Дескать, как настроение, не разродилась ли страдающая супруга, нет ли желание пообщаться в обстановке, "максимально приближенной к боевой"? Зря стараешься, шлюшка, у меня - ни малейшего желания. Я равнодушно пожал плечами и медленно двинулся по направлению к автобусной остановке.

Девица не успокоилась. В последний момент прыгнула на подножку автобуса. С такой сноровкой, будто всю свою короткую жизнь только и занималась штурмом городского транспорта.

- Что же ты делаешь, оглашенная? - испуганно заверещала толстая тетка, спасая от вертлявой девчонки громадную сумку, набитую "товаром". Брысь, вертлявая сучка!

Девица склонилась к уху тетки, что-то выразительно прошептала. Та отшатнулась и испуганно втянула голову в жирные плечи. Я услышал всего два слова: "лярва" и "усохни". Одно это сказало мне больше, чем любые документы и картотеки.

Проводила меня топтунья до самого под"езда пудовской башни. В полном соответствии с инструкциями Стулова я вел себя максимально спокойно: не пытался скрыться, пугливо не оглядывался.

Витька трещал на пищущей машинке, по привычке шевелил губами, морщил лоб. Короче - работал. На столе и на полу - листы исчерканной фломастером бумаги, плетенная корзинка забита бумажным мусором.

- Почему не пришел в оговоренное время? - строго спросил я. Пообещал заявиться к Стулову через три часа...

Журналист спрыгнул со стула, будто петух с насеста, забегал по комнате, ероша редкие волосы.

- Человек полагает, а Бог располагает - старая поговорка. Приехала в Россию суперзвезда, певица экстракласса. Зануда редкая, от одного вида тошнота, не женщина - ободранная кошка. Я, естественно, подваливаюсь с хитрыми вопросиками, Петька крутился с камерой...

- Покороче нельзя? - попытался я прервать рассказчика, чувствуя ломоту в висках. - У меня уже крыша поехала от твоей болтовни.

- Сейчас, сейчас... Телохранители меня оттерли в сторону - парни крепкие, накачанные, не отобьешься. Пришлось зайти с другой стороны. Пока коллеги-конкуренты штурмовали машину и потом - лестницу, я пробрался в гримерную...

- Витька,прошу...

- Уже заканчиваю...

Понятия "заканчиваю" и "начинаю" для Пудова равнозначны, вернее, второе явно пересиливает первое. Завершив повествование о непробиваемой певице, Витька без передышки переключился на завалы книг, которые мало кто покупает, и перешел к обзору криминальных новостей.

Журналист он - всеядный, лезет во все дырки, неважно, куда они ведут: в культуру либо в спорт. По этой причине пользуется неиссякаемым авторитетом в редакции и в Союзе журналистов.

- Все! Умолкни или применю силовой прием! - вне себя заорал я, хватая валяющуюся на телевизоре пыльную тряпку.

- Стой! - предупреждающе вскинул Пудов обе руки. - Ты ведь сам попросил об"яснить мое исчезновение... Умолкаю... Только два слова, ладно?