Измайлов Андрей - Русский транзит

Так что не совсем Грюнберг дурак. Ладно, оставил в живых – спасибо. Я еще успею ему это «спасибо» при личной встрече сказать, когда его в порту возьмут с поличным. И директору – отдельное спасибо. Ох, сомневаюсь я, что Мезенцев сейчас в порту, куда на встречу с ним помчался Миша Грюнберг.

Однако мне надо высвобождаться. А то на самом деле через двое-трое суток – конец. Ничего новенького я тут не вылежу, только сил будет все меньше и меньше. Я судорожно задвигался. Где бы меня ни заперли, должна быть на полу хоть какая-нибудь ерундовина, о которую можно перепилить-перетереть веревку. Глаза по-прежнему заклеены, ползти наугад, непонятно куда – хуже нет. И голова раскалывалась от боли – в придачу к «дверной» травме Грюнберг меня шарахнул рукояткой пистолета напоследок.

Минут через десять моего ползанья вслепую я наткнулся на препятствие. Попробовал лизнуть. Похоже, картон! Картонная коробка! Я боднул ее головой – глухой булькающий звук. Так! Приподнявшись рывком, наплевав на боль, я зубами вцепился в край коробки и начал разгрызать ее. Еще немного мучений – я смог, перевернувшись на живот, кончиками пальцев ухватить одну из бутылок. Да, коробка с бутылками!

Только с пятой попытки – роняя на бетонный пол, отыскивая, снова ухватывая скользкое горлышко, снова роняя, – удалось разбить. Запах был резкий и знакомый. Виски!

Я зажал между кроссовок горлышко от бутылки и стал пилить-пилить-перепиливать веревки на руках. Свободен! Отчасти. Руки свободны. Я осторожно, чтобы не ссаднить брови, шипя и матерясь, снял с глаз клейкую ленту. Да будет свет.

Здесь мне, оказывается, приходилось бывать. В ином, правда, качестве. Итак, склад «Каринко-Виктори», совместного предприятия. Он же – склад и «Пальмиры», и «Черной лошади», и «Корвета», и «Приюта», в общем – всех филиалов мезенцевского куста. Сотнями коробок здесь стояли виски, пиво, финские и голландские ликеры, португальские сардины, маслины из Испании, югославская ветчина… Проще сказать, чего тут не было. А не было здесь, скажем; мастерской, где в банки из-под «Туборга» запаивался героин. Был склад – неподходящее место для такой мастерской. Слишком много людей толклось обычно на складе, нужные люди – исполкомовцы, партийные пристебаи, правоохранители городского и областного масштаба. Пусть не каждый день, но толклись: дефицит неизбежно притягивает внимание. А самым большим дефицитом в нашем отечестве является что? Е-да. Тем более качественная. А мастерская, в которой мастерятся идеальные контейнеры для переправки героина, должна находиться в месте, не привлекающем внимания.

Бетонные стены, обитые железом двери, забранные решетками крохотные оконца под потолком. Лучше любой тюрьмы. То есть хуже любой тюрьмы. Для кого как. Для меня – хуже. Отсюда так просто не сбежишь. А если еще сутки- двое на склад никто не заявится (очень возможно! директора нет, администратора нет, никому нельзя!), то… с голоду и от жажды я не помру, но со скуки и от бешенства – могу. Ай да директор! Умеет строить! Чего ему не хватало в этой стране, что он за героин ухватился! Скорее всего и наверняка – страны ему не хватало, другой, «конвертируемой». На то он и директор, чтобы завтрашний день предвидеть. Ох и несладок будет этот завтрашний день, значит, – в ЭТОЙ стране. Ну да для Николая Владимировича уже и сегодняшний день станет отнюдь не халвой.

А выбираться нужно. И можно! Как – другой вопрос. Безвыходных положений не бывает. Избавился же я от веревок! Но сначала не мешает поправить здоровье. Я вернулся к вскрытой коробке, достал из нее одну бутылку, свернул ей шею и сделал несколько больших глотков. Шотландское виски – это вещь! Уже через пару минут боль отпустила, полегчало. Бог с вами, борцы за трезвость, это моя жизнь!

А запрокинув голову, чтобы виски текло сразу в горло, не обжигало разбитые губы, я обнаружил… датчики противопожарной сигнализации. Обычно все эти датчики – больше для самоуспокоения, система не работает. Но тут, на складе, забитом дефицитом… Зачем же пытаться взломать склад изнутри, если приедут специально обученные люди и взломают его снаружи?! Риск? Ну, риск! Даже если сигнализация не действует.

Я хорошо помнил здание, в котором устроен склад. Большой жилой дом на Константиновском проспекте, недалеко от ЦПКиО. Место тихое, но людное. В доме полно жильцов, рядом ресторан, плавательный бассейн. Как бы поздно ни было, заметят! А пожарная часть расположена чуть ли не на соседней улице.

Я выстроил из ящиков и коробок нечто вроде постамента и взобрался к одному из окошек. Не мудрствуя лукаво, разбил его кулаком. Затем то же самое проделал с тремя оконцами в противоположном углу склада. Для тяги. Собрал в угол всю порожнюю тару. Для костра ее маловато. Стал потрошить коробки, вытряхивать содержимое ящиков. Обошел склад – не найдется ли чего? Найдется! На конторском столе аккуратно лежал мой пистолет. ПМ. «Макаров». Не мой, конечно, но я настолько к нему привык за двое суток, что – мой.

Понимаю, спешка! Но не до такой же степени! Пистолет- то Грюнберг должен бы забрать. Забыл? Или как раз не забыл не забрать?.. Я вынул обойму из «Макарова». Ага, пусто. Значит, Грюнберг предусмотрел возможность возвращения. Мало ли что! Буду лежать как лежал – и ПМ так и будет лежать, как его положил Грюнберг. А если исхитрюсь развязаться, найду пистолет (конечно, найду! вот он, на самом видном месте!) и встречу Грюнберга с оружием в руках, тут-то он в меня из «магнума» долбанет. Другое дело, как он будет объяснять, откуда у него «магнум» (подарили! друзья с Брайтон- Бич или с Кавказа… виноват, готов понести ответственность), но главное, он использовал его для самозащиты – а вот застреленный владел «макаровым», отнятым у представителя власти! Зачем Грюнбергу «горячий» ПМ! Незачем! Пусть Бояров из него палит, даром что патронов нет. Это уже проблема Боярова.

Нет, Мишенька, это и твоя проблема. Спешил ты, Мишенька, все-таки. Обойму опустошил, а про досыл забыл. Ведь дослал я патрончик, когда Олежка Др-др-дрского до медвежьей болезни доводил. Так что если вернется Грюнберг, то большая у него возникнет проблема с этим единственным моим «макаровским» патроном. Но это будет проблема номер два. А номер один – проблема вернуться на склад. Не вернешься ты, Миша, на склад. Накроют тебя колпаком в порту профессионалы своего дела, пущенные мной через Льва Михайлыча по следу. Уже накрыли, вероятно. И всю эту лавочку накрыли!

Но пистолет пригодится, не оставлять же его на… на произвол судьбы – солдатушкам пожарных войск.

Пора бы им и появиться. Зажигалка при мне – щелк! Огонь полез по картону медленно, но верно. Я присел на стол и похлопал себя по карманам – надо перекурить. Нет, нету сигарет. А, черт, кусошник Грюнберг – и денег нет, тех, что из катрана. Ладно, легко достались, легко расстались. С сигаретами тоже просто – взломал коробку, вытянул блок «Винстона», пачку вскрыл. Перекур.