Зоэ Арчер - Сладкая вендетта

Пока кэб ехал по ночному Лондону, Джек жадным взглядом смотрел на площади, скверы, закопченные улицы. В этот час большинство лондонцев лежали в своих постелях, в переулках было тихо, редкие прохожие спешили по своим ночным делам, прошмыгивая под уличными фонарями, как тараканы.

Ева и ее коллеги приглушенно переговаривались, но Джек их едва слышал. Где-то здесь, в Лондоне, находится Рокли. Этот сукин сын ест, пьет и совокупляется, даже не подозревая, что его ничтожной жизни скоро придет конец.

Кэб свернул в узкую пустынную улочку, по обеим сторонам которой располагались лавки торговцев, и остановился. Марко и Саймон вышли. Ева осталась в экипаже. Джек с любопытством выглянул в открытую дверь кэба. Он никак не ожидал, что «Немезида» привезет его не куда-нибудь, а в Клеркенуэлл – в место, более подходящее для заштатных клерков и итальянских иммигрантов, нежели для тайной организации, основной миссией которой является месть.

– Вы, наверное, ожидали увидеть укрепленный замок? – прозвучал лукавый голос Евы.

– Ну, по меньшей мере, башни с бойницами.

– Башни с бойницами слишком бросались бы в глаза. – Она махнула рукой в сторону двери. – Мистер Далтон, давайте не будем придерживаться этикета. Выходите первый.

Джек вылез из кэба и увидел, что Марко стоит возле аптеки.

– Что, дружище, триппер подхватил?

Марко нахмурился, а Ева тихо фыркнула от смеха.

Марко отпер дверь аптеки. Джек вслед за остальными вошел внутрь. Он решил не задавать вопросов, а смотреть, как будут разворачиваться события, и ждать. Смотреть во все глаза и держать ухо востро. Это самый лучший способ что-либо узнать. А если беспрестанно болтать и задавать слишком много вопросов, люди становятся подозрительными. Эти ребята из «Немезиды» и так уже очень осторожны, и незачем подливать масла в огонь.

В аптеке было пусто и тихо. На встроенных стеллажах выстроились в ряд пузырьки и флаконы. Выгоревшая реклама сулила возвращение здоровья и сил. На прилавке, покрытом толстым стеклом, торжественно возвышались латунные весы, готовые отвесить меру правосудия. В воздухе витал резковатый запах химикатов.

Ева зашла за прилавок и провела пальцами снизу вдоль его выступающего края. Раздался тихий щелчок, и один из встроенных стеллажей открылся, как дверь. За ним обнаружилась деревянная лестница на второй этаж.

Джек приподнял брови. «Немезида» предпочитает прятать свои следы.

Ева стала подниматься по лестнице, и ему ничего не оставалось, кроме как последовать за ней. Она не потрудилась включить газовую лампу, как будто уже привыкла каждую ночь пробираться в потемках. Что ж, не самое фантастическое предположение.

При этом леди Уоррик то и дело оглядывалась, словно проверяла, что Далтон все еще здесь.

Лестница была узкая, стены, казалось, давили со всех сторон. Джек чувствовал себя огромным и неуклюжим, ступени под его ногами скрипели. Даже Марко и Саймон, идущие за ним следом, поднимались бесшумно, как коты.

Когда-то давно Джек был домушником и умел ловко и тихо передвигаться, но с тех пор прошло много лет и он растерял всю сноровку. К тому же в последнее время он зарабатывал на хлеб в качестве телохранителя, и частью его работы было вести себя так, чтобы все видели и слышали его приближение. Может быть, поэтому его попытка убить Рокли провалилась с таким оглушительным треском. Ему тогда нужно было вернуться к старым привычкам и все тщательно спланировать, а он вместо этого ворвался в дом Рокли и схватил его за горло. Тогда один из телохранителей его светлости ударил Джека по голове так, что он потерял сознание. А когда очнулся, то обнаружил себя в наручниках, лежащим на полу «Черной Марии», которая везла его в участок. Вот к чему привела его бесхитростность и привычка идти напролом – он попал в тюрьму, даже не успев отомстить.

Наверху их ждала еще одна дверь. Ева постучала – три коротких стука, пауза, потом еще один. Дверь открыла темноволосая женщина. Свет газовых ламп падал на нее сзади, и ее лицо оставалось в тени.

– Все прошло по плану? – спросила она Еву. – Без осложнений?

– Харриет, такое впечатление, что ты об этом жалеешь.

– Я всегда ищу случая применить на практике навыки хирурга. – Она посмотрела поверх плеча Евы на Джека. – Так это он?

– Нет, мы дураки, – сказал Саймон, – вытащили из тюрьмы не того заключенного.

Харриет цокнула языком и отошла в сторону, пропуская их внутрь. Переступив через порог, Джек оглядел комнату, отмечая детали. Пожалуй, он ожидал чего-то более… внушительного, что ли, а не этой самой обычной гостиной с простым круглым столом посередине, окруженным потертыми гнутыми стульями. Еще два стула были придвинуты к стене с обшарпанными обоями, на которой висела гравюра с изображением надвратной башни Линкольнс-Инн-Филдс. Из гостиной был выход на кухню – Джек разглядел плиту с духовкой, а также лестницу, ведущую, вероятно, в другие комнаты.

– Что, черт подери, это за место? – требовательно спросил Далтон.

– Штаб-квартира «Немезиды». – Ева положила свою сумочку на стол. Саймон и Марко сняли свое снаряжение и бросили его на пол. Казалось, все трое вздохнули с облегчением. При искусственном свете газовых ламп их лица казались напряженными и осунувшимися.

– Похоже на жилье какого-то приказчика. Причем низкооплачиваемого.

– Мы приберегаем наши средства для более важных вещей, – сжато ответил Саймон. Он закрыл дверь и запер ее на многочисленные замки и запоры, включая толстенный засов. – Например, для покупки взрывчатки или билетов на поезд для сбежавших заключенных.

– Или на чай для вернувшихся с дела сыщиков, – произнес появившийся в гостиной мужчина с седеющей бородой. Он нес поднос, на котором стояли несколько фарфоровых чашек в цветочек и такой же чайник. Мужчина с любопытством посмотрел на Джека, но ничего не сказал. Поставил поднос на стол, разлил чай по чашкам, положил в каждую несколько кусочков сахара, добавил молока и раздал чашки всем, включая Джека.

– Ваше здоровье, – сдержанно поблагодарил Далтон.

Чашка в его руке казалась крошечной, он поднес ее к лицу и вдохнул аромат.

– К сожалению, чай без опиума, – чуть пригубив, заметила Ева.

Джек дождался, когда все отвели от него взгляды, потом сделал глоток. Это была его первая настоящая чашка чая за пять лет. Возможно, благородная публика пьет чай получше этого, но Далтону он показался просто превосходным. Джек, закрыв глаза, едва удержался, чтобы не застонать от восторга. Господи Иисусе, как же ему этого не хватало!

– Я Лазарус, – сказал седеющий джентльмен.

На вид Джек дал бы ему лет шестьдесят, он был не очень высокого роста, но выглядел крепким, а его осанка выдавала в нем человека, который когда-то служил в армии ее величества. Это подтверждало то, что Джеку говорили в поезде.