Фредди Ромм - Старые долги

– Человека ранили! Возле концертного зала имени Чайковского!

– Не кричите, молодой человек, сейчас приедем.

Теперь разъединить, успокоиться. Пульс! Как проверяют пульс – за запястье? Или у шеи? Чёрт, не знаю, а должен…

– Андрей… Она нас переиграла…

– Не разговаривайте, Вадим Михайлович. «Скорая» сейчас приедет.

– Граждане, всё-таки покажите ваши удостоверения! – мрачно произносит из-под маски спецназовец.

– Вот моё. А Коржинского, может, не надо?

Спецназовец смотрит на шефа, кивает:

– Не надо. Сейчас врачи приедут, мы вызвали.

А вот и они.

– Скорее, сюда!

Они едут мимо – брошусь под колёса, не пропущу.

– Человека ранили!

Останавливаются, водитель высовывается:

– Псих, ты чего – умереть хочешь?

– Тут человека ранили, я вас вызывал!

– У нас вызов на Краснопресненскую, – отвечает из машины немолодая женщина в белом халате. – Но вы правы, сейчас займёмся вашим другом. Пациент с гриппом подождёт.

Они выходят из машины, направляются к шефу… Машинально гляжу по сторонам, хотя ясно – сейчас, когда рядом спецназовцы, нападения не будет. С запозданием обращаюсь к тому парню, который смотрел моё удостоверение:

– Вы не могли бы проверить район? Эти гады где-то здесь.

– Не волнуйся, кто надо – уже проверяет, – доносится лаконичный ответ из-под маски. Внезапно чувствую, как меня начинает трясти. Ещё немного – и мне станет дурно… этого ещё недоставало. Только бы врачи на меня не смотрели, пусть занимаются шефом.

– Молодой человек, вам плохо? – с тревогой в голосе обращается ко мне врач.

– Нет, всё в порядке, занимайтесь, пожалуйста, раненым.

Она кивает:

– Мы его забираем. Ранение серьёзное, но я надеюсь, всё будет в порядке.

И я на это надеюсь – очень сильно. Сейчас, когда на некоторое время мне предстоит работать одному, без шефа, становится не по себе. А если честно – страшно. Надо собраться с мыслями. Наверное, надо найти Ирину и как угодно вытащить из неё правду. Это она подстроила ловушку, гадина… Из-за неё шеф истекает кровью…

А где все сволочи, в которых мы стреляли? Ведь некоторых ранили, это точно. Джип стоит – лобовое стекло разбито. Внутри водитель… Ранен или убит? Проверить, только осторожно, вдруг притворяется…

Пульса нет…

– Доктор, кажется, этот человек убит!

Его неправильно называть человеком – отморозок, пытавшийся убить нас, но врач такой разницы не знает. Подходит к машине, нащупывает пульс… Вздыхает, качает отрицательно головой. Меня опять начинает колотить озноб, проклятье… Надо отвлечься.

– Олег, ты как?

Друг смотрит озабоченно:

– Тебя точно не задели?

– Точно, уверен. Оставь. Пусть врачи занимаются шефом. Давай думать, где найти эту тварь Ирину!

Друг вздыхает:

– Она сбежала туда, – машет рукой в сторону Садового Кольца. – Вместе с вымогателем, или кто он там ей. Я теперь уверен, что они заодно. Устроили нам засаду, хотели, наверное, положить всех троих. Спасибо тебе, ты вовремя заметил, спас меня.

А я, признаться, уже и забыл, почему сделал первый выстрел сегодня.

– Куда остальные убежали, не заметил?

– Андрей, не парься. С нами работали профессионалы. Они друг друга прикрывали. Думаю, половина из них ранены, но все ушли, кроме покойника. Их можно найти по больницам. Сам понимаешь, пулевые ранения – не шутка. Ирина с какой-то шестёркой отвлекли наше внимание, если бы не ты – всех нас положили бы тремя пулями.

Олег, наверное, старается успокоить меня, убедить, что я молодец, а главное – не виноват в том, что шеф ранен. Только я сам лучше знаю. Ведь подозревал Ирину, а купился: как же, верность договору! А она чихала на договор. Теперь, когда я облажался, всё ясно: никакого шантажа у неё не было, наводила тень на плетень. Такое трудно подумать, когда клиент платит аванс – деньги немалые. «Надёжный поиск» наверняка тоже участвовали в операции, но и он отвлекал наше внимание. Получилось, молодцы. Я в чём угодно Ирину подозревал, только не в том, что она ведёт нас в пасть к целой банде. И ведь место какое – людное! Для выяснений с шантажистом ещё как годится, полное правдоподобие.

Носилки с шефом погружены в карету «Скорой помощи». Уезжают. Наконец-то! Хоть бы обошлось!

– Олег, если гадов удастся взять, ты мне сообщишь?

– Обязательно. Постараюсь даже на их допрос привести. Ты адрес Ирины помнишь?

– Да, конечно. – Называю.

– Отлично, поехали туда. Шансов мало, что возьмём красавицу, но вдруг…

– А твоим спецназовцам мы больше не нужны?

– Нет, они тоже уезжают. Сейчас следователи из нашей группы появятся, они уже в курсе, я им не нужен.

– Ладно, поехали.

Жутко неудобно садиться за руль вместо шефа, но нечего делать – едем напару к мадам Кравченко. Вот и её улица. Засады нет?

– Может, подкрепление вызовем?

– Сначала разведаем. Десять против одного, что твоя Ирина уже в бегах.

– Пойдём вдвоём к ней или один останется?

– Ты останься, я к ней поднимусь.

Киваю, сил нет на лишние разговоры. Посмотрю вокруг: на улице почти никого, дети играют на площадке, возле соседнего подъезда бабули судачат. Всё так тихо, спокойно, а полчаса назад невдалеке отсюда, в центре столицы, трещал автомат, свистели пули, лилась кровь.

Внимание – шаги! Из подъезда выходят Олег и какая-то молодая женщина.

– Андрей, иди сюда!

У друга смущённый, какой-то обалделый вид.

– Познакомься: Кравченко Ирина Матвеевна!

Я с удивлением таращусь на женщину. Да, она похожа на нашу клиентку, но… не она!

– Извините, можно ваш паспорт?

– Да, конечно, товарищ милиционер, вот!

Это Олег ей сказал, что я тоже милиционер? Наверное, правильно сделал. Да, точно, паспорт совсем как у той Ирины, но фото другое, этой женщины. Не понимаю.

– У вас случайно сестры нет?

– Есть…

– Случайно не тёзка?

– Нет, Наташа.

Господи, что я болтаю?

– Ирина Матвеевна, вы паспорт не теряли случайно? – спрашивает вдруг Олег. Женщина смущается:

– Да… Полгода назад.

– В милицию сообщили?

– Да, на прошлой неделе.

– А почему не раньше?

– Извините, забыла…

Сейчас выругаюсь. Потеряла главный документ – и молчок?! А может, не потеряла, а продала, и теперь лжёт? Ясно одно: фальшивая Ирина провела меня, как мальчишку. Шеф на меня положился – и теперь ранен. Лже-Ирину будут искать, как и её сообщников, но моей заслуги в этом никакой.

Андрей не мог сдержать слёзы, когда гроб с телом Коржинского опускался в землю. Старший товарищ, принявший демобилизованного мальчишку под свою опеку, научивший азам детективного дела, погиб из-за его, Кароля, головотяпства, чрезмерного увлечения белыми-пушистыми клиентами, особенно если это хорошенькие клиентки. И ведь обжёгся уже на Нине, мог бы вести себя поосторожнее – нет, лопухнулся так, что дальше некуда…