Фредди Ромм - Старые долги

– Простите, вы Люба? Я – Евгения.

Актриса-детектив с интересом взглянула на подошедшую девушку: невысокая, тоненькая, белокурая. По виду, Евгении нельзя было дать больше двадцати лет, но при этом голос у неё хрипловатый, типичный для заядлых курильщиков.

– Очень приятно, Евгения. Как себя чувствует Наташенька?

– Спасибо, ей сегодня лучше, но чем раньше будет сделана операция…

– Да, я всё понимаю. Можно посмотреть документы?

– Да, конечно. А какие вам нужны?

Люба удивлённо посмотрела на молодую женщину.

– Во-первых, разумеется, ваши.

– А зачем? Я же не требую, чтобы вы мне предъявили свои.

– Да, но это не вы мне даёте деньги, а моя подруга – вам.

Женя со вздохом вынула паспорт. Люба внимательно посмотрела, вынула маленький фотоаппарат и засняла. Евгения вскрикнула:

– Что вы делаете?

– Мне нужна копия вашего паспорта. Особенно той странички, где записана ваша дочь.

Женя внезапно выхватила у Любы свой паспорт. Актриса удивлённо посмотрела на свою собеседницу.

– Я боюсь давать вам паспорт!

Люба пожала плечами: действительно, небезопасно, но выход-то какой?

– Хорошо, Евгения, это не обязательно. Но тогда мне нужен телефон больницы, в которой лежит ваша дочка.

– Вы позвоните туда?

– Конечно! Пусть там подтвердят, что ваша девочка ждёт операцию, и скажут, какая денежная сумма требуется.

– Двадцать тысяч долларов. Ваша подруга сможет заплатить столько?

– Сможет, – медленно ответила Люба. Разговор ей нравился всё меньше. И дело не в том, что Евгения отказалась предоставить документы: в самом деле, это не всегда безопасно. Однако в этом случае она должна дать возможность переговорить с врачами, администрацией больницы. Иначе подозрения возникают в её собственный адрес: немало найдётся людей, желающих воспользоваться чужой добротой, чтобы пополнить собственный бюджет. – Так как насчёт телефона больницы?

– Можно, я его потом дам?

– Можно, но зачем откладывать? Если не помните, сделаем проще: подъедем туда сейчас. Я на машине.

– Скажите, вы – Люба Зелинская?

Детектив вздрогнула: очки она пока не сняла, и странно, что собеседница её уже узнала.

– Да, это я.

– Мне так нравится, как вы играете в фильмах!

– Мне очень приятно, но давайте сначала разберёмся с вашей дочкой, а потом поговорим о моих ролях.

– Знаете, я передумала, не надо сегодня в больницу.

Люба не выдержала:

– Евгения, чего вы хотите? Вы оставили в Интернете просьбу о помощи. Моя подруга готова пойти навстречу, дать деньги. Единственное, что для этого требуется – подтверждение ваших слов. Вы не обязаны давать мне паспорт, это в самом деле не всегда безопасно, но тогда нужно переговорить с врачами! Тут-то вам что угрожает?

– Не хочу.

– Евгения, у вас в самом деле дочка больна?

– Нет, я пошутила.

Люба невольно вскрикнула: хоть она и подозревала, что имеет дело с мошенницей, такое циничное признание выходило за все рамки. Детектив немедленно вынула мобильный телефон:

– Олег, это я. У входа в Александровский сад. Тут со мной одна дама, которую я уличила в мошенничестве. Пришли срочно наряд.

– До свиданья! – Евгения бросилась прочь, но разозлённая Люба тотчас нагнала её и перегородила дорогу:

– Никуда вы не уйдёте!

– Прочь с дороги!

– Милиция, сюда! Эта женщина – мошенница! – громко закричала Люба, и прохожие вокруг обернулись. Евгения затравленно оглянулась.

– Евгения, не заставляйте меня надевать на вас наручники!

– Что происходит? – обратился к Любе молодой человек в кожаной куртке.

– Вы из милиции?

– Нет, а что?

– В таком случае, можете не беспокоиться. Я и сама справлюсь.

– Это моя жена!

– Ах, вот как! И сообщница, верно? Вы её прикрывали?

– Женя, пойдём!

Однако в Любе бушевала злость. Противно было, что мошенница сыграла на людском сочувствии, и обида материнства требовала выхода. Люба прыгнула и снова перегородила путь обоим противникам.

– Ни с места!

– Что? – удивлённо произнёс парень. – А что вы сможете нам сделать? Евгения, всё, уходим!

Не мешкая, Люба выхватила газовый баллончик и пустила струю в физиономию парню. От неожиданности тот не успел отвернуться, и газ ударил ему в нос. Люба бросилась на Евгению и схватила её за запястье.

– Милиция, сюда! Мошенники!

Однако вместо милиции к ней бросились пятеро парней, одетых точно так же, как тот, который сейчас кашлял из-за газа.

– Ты, стерва, а ну – убирайся! Вон пошла!

Запястье Евгении пришлось отпустить – Люба не успевала вынуть наручники. Пятеро противников сразу – многовато даже для обладательницы синего пояса по айкидо. Где же милиция, наконец?! Двое парней закрыли собой Евгению, давая ей улизнуть, а один схватил за руку оглушённого газом парня. Однако Люба решила, что так просто эту парочку не отпустит. Ближайший из противников выхватил нож, сделал быстрое круговое движение – прохожие вокруг закричали в испуге. Люба увернулась, ударила ногой, попыталась выбить оружие… Краем глаза увидела, как остальная шайка убегает в сторону метро…

– Ты, дура, неприятности хочешь? – процедил сквозь зубы парень. Он двигался быстро, но больше пугал, чем пытался ранить. Люба сняла с плеча сумочку и теперь орудовала ею, как щитом.

– Стоять, милиция! – услышала детектив долгожданную реплику.

– Держите вон тех, они убегают! – закричала она. Парень с ножом бросился вслед своим друзьям – один из милиционеров догнал его, попытался схватить, но тот полоснул лезвием по руке. Люба вскрикнула при виде крови. Бандит рванулся и был таков.

Всякое желание ловить жуликов у Любы пропало.

– Быстрее – я на машине! В больницу! – бросила она раненному милиционеру.

– У нас тоже машина, – пробормотал тот, пытаясь зажать рану.

– Но у меня «Тойота».

– Хорошо, спасибо.

Все трое направились к машине Любы. Ещё через пять минут прибыли в травматическое отделение больницы.

– Извините, я вам тут напачкал, – смущённо пробормотал раненный милиционер, уныло глядя на кровавые пятна, обильно рассыпанные по салону «Тойоты».

– Чепуха, с этим разберёмся.

Люба подождала, пока милиционера уведут в процедурную, и набрала телефон Кароля:

– Андрей, у нас серьёзная проблема. Евгения оказалась мошенницей, но это полбеды. Её прикрывает целая банда! Шестеро парней, у одного был нож! Они ранили милиционера!

– Вот как! – отозвался Кароль. – Какую сумму она хотела?

– Двадцать тысяч долларов.

– На семерых? Интересно. Спасибо, Люба, поезжай домой.

– Да, но сначала я сделаю ещё кое-что.

Люба разъединила, вздохнула и посмотрела на второго милиционера:

– Вы поможете мне составить фоторобот этого бандита?

– Что случилось? – ахнула тётя Лена при виде Андрюши, вернувшегося с улицы в испачканной разорванной рубашке. Мальчик шмыгнул носом, раздумывая, жаловаться или нет на парней, которые потребовали от него десять копеек и, не получив мзду, повалили наземь и принялись бить. Хорошо ещё – сосед, дядя Миша, проходил мимо, остановил обидчиков, помог ребёнку подняться и проводил до дома. Решив, что тётя всё узнает от соседа, а значит, нет смысла скрывать, Андрюша захныкал: