Кэндис Кэмп - Вершина счастья

— Что?! — Мередит буквально взвилась со своего стула. Дэниэл отдал ее книги Девлину?! — Вы лжете! Этого не может быть!

— Скажите, а зачем мне выдумывать? Уитни выскочила из кабинета и понеслась по тропинке к дому.

Лидия подняла голову, когда Мередит ворвалась в общий холл, неистово раскачивая обручами в спешке.

— В чем дело, Мередит? Она озадаченно поднялась.

— Где Дэниэл?

— Я точно не знаю. Думаю, в своей комнате, отдыхает.

Дэниэл? Отдыхает средь бела дня? Это звучало неправдоподобно, но Уитни побежала по лестнице к нему. На ее громкий стук послышалось:

— Войдите. Мередит распахнула дверь и буквально ворвалась в комнату. В иной ситуации, поскольку отчим отдыхал, она справилась бы о здоровье, но сейчас… Все, о чем могла думать в данный момент Уитни, упиралось в этого зловредного Джереми, который явился, чтобы украсть у нее работу.

— Девлин внизу в кабинете…

— Он, должно быть, быстро поправляется.

— Речь идет не об этом. Он говорит, ты велел ему вести учетные книги плантации.

— Да. Девлин искусен в цифири, чтении и письме… Зачем держать образованного слугу в конюшне? Разумеется, он каждый день будет продолжать тренировать Акробата, но ему не составит труда заодно вести и книги.

— Но это же моя работа! — запротестовала Мередит.

Девлин не может забрать ее у нее. Не может! Ведение гроссбухов — самая приятная обязанность Уитни. Надзор за слугами и домашней работой мог быть скучным, но счета — это совсем другое, это интересно. Они очень важны. Счета — часть подготовки Мередит к будущему самостоятельному управлению плантацией. Обида жгла сердце Уитни. Дэниэл забрал у нее то, что составляло самое приятное в жизни, и отдал человеку, которого она ненавидит. Тем более, Мередит поступила с ним ужасно, и от этого еще труднее сидеть рядом с Джереми и объяснять сущность деятельности плантации, разве Дэниэл не предвидел, какую боль причинит ей? Или ему на все наплевать? Когда она научит Девлина, он будет знать все о происходящем на ее земле, а хозяйка… хозяйка превратится в ничто. Как отчим мог так поступить с ней? Неужели все эти годы он только притворился, что любит ее? Уитни холодно поинтересовалась:

— Ты недоволен моей работой? Видя ее надменное выражение лица, Харли воскликнул:

— Нет! Мередит, дорогая, ты не должна так думать! Просто мне хочется немного облегчить твою ношу. Я очень благодарен тебе за помощь. Ведь ты же знаешь, я терпеть не могу цифры. Но тебе не следует так часто торчать в пыльном кабинете. Ты должна развлекаться, как другие девушки, наряжаться, ездить на вечеринки.

— Дэниэл! Меня абсолютно не интересует все вышеназванное! — Мередит подошла к нему и горячо пожала его руку. — Пожалуйста, позволь мне продолжать вести книги.

Харли нахмурился.

— Девочка моя, это же глупо, когда у нас есть слуга, который может прекрасно справиться с этим. Я хочу, чтобы Девлин немного поднаторел в финансовой стороне дела.

— Зачем?

— Я говорил тебе, когда покупал его. Думаю сделать парня управляющим. Он намного лучше поймет свою работу, если будет знать стоимость всего до последнего цента.

Мередит отпустила руку отчима и отступила. Итак, Дэниэл настроен против нее.

— Хорошо. Как скажешь. Это, в конце концов, твоя плантация.

Харли смотрел ей вслед, обеспокоенно нахмурив брови. Она обиделась. Не думал он, что так выйдет. Хотелось бы, чтобы девочка поняла: Дэниэл не намеревался оскорбить ее, но для этого пришлось бы раскрывать далеко идущие планы. А сие Харли хотел отложить как можно дальше. Все сильно усложняется, когда имеешь дело с Мередит.

Уитни вернулась в кабинет, усилием воли справившись со своими эмоциями. Она не должна показать Девлину, как все происходящее сейчас расстраивает ее, не то, вполне возможно, это доставит ему огромное удовольствие. Она будет спокойной и безразличной, научит его как можно быстрее оперировать с цифрами и скроется от этого надоевшего ей человека.

Войдя в комнату, Мередит нашла Джереми лениво развалившимся в синем кожаном кресле. Он вежливо поднялся, но без лишней услужливости, вопросительно-насмешливо вскинув брови. Мередит метнула на него взгляд, который охладил бы притязания любого мужчины, но на Девлина не произвел никакого впечатления.

— Если вы соизволите подойти к столу, — официально начала Уитни, — мы можем приступить к занятиям.

Джереми встал рядом с ней, но не слишком близко, чтобы она чувствовала себя непринужденно. Мередит села в свое кресло и открыла гроссбухи.

— Вот здесь вписывается общая сумма ежедневной конечной продукции; Дэниэл обычно приносит мне цифры каждый вечер. Они даны в баррелях. Когда мы закончим заниматься, я добавлю их сюда, в эту колонку, чтобы выяснить общее количество произведенной продукции. Для риса итоговый результат подсчитывается отдельно, для индиго — тоже отдельно. Кстати, индиго вот на этом листе… Когда мы отправляем рис лондонскому посреднику, я вношу количество отгруженного на эту страницу. Если же Дэниэл продает какую-то часть местному торговцу или капитану корабля, мне приходится заносить запись об этом вот сюда… При окончании продажи я подсчитываю общую сумму обеих колонок. Совершенно очевидно, что она должна равняться итогу конечного продукта. Если этого не происходит, значит, совершена ошибка в расчетах или продано недостаточно… Но случается и такое, что мы выращиваем слишком много — в таком случае тоже может наблюдаться несовпадение цифр в колонках…

— Гм… Звучит довольно просто.

Джереми склонился над столом, чтобы повнимательнее рассмотреть цифры, так близко, что Мередит пришлось податься назад, стараясь не коснуться его. Она ощутила его аромат, вернее, запах, состоящий из смеси лошадиного пота, кожи и острого мужского мыла. Это сразу напомнило ей тот день, когда Девлин заключил ее в объятия и поцеловал. Уитни внутренне затрепетала при этих воспоминаниях.

— Прекрасно, значит, можем продолжать, — колко проворчала она и перевернула страницу.

Девлин неохотно отклонился, хотя по-прежнему оставался слишком близко, чтобы Мередит могла нормально дышать.

— Эта страница — наш приход… Наличный приход записывается в эту колонку, товарный — в эти… Естественно, подсчитывается общая сумма как наличных, так и полученных товаров.

— Товаров? А зачем вы берете товарами вместо наличных денег?

— По необходимости. Когда мы продаем продукцию капитанам кораблей или местным торговцам, они ведут натуральный обмен. Товар, посланный в Лондон, оплачивается деньгами, но только после того, как агент вычтет сумму, израсходованную на изделия, отправленные нам из Англии. Обычно остается очень мало. В отношении наличных денег… Мы не можем считаться богатыми людьми колонии. Все наше богатство заключается в земле и имуществе.