Энди Брок - Жгучая клятва сицилийца

«Моим дорогим Вьери и Харпер.

Мое последнее желание — преподнести вам Кастелло‑ди‑Тревенте в качестве свадебного подарка.

Вьери, я знаю, что по завещанию все мое имущество отойдет благотворительным фондам, но надеюсь, ты не против небольшого изменения.

Мысль о том, что вы с Харпер вдохнете новую жизнь в замок, согревает мое сердце. Уверен, что ты не откажешь мне в этой просьбе.

Любящий тебя крестный Альфонсо».

Вьери долго сидел не двигаясь, обхватив голову руками. Щедрый подарок Альфонсо сыпал соль на кровоточащую рану. Они с Харпер никогда не будут жить в замке. Им не суждено быть вместе и создать семью. Помолвка и свадьба были одной большой ложью. И добрые слова Альфонсо еще раз напомнили, что благие намерения могут привести к катастрофе.

Вскочив на ноги, он бросил письмо в чемодан и захлопнул крышку. Он расскажет Харпер о «свадебном подарке» крестного позже, когда придет в себя и немного успокоится. Он отдаст ей замок, и пусть делает с ним что захочет — живет в нем, продает его, сдает в аренду или дарит своей сестре. Это не его дело. Главное — побыстрее отсюда убраться.

Подхватив чемодан, он стремительно вышел из комнаты.

Ему не терпелось поскорее оказаться в Нью‑Йорке и забыть обо всем случившемся. Необходимо выкинуть Харпер из головы. Только тогда он сможет трезво мыслить снова.

Харпер уставилась на тест‑полоску, которую держала в дрожащей руке. Нет. Она зажмурилась, отказываясь верить в увиденное. Это невозможно. Это не может быть правдой. Но когда она снова открыла глаза, две тонкие розовые полоски никуда не делись. Сомнений нет — она беременна.

Комната закружилась перед глазами. И что ей делать? Как она с этим справится?

Ухватившись за край умывальника, Харпер взглянула на себя в зеркало. Она носит ребенка Вьери Романо и понятия не имеет, что с этим делать.

— Харпс, что ты там застряла? Мне нужно в туалет, — раздался голос Лии за дверью. Она подергала за ручку, и старая щеколда открылась. На пороге стояла Лия. — Господи, сестренка, что случилось? Тебе плохо? — испуганно спросила Лия. — На тебе лица нет.

— Нет‑нет. Я в порядке.

— Совсем ты не в порядке. Что с тобой?

— Ничего, я же сказала. Могу я хоть пять минут побыть одна?

Лия вошла в ванную.

— Что это ты там прячешь?

— Ничего.

— О, Харпер!

— Что? — недовольно спросила Харпер, забыв, что стоит спиной к зеркалу и все еще держит тест‑полоску в руке.

— Не может быть!

Харпер выдохнула и жалко кивнула.

— О боже! — Лия обняла сестру, а потом отстранилась и заглянула ей в лицо. — Ребенок от Вьери?

Харпер снова молча кивнула. У нее не было сил ответить: «Чей, черт возьми, еще он может быть?»

— Но ты же говорила…

— Знаю, Лия. Мы провели вместе только одну брачную ночь.

— И как ты намерена поступить? — Лия вытерла катившиеся по щекам сестры слезы тыльной стороной ладони.

— Я… я не знаю. Конечно, я буду рожать. И нужно сообщить Вьери. Но не сейчас. Сначала я должна свыкнуться со своим интересным положением.

— Но особенно не тяни, не то хуже будет, — участливо посоветовала Лия.

— Сама знаю. — Харпер неожиданно запаниковала. — Но ты должна обещать мне, Лия, что не станешь вмешиваться. Упаси тебя бог сказать Вьери.

— Конечно, обещаю. За кого ты меня принимаешь? — обиделась она.

Харпер бросила на нее многозначительный взгляд. Лия сделала вид, что не понимает намека.

— Это же здорово, сестренка! Я стану тетей. — Лия взволнованно схватила сестру за руки.

У Харпер задрожали губы. С одной стороны, здорово, с другой — ужасно. Как ей все это вынести? Не беременность, рождение ребенка и воспитание его в одиночку, а тот факт, что это ребенок Вьери.

Она все эти полтора месяца отчаянно пыталась забыть синеглазого красавца, но тщетно. Харпер без устали занималась домашним хозяйством, подрабатывала в отеле, помогала отцу, но мысли о Вьери не покидали ее. По ночам она грезила о нем, вспоминая ту единственную и неповторимую ночь любви.

И вот теперь ребенок. Он свяжет их навечно. Ей надо будет как‑то защититься от присутствия Вьери в ее жизни. А он обязательно появится, стоит ему узнать о ребенке. В этом Харпер ни секунды не сомневалась. А вдруг он захочет отобрать у нее ребенка? Что, если станет бороться за единоличную опеку?

— Да не переживай ты так, — снова обняла ее Лия, увидев озабоченное лицо сестры. — Все будет хорошо. Я буду рядом, а вместе мы — сила, — подбодрила Лия.

Харпер слабо улыбнулась. Оптимизм сестры почему‑то не внушал доверия.

Выйдя из арендованной в аэропорту машины, Вьери хлопнул дверью и огляделся вокруг. Да, пейзажи красивые, что и говорить, но ему поскорее хотелось добраться до места. Вьери казалось, что его поездка в Гленруи длится вечно. Сначала перелет из Нью‑Йорка в Глазго, затем поездка по бесконечной дороге вдоль блестящего под лучами весеннего солнца озера. Теперь вот паромная переправа. Но казалось, что паромщики не торопятся перевезти его на другую сторону.

— Когда отправится паром? — нетерпеливо спросил он у пожилого паромщика. — Я спешу.

— Ждем еще машины, — безучастно ответил тот.

Еще машины? Да они тут могут до ночи простоять. По дороге к переправе Вьери попался лишь один старенький джип. Прошло минут двадцать, а машин не было и в помине.

— Далеко направляетесь, мистер? — спросил паромщик.

— В Гленруи, — бросил Вьери.

— В Крейгмор‑Лодж?

— Да. — Вьери колебался, стоит ли посвящать паромщиков в подробности, но, если это ускорит переправу, он готов. — Мне нужен коттедж егеря. У меня дело к Харпер Макдональд. Можно переправляться?

— Почему бы нет? — Паромщик включил мотор. — Закрой ворота, Джим, — обратился он к помощнику. — Нельзя задерживать этого мужчину. Ему не терпится увидеть Харпер Макдональд.

Развернувшись на каблуках, Вьери сел в машину и нервно барабанил пальцами по рулю, нетерпеливо ожидая, когда же этот чертов паром тронется.

Решение поехать в Шотландию возникло спонтанно. Он сидел на заседании совета директоров в своем кабинете, рассеянно уставившись на небоскреб напротив, вместо того чтобы сконцентрироваться на отчете о последних инвестициях, когда ему в голову пришла эта идея. Подняв трубку телефона, он отдал распоряжение подготовить его частный самолет к вылету, пока здравый смысл не взял верх над его безрассудным решением. Члены совета директоров спешно покидали кабинет, обмениваясь озадаченными взглядами. Что за игру затеял Романо? Что с ним вообще происходит в последнее время?

Вьери и сам толком не мог этого объяснить. За два месяца, прошедшие с момента их расставания с Харпер, он так и не сумел выкинуть девушку из головы. Даже работа, которая всегда была для него лучшим лекарством, не помогала. Напротив, он стал принимать непродуманные решения, его суждения подвергались сомнению коллегами.