Кэтрин Манн - Тридцать дней, тридцать ночей

Когда они желали ей удачи, их скептицизм был очевиден. Женщины, с которыми Дуарте не встречался, были так же сдержанны в своих пожеланиях.

— А ты бы предпочла, чтобы у меня был один-единственный роман, который никогда не кончался?

— Тебе безразлично, что ты разбил сердца всех этих женщин? Ведь они даже не знали, что ты принц. Представляю, что все они сейчас чувствуют.

Он презрительно фыркнул:

— Все те, кого я интересую только из-за денег и титула, не достойны твоего сочувствия. Может, наконец обсудим какую-нибудь другую тему? Здесь, кстати, присутствует американский посол в Испании.

— Спасибо. Я уже с ним знакома. Неужели тебя нисколько не беспокоило, что ты лгал женщинам о своем прошлом?

— Возможно, именно по этой причине у меня никогда не было продолжительных отношений. — Он поднес их соединенные руки к ее уху и качнул длинную сережку с желтыми бриллиантами: — Но больше мне ничего не мешает.

Кейт поняла его нелепый намек, и у нее перехватило дыхание. Даже зная, что он не мог сказать это всерьез, она не удержалась и спросила:

— Ты пытаешься меня соблазнить?

— Точно. И я намерен получить удовольствие от каждой минуты.

В этот момент мелодия закончилась. Отпустив ее, Дуарте зааплодировал вместе с гостями. Ошеломленная его словами, Кейт застыла на месте как статуя. Она знакома с Дуарте Медина всего семьдесят два часа, а ее самоконтроль уже трещит по швам.

Неожиданно он нахмурился, полез в карман смокинга и достал оттуда вибрирующий айфон.

— Прошу прощения, — сказал он ей, затем поднес трубку к уху: — Хавьер? Говори.

По мере того как он слушал своего друга, лицо его становилось все более мрачным и напряженным. Кейт встревожилась. Что-то случилось. Она огляделась по сторонам, но не увидела ничего необычного.

Разорвав соединение, Дуарте тихо выругался и обхватил Кейт рукой за талию. Это был жест собственника. Он выражал желание не соблазнить, а защитить.

— Что случилось? — спросила она.

— Нам нужно улизнуть отсюда. Немедленно. — Он повел ее к боковому выходу. — Хавьер сообщил, что у нас незваные гости.

Быстро пройдя по коридору, они зашли в лифт. За ними никто не последовал, но Дуарте не хотел терять время. Каждая секунда промедления может привести к катастрофе.

Старинная чугунная решетка захлопнулась с грохотом, двери деревянной кабины закрылись, и Дуарте с Кейт наконец оказались одни. Никаких вспышек фотокамер, незваных гостей и людей, которые ищут ее внимания лишь потому, что она носит его кольцо. В юности его возмущало, что он и его братья были вынуждены жить в изоляции. Сейчас он был бы не прочь спрятаться на какое-то время от остального мира.

Нажав кнопку «стоп», Дуарте достал айфон, чтобы проверить, нет ли новых сообщений от Хавьера.

— Дуарте? — Кейт схватила его за запястье. — Почему мы не поднимаемся?

— Скоро мы поедем дальше. — Ему необходимо обеспечить ее безопасность, прежде чем позволять себе наслаждаться ее прикосновениями. — Нам придется побыть здесь, пока Хавьер не получит всю информацию об этих незваных гостях.

Дуарте начал просматривать входящие сообщения. Кейт придвинулась ближе и задела грудью его руку. В паху у него все напряглось, и он крепче сжал айфон.

Он с самого начала знал, что Кейт желает его так же сильно, как и он ее. Три дня, что они провели вместе, стоят нескольких месяцев свиданий.

Нервно теребя сережку, Кейт спросила:

— Мы можем здесь разговаривать?

— Да. — Он убрал айфон в карман.

— Ты уверен, что здесь нет «жучков» и скрытых камер? Я знаю, какими изобретательными бывают представители прессы.

— Это мой отель, и его охраняют мои люди.

Они настоящие профессионалы, но сейчас допустили оплошность. Двое безработных актеров проникли на прием, чтобы напомнить всем о своем существовании. Они сами так сказали, но вполне могли солгать.

— Во время своих поездок по стране я по возможности стараюсь останавливаться в своих отелях. Сейчас Хавьер задержал двух человек. Он проверяет их показания, чтобы выяснить, не стоит ли кто за ними. К счастью, этой парочке не удалось пройти дальше гардероба.

— Похоже, сегодня Хавьер заслужил хорошую премию к Рождеству.

— Он один из самых ценных моих сотрудников.

Вздохнув, Кейт опустилась на мягкую банкетку у задней стенки кабины.

— Значит, опасность миновала?

— Мы скоро это узнаем. — Теперь, когда проблема с чужаками почти решена, он может думать об аромате волос Кейт, о ее вздымающейся и опускающейся груди, о том, чем они могут заняться на банкетке. — У тебя есть ко мне еще вопросы?

— Нет. Хотя… Знаешь, Дуарте, ты меня сбиваешь с толку. Последние три дня ты вел себя со мной как настоящий принц, а потом вдруг изменился. — Она запрокинула голову, и ее затылок коснулся зеркала на стенке. — Ладно, не обращай внимания. Это не имеет значения. Перед сердитым принцем легче устоять, чем перед очаровательным.

Он подошел ближе:

— Тебе трудно передо мной устоять?

Ее пальцы вцепились в бархатную обивку банкетки.

— Ты весьма привлекательный мужчина.

— Рад это слышать, — ответил он, сев рядом с ней.

— Что ты делаешь?

— Жду подтверждения от Хавьера, что все чисто. — Обхватив ее рукой за плечи, он принялся покрывать поцелуями ее шею.

— А как насчет зеркала? Ты уверен, что оно не двухстороннее? — спросила она, но не отстранилась.

— Я понял. Сейчас ты думаешь как журналист. — Дуарте провел тыльной стороной пальцев по ее обнаженной ключице, и Кейт застонала от наслаждения.

Ее ладони легли ему на грудь.

— Я думаю как параноик. А может, ты добиваешься, чтобы кто-нибудь сфотографировал, как мы целуемся в лифте? Думаю, эти снимки быстро убедят людей в том, что мы счастливая пара.

— То, чего я сейчас хочу, включает в себя гораздо больше, нежели поцелуи. Я не хочу, чтобы нас кто- нибудь увидел. Я плачу своей охране большие деньги, и она контролирует в моих отелях не только все входы и выходы, но также телефонную связь и Интернет, — произнес он в дюйме от ее губ. — Впрочем, проверить зеркала никогда не помешает. — Он провел рукой по раме зеркала. — Это висит на стенке кабины, а не вмонтировано в нее. А если прислониться к нему… — Он приблизился к ней, и она прижалась спиной к зеркалу. — Слышишь? Никакого глухого звука. Это обычное зеркало, и, глядя в него, я могу любоваться изгибом твоей спины.

— Дуарте… — Она закусила нижнюю губу.

— Но зачем мне смотреть на твое отражение, когда рядом есть ты, — промурлыкал он, взял ее за талию, повернул и усадил себе на колени. Огонь желания внутри него разгорелся с новой силой.

Затем она улыбнулась, взяла в ладони его лицо и накрыла его губы своими. Он с радостью ответил на ее поцелуй. У ее губ был вкус шампанского и клубники. Ее руки проскользнули под его смокинг, ногти впились ему в спину.