Роберт Брындза - От тебя бегу к тебе

— Я доверяюсь людям, а потом оказывается, что они просто хотят с меня поиметь…

— Райан, о чем ты? — спросила я.

В ответ он швырнул мне через крышу машины газету. Я взяла ее и покосилась на бабулю, пребывавшую в не меньшем замешательстве.

— Четвертая страница, — процедил мне сквозь зубы Райан.

Я открыла «Мейл он Санди» и увидела огромный, в целый разворот, заголовок, кричавший:

«РАЙАН — АЛКОГОЛИК! ПОЗОР!!!»

В статье в подробностях говорилось о том, что Райан Харрисон, звезда популярного подросткового сериала «Манхэттен-Бич», оказался алкоголиком, пытался лечиться, но, невзирая на обещания, данные продюсерам шоу, снова запил.

Ниже размещалась пара зернистых, но все равно разборчивых фотографий, сделанных накануне у пруда на ферме. На одной Райан шел, пошатываясь, а я его поддерживала, а на другой — самой отвратительной — он блевал в пруд.

В конце статьи говорилось, что Райан Харрисон уже получил последнее предупреждение от продюсеров «Манхэттен-Бич» и теперь почти наверняка будет уволен. Райан выставлялся в статье еще одним голливудским ловчилой, приехавшим в Лондон, чтобы засветиться в шекспировской пьесе. И в ней даже выражалось сомнение не только в его способности сыграть на театральной сцене сложный образ Макбета, но и вообще в его актерском таланте.

— Ох, Райан, мне так жаль, — сказала я.

— Да уж, конечно, жаль!

— Ты что — думаешь, это сделала я?

— А как тогда, черт возьми, они меня нашли? Ты же говорила, что эта деревня находится в центре пустоты! — попрекнул Райан следом бабулю.

— Так и есть, в центре пустоты, — заупорствовала та. — Господи, я прожила в Совертоне двадцать лет! Один автобус в день до ближайшего городка, — сказала она. тревожно глядя на нас.

— Так, значит, старуха, это твоих рук дело! И сколько же они тебе заплатили?

— Эй, потише! — встряла я.

— Ты говорила, что она прилетела в Лондон со всеми своими чемоданами. Эти люди платят нешуточные бабки за такое дерьмо, как в этой газете, — сказал Райан.

— Хватит! — вскричала я. — Мне можешь выговаривать все что угодно, но мою бабушку НЕ ЗАДЕВАЙ! Ты меня понял?

— Ладно, тогда как ты объяснишь мне все это? — спросил Райан, ткнув пальцем в газету: в его глазах появились слезы.

— Наверное, на крестинах был какой-то твой недоброжелатель. Смотри, автор статьи ссылается на «гостя, пожелавшего остаться неизвестным» и назвавшего тебя «поношенным», — предположила я.

— Мне никогда не нравился трайфл твоей матери, — сказала бабушка.

— Сейчас не время для шуток, — огрызнулась я.

— Я хочу знать имена всех людей, присутствовавших на этих клятых крестинах… — сказал Райан. — Посмотри на эти снимки. Они сделаны не телефонной камерой, а аппаратом с длиннофокусным объективом…

На мгновение мы все застыли в шоке. День еще только начинался, и машин на заправочной станции было мало. Но чуть в сторонке от нее был припаркован грязный белый фургон. В нем сидел какой-то мужик в бейсбольной кепке — средних лет и довольно толстый. Но по его виду нельзя было сказать, будто он кого-то ждал или выслеживал… Райан кинул на него быстрый взгляд, а потом подскочил к бабуле и выхватил у нее из рук сумочку.

— Что ты делаешь? — опешила бабуля.

Райан вытащил ее электрошокер и решительно направился к фургону. Мужик внутри запаниковал, но Райан сунул руку в его окошко и вытащил ключи от машины.

— Вылезай, живо! — велел он толстяку.

Я со всех ног бросилась к ним.

— Райан! С чего ты взял, что этот человек причастен к…

— Я этих мерзких ублюдков с длинными объективами за милю чую…

— Я не вылезу из машины, — заявил толстяк, глядя на Райана.

На пассажирском сиденье рядом с ним я заметила длиннофокусный фотоаппарат.

— Вы — журналист? Вы следили за нами? — недоверчиво спросила я толстяка.

— Журналист — это слишком корректно. Дерьмовый папарацци ему больше подходит, — сказал Райан.

— Клал я на тебя, красавчик, — заявил толстяк. — А ну, верни мне ключи!

Райан вдруг нырнул в открытое окошко и, зажав голову толстяка в стальной захват, приставил к его щеке шокер. Толстяк явно растерялся и струхнул. Два зубца шокера впиявились в его пухлую белую кожу. Райан нажал на кнопку питания, и шокер, включившись, испустил странный, высокий, писклявый звук.

— Тебя когда-нибудь ласкали электрошокером?

— Послушай… — начал толстяк, его лицо было перекошено от хватки Райана.

— На кого ты работаешь? — перебил его Райан.

— Я — фрилансер… — проскулил толстяк. — Если ты врубишь эту штуку тебя тоже долбанет током…

— Да мне насрать! — процедил Райан с безумным блеском в глазах. И стиснул хватку на голове толстяка.

— Райан, ты с ума сошел! — воскликнула я.

— Эта поездка была моим личным делом. В моей личной жизни… — произнес Райан надтреснутым голосом. — Меня пригласили на личный, семейный праздник!

При этих словах я искренне посочувствовала Райану. Его действительно можно было понять! Память о замечательно проведенном дне теперь была омрачена. Толстяк сглотнул, но ничего не сказал.

— Клянусь всеми святыми, я огрею твою морду этим шокером и уделаю в хлам, если ты не скажешь мне, кто тебя нанял! — пригрозил Райан.

— Райан, остановись! — взмолилась я.

— Брендан О'Коннор. — признался толстяк, трясясь и икая.

— Да, я знаю, кто это, — сказала я.

— Откуда он узнал, куда я поеду на уикенд? — спросил Райан.

— Мы следили за вами… Мы просто приехали сюда следом за вами… — проскулил толстяк.

— Кто это «мы»? — поинтересовалась я.

— Я и еще несколько ребят, которых нанял Брендан…

— Ладно, давай его отпустим, Райан, — сказала я. — Пускай убирается на все четыре стороны!

Райан все еще пребывал в ярости. С трудом, но все же я уговорила его отступить и выпустить толстяка из тисков. Потом отобрала у Райана ключи от машины и передала их папарацци-фрилансеру в окошко.

— Убирайся! Чтоб духу твоего здесь не было! — рявкнула я.

Толстяк не заставил себя упрашивать. Он суетливо вставил ключ зажигания и завел мотор. Уже развернув фургон, он вдруг притормозил на секунду и бросил Райану на прощание:

— Таких типов, как ты, мы видим постоянно. Красивые, но бесталанные мальчики. Через три года никто о тебе и не вспомнит!

И с этими словами толстяк утопил педаль газа, и фургон с рыком умчался прочь. Райан что-то проорал ему вслед, но его крик утонул в реве набиравшего обороты мотора. Райан бросился за фургоном в погоню. Он пулей понесся по съезду к автостраде.

— Ох, Натали, — только и сказала бабушка, положив свою руку на мою.

— Райан! — крикнула я. — РАЙАН, ВЕРНИСЬ!

Но он даже не оглянулся, продолжая бежать к автостраде.

— Ты думаешь, он собирается ловить попутку? — спросила бабуля.