Роберт Брындза - От тебя бегу к тебе

— Я не хочу опять иметь дело с голубями и булочками, — сказал Ксандер.

— Если задуматься, то яйца Брендана — это видеоэкраны, — сказала я, проигнорировав его реплику. — И яйца Джейми тоже…

— И Таппене Полпенни, — добавил Ксандер. — Она такая решительная, сильная, независимая женщина…

— Да ладно тебе, котик. Она не Джуди Гарленд [56] Джуди Гарленд — американская актриса и певица. Лауреат премий «Золотой глобус». «Грэмми», «Тони» и Молодёжной награды киноакадемии, дважды номинировалась на премию «Оскар». Мать актрис Лайзы Миннелли и Лорны Лафт , - фыркнула Никки и написала на листе бумаги «ВИДЕОЭКРАН». — Вот! Мы отключим их экраны!

— Но как? Мы должны будем вломиться туда, а это незаконно. К тому же для них это временная сцена, и в таких случаях всегда создается автономная система электроснабжения. И кто из нас разбирается в электрике? — спросил Крейг.

Некоторое время мы размышляли над этим. И вдруг меня осенило.

— Я знаю, что делать! — воскликнула я, вскочила, выхватила у Никки фломастер и начала торопливо царапать им по бумаге.

— Итак, позвольте мне подытожить, — сказала Никки через несколько минут. — Ты хочешь, чтобы твой зять…

— Дейв, — подсказала я.

— Чтобы твой зять Дейв, из Девона, взломал видеоэкран «Большого О»? — спросила Никки.

— Да, — подтвердила я. — Мы удалим их видео с Таппене Полпенни и заменим на видео с YouTube, которое мы сняли с Райаном в роли Макбета.

— То, в котором он без рубашки? Такой весь из себя секси? — спросил Ксандер.

— Да!

— Получится, что мы превратим их сцену в нашу афишу! — добавила Никки.

— Нет. Мы превратим их сцену в нашу сцену. — поправила ее я.

— И таким образом врежете ему по яйцам, — сказала бабушка.

— А этот парень, Дейв, он может это сделать? — спросила Никки.

— Сможет, на крестинах он прожужжал нам все уши про свою работу, — сказала я. — Его нанимают банки и крупные корпорации, чтобы он пошарил в их компьютерных системах и выявил их уязвимые места.

— Так давайте ему позвоним, — предложила бабуля, доставая из сумочки маленькую золотую адресную книжку.

Я набрала номер Дейва и включила телефон на громкую связь.

— Привет, Дейв! — сказала я.

— Кто это? — спросил Дейв.

— Это Натали… Нат… Твоя свояченица…

— Привет, Нат, — произнес дребезжащий голос Дейва. Он прикрыл рукой трубку и закричал:

— Микки, звонит твоя сестра; я не знаю, чего ей надо!

Где-то в отдалении Микки прокричала ему в ответ:

— Я наверху, в туалете! Чего она хочет? Не собираюсь я ехать в этот чертов Лондон и смотреть этого чертового Шекспира, так что можешь перед ней извиниться!

Бабушка посмотрела на меня и закатила глаза. В телефоне снова послышался голос Дейва:

— Извини, Нат, Микки…

— Я хочу поговорить с тобой, — сказала я. И начала излагать ему наш план. Он явно заинтриговал его — Дейв пообещал мне все проверить и перезвонить. Я приготовила еще кофе, и мы сидели в тишине.

— Извините, а как долго продлится наше совещание? — робко поинтересовался Ксандер. — Просто я… я договорился встретиться со своими друзьями, Тимом, Тимом и Тимом, до того как начнется гей-парад. Мы будем на платформе Чудо-Женщины, а их накидки и золотые короны в моем рюкзаке.

Я хотела ответить ему, но в этот момент зазвонил мой мобильник. Это был Дейв. Я снова включила громкую связь.

— Привет, Нат! Внедриться к ним оказалось на удивление легко, — сообщил Дейв. — Люди тратят огромные бабки на железо и программное обеспечение. Но им и в голову не приходит их защитить. Я сейчас в их системе. Вас интересует их переписка и звонки?

Никки помотала головой.

— Мы не собираемся у них ничего воровать. Мы просто хотим заменить файл, — сказала я. — Но прежде чем мы это сделаем, мы хотим узнать — будет ли это противозаконно?

— Формально — да. Но то, что вы задумали, необязательно будет истолковано как злонамеренное вмешательство. Вы же не предлагаете украсть у них какие-нибудь сведения? — ответил Дейв.

— Ты можешь из-за этого потерять работу? — спросила я.

— Я — фрилансер, Нат. И, возможно, в реальной жизни я — толстый лох, но в Сети я никогда не оставляю следов. — усмехнулся Дейв.

Я посмотрела на Никки и Крейга: они оба кивнули мне.

— Что должно транслироваться на большом экране? — поинтересовался Дейв. — Жесткое порно? Зловещее послание?

— Нет ничего такого. У нас есть трейлер к «Макбету», и нам бы хотелось, чтобы на экране был показан именно он, — сказала я.

— Узнай у Дейва адрес его электронной почты. Я сейчас отправлю ему трейлер, — прошептала мне Никки, доставая свой iPad.

Дейв продиктовал мне свой адрес, и Никки послала ему по почте видео, чтобы он мог его себе загрузить.

— Да, вот еще что, Дейв, — добавила я. — Ты можешь полностью лишить их доступа в их компьютерные системы до сегодняшнего вечера — до тех пор, пока не закончится гей-парад?

— Они не зайдут в свои компьютерные системы в ближайшее время, — сказал Дейв. — Я успею все закончить через час, может быть, даже раньше, — заверил он нас.

Мы по-быстрому заморили червячка остатками бабулиного гуляша, а затем Ксандер вышел, чтобы переодеться в свой костюм Чудо-Женщины.

— Ну, как я выгляжу? — спросил он, вернувшись через несколько минут к нам на кухню.

На Ксандере были длинный черный парик, золотая тиара и сине-красно-золотистое боди. Я никогда до этого не сознавала, насколько тощим он был.

— Это парик Шер. Как вы думаете — он мне идет? — спросил Ксандер.

— У вас такие худые ноги, — заметила бабушка.

— Спасибо, — усмехнулся Ксандер.

— Как две сигареты, торчащие из пачки… — добавила она.

Лицо Ксандера стало совсем кислым.

— Ты выглядишь отлично, — решила я его поддержать, глазами побуждая остальных последовать моему примеру.

Все дружно закивали и принялись на все лады нахваливать его наряд.

— Пойду поищу Райана, наша платформа собирает пожертвования на покалеченных военнослужащих, — пояснил Ксандер.

— О, дорокой! А я думала, что вы наряжаетесь с кучкой педиков, чтобы подцепить кого-нибудь для секса. — сказала бабушка.

— Вовсе нет! Гей-прайд что-то большее, чем все это. Его цель — декларация равенства и сбор пожертвований на благотворительные нужды, — объяснил Ксандер; выуживая из своего рта застрявшие там пряди парика.

Бабуля покопалась в своей сумочке.

— Вот: я жертвую, — сказала она: запихивая двадцатифунтовую купюру за его корсаж Чудо-Женщины.

Мы все порылись в своих кошельках и портмоне и засунули ему за корсаж банкноты, устыдившись того, что нам всем разом при этом подумалось.

— Спасибо всем, — ухмыльнулся Ксандер.

Мы оставили его на углу Бик-стрит, где он присоединился к возбужденной группе парней — высоких и низеньких, толстых и худых, но всех ряженных Чудо-Женщинами. Бабушка осталась в квартире, сославшись на сильную усталость.