Захар Прилепин - Есенин: Обещая встречу впереди
- Название:Есенин: Обещая встречу впереди
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Молодая гвардия
- Год:2020
- Город:Москва
- ISBN:978-5-235-04341-1
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Захар Прилепин - Есенин: Обещая встречу впереди краткое содержание
Есенин — советский поэт или антисоветский? Христианский поэт или богоборец? Поэт для приблатнённой публики и томных девушек или новатор, воздействующий на мировую поэзию и поныне? Крестьянский поэт или имажинист? Кого он считал главным соперником в поэзии и почему? С кем по-настоящему дружил? Каковы его отношения с большевистскими вождями? Сколько у него детей и от скольких жён? Кого из своих женщин он по-настоящему любил, наконец? Пил ли он или это придумали завистники? А если пил — то кто его спаивал? За что на него заводили уголовные дела? Хулиган ли он был, как сам о себе писал, или жертва обстоятельств? Чем он занимался те полтора года, пока жил за пределами Советской России? И, наконец, самоубийство или убийство?
Книга даёт ответы не только на все перечисленные вопросы, но и на множество иных. Захар Прилепин с присущей ему яркостью и самобытностью детально, день за днём, рассказывает о жизни Сергея Есенина, делая неожиданные выводы и заставляя остро сопереживать.
Есенин: Обещая встречу впереди - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
Если бы он в полном смысле слова ожил, заговорил и, более того, принял во внутрипартийной борьбе сторону Троцкого, это стало бы крахом всех комбинаций, которые Сталин успел выстроить.
Отступать было уже нельзя.
8 января в «Правде» было опубликовано официальное заявление о серьёзной болезни Троцкого, в связи с которой ему необходим как минимум двухмесячный отпуск.
Опытные партийцы расценили это как первый шаг к отставке Троцкого со всех постов.
16–18 января была проведена XIII конференция РКП(б), в которой Троцкий не участвовал.
В заключительном слове, 17 января, Сталин вновь атаковал отсутствующего Троцкого, заявив, что тот создал оппозицию и совершает «антипартийные акты».
18 января Троцкий, не став отвечать, отбыл в Сухум на лечение.
19 января Есенин ушёл из санатория развеяться: сколько можно сидеть на одном месте?
В компании Ганина принял на грудь и тут же устроил скандал в кафе «Домино» — со всеми, увы, привычными атрибутами: дракой, антисемитскими выкриками и пререканием с явившейся милицией.
Из показаний свидетелей: «Не говоря ни слова, Есенин и Ганин начали бить швейцара и, продолжая толкать и бить присутствующих, добрались до сцены, где начали бить конферансье. Пришедший милиционер просил всех разойтись, но Есенин начал бить по лицу милиционера; последний при помощи дворника усадил его на извозчика и отправил в отделение. Он, Есенин, всё же бил опять дворника и милиционера. Подбежавший второй милиционер… получил от Есенина несколько ударов по лицу. Затем Есенин начал бить и дворников на протяжении всей дороги, Есенин кричал: „жиды продают Россию“ и т. д.».
Его доставили в 46-е отделение милиции, оставили ночевать, утром 20-го числа допросили.
После допроса выпустили под подписку о невыезде.
Есенин вернулся в санаторий в растрёпанных чувствах: куда теперь бежать, где прятаться?
Информация о его загуле в «Домино» тут же ушла ко всем заинтересованным товарищам — от Сосновского до чинов ГПУ.
Всё было готово, чтобы перезапустить кромешную атаку на Есенина, склеив три уже назревших уголовных дела в одно…
21 января умер Ленин.
О Есенине тут же напрочь забыли.
Есенин? «Попутчики»? Очередное хулиганство?
Потом, после, не до этого.
Всё, что ещё в декабре волновало многих и многих, являясь поводом для разнообразных манипуляций, разом потеряло смысл.
Тут бы понять, кто завтра окажется у власти.
Тем более что Троцкий даже не стал прерывать поездку в Сухум и не присутствовал на похоронах.
26 января Есенин приходит в Дом Советов и несколько часов стоит у гроба Ленина, неотрывно глядя на мёртвого вождя.
27 января он выписывается из санатория.
Глава шестая
«Быть настоящим, а не сводным сыном…» 1924–1925
Ленин станет для Есенина такой же фигурой, как Пётр Великий для Пушкина.
Воплощением государственности, которая однажды по строгому пересчёту окажется более весомой, чем всё эмоциональное, ранимое, ломкое, нарочитое, дерзкое — в общем, человеческое.
Ты, слабый человек, уйдёшь, — твою песню, если она окажется честной, споют, — но даже для песни необходимо пространство, обжитое людьми, говорящими на твоём языке.
Необходимо отечество, ведо́мое титаном.
Стоя у гроба, Есенин задумает огромную поэму.
Он сумрачен, но вместе с тем будто зачарован происходящим: этой колоссальной массой людей, идущих проститься с вождём мирового пролетариата, этой мёртвой головой — лобастой, кажущейся огромной.
Он уверен, что у него получится великолепная поэма.
Герои всё те же, что были изначально задуманы в драме «Страна негодяев»: Ленин, Махно, мужики, большевики, повстанцы.
Но там получилось что-то другое, Ленин туда и вовсе не вместился.
Есть смысл углубиться в тему заново.
Надо только собрать воедино раздробленную на режущие осколки правду.
Создаётся ложное, но очень сильное впечатление, что после такой трагедии, как смерть Ленина, всё будет честнее, прозрачнее.
Никто не сможет вести себя подло.
Впрочем, некоторое время это чувство будет находить подтверждение.
Почти обрушившаяся жизнь Есенина вдруг резко идёт на лад.
Есенин возвращается к Бениславской — и никто в коммунальной квартире не говорит, что ему тут не место.
Обещает Миклашевской, что напишет, помимо самых лучших посвящённых ей стихов, ещё и монографию о ней — она, кажется, тронута и взгляд её многообещающ.
В первых числах февраля сдаёт Воронскому рукопись книги «Стихи (1920–1924)» — Галя помогла всё собрать, расставить в правильном порядке. Спустя несколько дней Воронский передаёт: книга принята к публикации.
Никаких тебе бойкотов, ни малейших препон.
В первом номере журнала «Красная новь» за 1924 год Воронский пишет огромную статью о Есенине, где много сетует на есенинскую душевную дисгармонию, на его религиозность и тягу к пугачёвщине. Главное, однако, не это. Воронский, сколько бы оговорок ни делал, чётко заявляет: «Есенин — чрезвычайно одарённый поэт, такой, каких у нас в России можно счесть по пальцам одной руки». Статья эта является продуманным, весомым и убедительным ответом и Воронского, и стоящего за его спиной Троцкого — недаром их вместе, парой, рисуют на карикатурах — всем на свете сосновским и кольцовым.
В те же дни Есенин с Ганиным заходят в редакцию «Красной нови» и знакомятся с редактором Госиздата Иваном Евдокимовым. Тот, совсем недавно писавший в дневнике о натуральной человеческой катастрофе, приключившейся с четырьмя поэтами, Есениным очарован — вскоре они становятся близкими приятелями.
7 февраля у него неожиданным образом появляется ещё один товарищ — из самых партийных верхов. В Москву делегатом на II Всесоюзный съезд Советов приезжает секретарь ЦК компартии Азербайджана и по совместительству редактор газеты «Бакинский рабочий» — в 25 лет! — Пётр Чагин (настоящая фамилия — Болдовкин).
Увиделись с ним на каких-то артистических посиделках — Есенин теперь благодаря Миклашевской знал всех артистов и был вхож в эти круги.
С Чагиным проговорили весь вечер.
Тот на другой день возвращался в Азербайджан. Так бы и ограничилось всё разовой встречей, если бы не случайность.
«Рано утром, — вспоминает Чагин, — меня в гостинице разбудил энергичный стук в дверь. В неожиданном раннем посетителе я узнал Сергея Есенина. Застенчиво улыбаясь, он сказал:
— Простите, но, кажется, мы вчера с вами перепутали калоши.
Оказалось, действительно так и было».
Есенин вполне мог бы Чагина не искать и не будить, а так и ходить себе преспокойно в его калошах, раз уж подошли по размеру; но за этой застенчивостью видно весёлое лукавство, замешенное на любопытстве: он всерьёз хотел дружить с самыми настоящими большевиками.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: