Катя Саргаева - Мирное небо

— Нам диктуют совершенно все, какими мы должны быть и как должны думать. У нас есть определение каждому слову. А что мне делать, если я чувствую это слово по-другому? У меня есть два выхода, или согласиться с обществом, или думать по-своему и быть изгнанной из этого общества. Есть еще и третий вариант — лицемерие. Когда ты думаешь по-своему, но вслух соглашается с обществом, а так недолго и запутаться, отделяя мух от котлет. Я выбираю думать по-своему.

— Но ведь ты часто соглашается с моими учителями, а потом поносишь их последними словами. Выходит, ты все же лицемеришь?

— Да, — твердо сказала мама. — Иногда приходится идти наперекор себе. У меня же есть ты, а ты не выбирала моей позиции и не должна страдать из-за меня.

Тогда я была во втором классе, и тогда мне впервые стало жаль маму, ведь это и правда страшно , изображать из себя кого-то, кем ты на самом деле не являешься. Мама прогибалась, а я знаю, как она этого не любит.

— Я выросла в СССР, а там общественные нормы были основой , все строилось на этом, вся жизнь . Это сейчас можно все, а тогда было проще сказать что можно, потому что нельзя было практически все. Я задыхалась в Союзе. Как будто мне не хватало кислорода в комнате, и мне хотелось выбежать из нее на свежий воздух. Вдохнуть, набрать полные легкие. Мне тогда казалось, что если такое чудо случится, то я, вдыхая воздух, взлечу над землей как воздушный шарик. Так много мне нужно было вдохнуть, так сильно мне было нечем дышать. Я жила на пар а х, в клетке. Сейчас многие ругают нынешнее государство и плачут по СССР, который уже не вернуть, но я в какой-то степени рада тому, что происходит сейчас. Конечно обидно, что развалили такую страну. Огромную. Державу! Мы были крупнейшим государством в мире, и занимали одну шестую часть суши. У нас все было свое и гораздо лучшего качества, чем сейчас, у всех была работа и крыша над головой. Но мы не были свободны. Мы были рабами, заложниками той стабильности, которой так кичились. А на самом деле, люди просто ленивые свиньи. Мы хотим, чтобы государство все за нас сделало, в то время как мы лежа на диване потягиваем пивко. Бесполезно ругать правительство, надо научиться наконец самим отвечать за свою жизнь и прийти к самостоятельности. Ведь в любой стране можно как развернуться, так и подохнуть с голоду. Все зависит от человека, а не от государства. Конечно хорошо когда это государство тебя поддерживает. Но какую цену ты должен заплатить за эту поддержку? Мы должны были платить своими жизнями, своей индивидуальностью, а эта цена слишком велика для меня. Она просто непосильна. Я уже заплатила своей жизнью. Ты спрашиваешь, что такого мне сделало общество? Оно обокрало меня. Если бы оно не диктовало так много правил, в которые моя мама так рьяно верила, моя жизнь была бы другой. Возможно, мама даже любила бы меня.

Однажды я попросила подробнее рассказать маму про СССР.

— Я уже не раз говорила о преимуществах, ты хочешь услышать о недостатках?

— Да. Ты ведь говоришь, что именно в СССР тебе было тяжело жить, что тебе было нечем дышать. Так чем Советский Союз так сильно отличался от нынешней России?

— Двумя словами и не скажешь, — мама задумалась, а спустя несколько минут продолжила. — Мы жили как в аквариуме, у всех на виду. Смысл того социализма был в равенстве. Равенство было разным, но главным образом финансовое и социальное. А чтобы оно существовало и исправно работало за каждым человеком нужно пристально следить. Все были в курсе всего, у людей не было личной жизни. Прежде чем что-то сделать, человек думал о том, как же он будет выглядеть в глазах окружающих, потому что ничего утаить было невозможно. Были четкие правила, как люди должны жить, как они должны думать, нам диктовали исключительно все. Общество создали так, что бы каждый следил за другом, соседом, коллегой, прохожим в парке, и докладывал в соответствующие инстанции о нарушении всех правил. Были рабочие профсоюзы, и если вдруг мой муж пропил зарплату вместо того, что бы отдать ее мне, я спокойно могла пойти к нему на работу, обратиться в профсоюз с этой, казалось бы, такой личной проблемой, и профсоюз вынес бы ее на обсуждение. Профсоюз устроил бы ему головомойку, опозорил бы на всю организацию в которой он работает, и даже мог больше зарплату ему не давать, а выдавать ее теперь мне. И для того чтобы этого избежать, ему нужно было бы доказывать совершенно чужим людям то, что он так больше не будет, и объяснять причины того, почему так вообще вышло, почему он пропил зарплату. И если профсоюз решал эти причины уважительными его прощали. Это о личном. А еще меня возмущало то, что человек не мог двигаться. Все творческие или неординарные люди подвергались всяческим гонениям. Все ими созданное должно было быть одобрено обществом и вписываться в рамки морали, а если нет, то человек становился изгоем. А таких людей было не так уж и мало, Чаек было полно, просто люди становились лицемерами, притворяясь, что согласны с обществом. Или они просто врали сами себе, пытаясь вогнать себя в общепринятые рамки. Некоторые не выдерживали и покидали страну, что, кстати говоря, было сделать не так-то просто. Из Союза уехало много гениев, потому что их идеи не принимали всерьез. А потом, спустя несколько лет мы узнавали, что очередной русский ученый на чужбине изобрел что-то новое и важное, очередной русский писатель, художник или композитор написал свой шедевр. Ведь обрати внимание, как снизилось количество действительно достойных произведений после образования СССР. В Союзе все были равны, а значит и таланты должны быть одинаковы у всех, в Союзе любой неординарный ум считался выскочкой, а равенство не предусматривает выскочек. Несомненно, плюсов было много, но эта идеальная система предполагала жесткий контроль. Мы были рыбами в аквариуме от того, что все следили за всеми. И если о тебе сказали плохо, ты непременно должен меняться, иначе тебе просто житья не дадут. Мы были огромным стадом овец, которому не нужны были пастухи с собаками, мы сами отлично справлялись с удержанием стада, понимаешь? А обо мне часто говорили плохо, потому что я все время галопом и спотыкаясь бежала прочь из этого стада. Я никогда не вписывалась в нормы, а соответственно была ненормальной, а ненормальных принято лечить, и меня пытались излечить от самой себя. Ты не представляешь насколько это ужасно. Мне не было места вообще нигде, дома мама как коршун требовала от меня нормальности, все живущие в нашем районе следили за мной, так как знали, что я могу что-нибудь выкинуть. Мне когда-то было так плохо, меня в очередной раз не поняли, и я не знала куда же мне пойти, чтобы меня наконец оставили в покое. Я сидела на качелях в соседнем районе и рыдала от боли. Ко мне подошла какая-то тетка и начала заваливать вопросами «девочка, как тебя зовут? что случилось? где ты живешь? давай я отведу тебя домой» и так далее. Это было нормально и в порядке вещей слышать вопрос «где ты живешь», все прямо на гавно исходили, что бы залезть в чужую жизнь.