Алекс Бранд - Выбор [СИ]

— Да, Берта, оружие очень красиво, им можно любоваться, как произведением искусства.

Вернула ей патрон, улыбнувшись в ответ. Да, она права, но… Лучше всё-таки повесить на стену картину, а не пистолет. У нас в Бильце в домах охотников немало оружия, но на нашей ферме его никогда не было. Но не буду это говорить Ольге, не хочу ее обижать, она ведь от всего сердца…

— Ты и под платьем, бывает, его носишь?

— Да, это совсем незаметно, правда, выхватывать неудобно и неприлично выглядит.

Она смеётся и я тоже захихикала, представив себя, как рраз… Платье вверх и я с пистолетом! Ужас какой… Смеюсь уже вовсю.

— Когда доходит до стрельбы, не до приличий, знаешь ли…

Мне стало очень любопытно, ну очень… Решаюсь и спрашиваю.

— Ольга, а… Ну… Тебе приходилось?

Ее взгляд вдруг стал таким… Таким… Как провал куда-то… Такое я уже видела. В глазах Клайда, когда я решилась спросить его о том же. И так же, как он, Ольга закончила незаданный вопрос сама, почувствовав мою нерешительность.

— Стрелять и убивать?

Молча киваю. Она помолчала немного, глядя на тихо мерцающий огонек лампы.

— Да, Берта. Приходилось. Я убивала.

Она вдруг вскинула на меня заледеневшие глаза и твердо закончила.

— Так было надо. И я убила куда меньше, чем хотела.

Так было надо. Этими словами ответил мне Клайд, на такой же вопрос. Ольга… Клайд… Чем-то они очень похожи.

Ольга перевела дыхание, положила ладонь на мою руку, а я не знаю что сказать.

— Прости, Берта, это все в прошлом и нечего тебе слушать. Прости.

— Нет, это я виновата, со своими вопросами, ты меня прости. А давай ещё чаю попьем, пошли в сад? Там сейчас должно быть хорошо.

Она тряхнула головой, отгоняя плохие мысли, улыбнулась, вставая и направляясь к кухне.

— А пошли!

Я тоже вскочила и кинулась доставать только недавно вымытые и убранные чашки. Останавливаюсь, нет, ну что я тут затеяла на ночь глядя…

— Ольга, поздно, тебе же утром на работу. Это я теперь бездельница, дома сижу, а ты… Может, спать ляжешь?

Она беззаботно махнула рукой, зажигая примус и ставя чайник на огонь.

— Какой уж теперь сон, да и ты ведь спать не собиралась, верно?

Весело киваю, конечно.

— Я Клайда буду ждать и ты со мной!

Через несколько минут мы уже сидим под нашим кленом, лужайка мягко освещена через открытую дверь, я ещё принесла лампу, на столик поставила. Теплый чуть дрожащий свет осветил густую крону над нашими головами, желтоватым кругом лег на траву. Прохладное дуновение ветра коснулось лица, отозвалось тихим шелестом листьев и ветвей. По ту сторону невысокого забора тишина, на улице никого, соседние дома погружены в сон и темноту. Ольга оглянулась вокруг, держа чашку между ладоней.

— Красиво тут у вас, хорошее место. Дай вам бог тут жить долго и счастливо, Берта.

— Спасибо тебе, Ольга… За все.

Она не спеша отпила чаю, откинувшись на спинку плетеного кресла. Подняла лицо к небу и начала что-то тихо напевать, то ли слова, то ли мелодию. Красиво звучит, убаюкивает. Хочу спросить, что это, но… Дослушаю до конца. Глаза Ольги закрылись, напев стал тише и задушевнее, напоминает колыбельную. Я слушаю… И снова оказываюсь на лужайке около старого дома в Бильце, сижу у костра и мечтаю… Улыбаюсь… Я ведь не рассказала Клайду всей сказки. Я правда мечтала о принце, который всегда будет рядом. Но не мечтала о белом коне и прекрасном дворце, как мои подружки. Не мечтала о красивой короне и парчовых платьях… Ну… Платья, конечно, не помешали бы… Но более всего мне хотелось, чтобы этот принц всегда был со мной. Я буду принадлежать ему, а он мне. Навсегда. Как на земле, так и на небе. И даже смерть не разлучит нас, ведь мы будем предназначены друг другу судьбой. Вот сижу у костра, а он сейчас выйдет ко мне. Улыбнется и скажет — Роберта, я пришел. Позволишь сесть с тобой у огня? Я, конечно, растеряюсь и покраснею, но… Потом все станет хорошо, он сядет рядом и никогда-никогда меня не оставит. Так ведь и вышло, из ночной темноты пришел мой суженый. Он говорит, что не принц, но все равно. Клайд… Мой любимый и единственный, которому я принадлежу и так будет всегда. И был костёр на ночном берегу. И клятва. И вот я сейчас жду его, он скоро вернётся. Как Ольга сказала, проводила на войну, теперь жди. Жду, любимый, не сомневайся.

Но я не досказала свою детскую сказку. Принц тогда остался в мечтах, а в одну из ночей ко мне пришел Свит. Так я его назвала, здоровенного кота, откуда он взялся, никто не знал. Пушистый и ласковый, он вышел откуда-то на мягких лапах, я сначала даже испугалась, когда зеленые мерцающие глазищи вдруг зажглись в темноте. А он заурчал и толкнул меня тёплым лбом в бок, дескать, подвинься. И я подвинулась, мы вместе сидели и смотрели на огонь, то есть я сидела, а он положил голову на сложенные лапы и прикрыл глаза. Робко коснулась его, а ну как сейчас когтями меня… Нет, только глаза приоткрыл, покосился… И снова прикрыл, заурчал, когда решилась его погладить. Когда он появился, конфеты ела, взяла с собой несколько, чтобы веселее было. Потому и Свит. Отец позволил оставить его и он прожил у нас долгие восемь лет, не оставляя меня, совсем как принц из моей сказки. А я… Я предала его, бросила, уехав в Ликург. Хотела взять с собой, мама отговорила, дескать, старый он уже, оставь, куда тебе ещё с котом в город ехать. Так и расстались. Свит вскоре исчез, так же неожиданно, как и появился, никто не видел, куда. Никто не видел его мертвым. Но и живым тоже. Когда мама мне по телефону сказала, я проплакала всю ночь… Я предала тебя, Свит, и тебя больше нет. Но… Никакая грусть не должна длиться вечно, спустя несколько дней я начала работать на фабрике воротничков… Встретила того, кто показался мне тем самым, любимым из моей детской мечты…

Напев Ольги закончился, я снова здесь, в тихом ночном саду. Она встала с кресла и подошла к калитке, приоткрыла ее и выглянула на пустынную улицу.

— Ничего?

Она молча покачала головой, вернулась и села обратно.

— Он справится, Берта, не сомневайся. Он очень тебя любит, и иногда я думаю, глядя в его глаза…

Мне вдруг стало страшно, а вдруг Ольга догадалась, что… Она негромко продолжает.

— В его глазах страх тебя потерять, Роберта. Ты — единственный смысл его жизни, если вдруг ты исчезнешь из нее — исчезнет и он. Как так получилось, не понимаю…

Она догадалась. Это же то, что мы говорили с ним друг другу. Что же теперь… Вот, смотрит с таким участием… Сколько она для меня, для нас сделала… Сколько же она пережила в своей жизни, а я даже не знаю, сколько ей лет… Ни разу не была у нее дома…

— Сколько тебе лет?

Удивлённо посмотрела на меня, покачала головой.

— Ты никогда не спрашивала, почему сейчас?

Пожала плечами и вспомнила слова Клайда, сказанные мне в первый наш вечер. Так недавно… И давно.