Петр Петров - Крутые перевалы
- Название:Крутые перевалы
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Восточно-Сибирское книжное издательство
- Год:1979
- Город:Иркутск
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Петр Петров - Крутые перевалы краткое содержание
Крутые перевалы - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
— Кого привезли? — спросил он у подводчиков, куривших на крыльце.
— А кто их знает, в тайгу, до Черной пади едут.
— Дальше, кажись…
В квартире слепо мигала пятилинейная лампешка. Столкнувшись с молодым камасинцем с узкими глазами и широкоскулым лицом, он сразу понял, что это переводчик.
— Не ожидали нападения? — спросил высокий чернобородый, поправляя роговые очки.
Пастиков поздоровался с приезжими. Всмотревшись, он заметил, что чернобородый — совсем еще не старый и крепкотелый мужчина. Пастикову понравилась его простота. Зато колючий взгляд маленького и гладко причесанного соседа неприятно кольнул.
— Телеграмму получили? — спросил камасинец, закуривая папиросу.
— Получил вчера, а ждал денька через три-четыре.
— Только вчера?! — послышался звонкий голос женщины. Она поднялась из темного угла и одернула борки широких шаровар, сшитых специально для тайги. Фигура женщины заслонила собой маленького камасинца.
— А мы надеялись, что ты уже здесь все приготовил к отъезду.
Светло-русые волосы и большие серые глаза в упор приблизились к Пастикову. Его мать Матрена Иовна поджала синие губы и сухо улыбнулась из кути. Ее поражали, неизвестно почему, вьющиеся вихры волос приезжей и эти широкие штаны, не приличествующие облику женщины, а главное то, что та едет в тайгу с четырьмя молодыми мужчинами. По поведению же приезжей старуха не замечала, чтобы она страшилась своего положения.
— Мне в крае много говорили, как ты осаждал письмами относительно Шайтан-поля… Молодец! Давай, знакомься с публикой. — Женщина отступила и ткнула себя пальцем в грудь:
— Это вот агроном, так и помни, товарищ Пастиков. Партийка… А зови меня просто Стефанией. А вот это — студент туземского техникума Додышев — камасинец и переводчик. Ну а эти товарищи — зверовод и землемер, фамилий их я еще и сама не знаю.
— Севрунов, Александр Андреевич, — сказал чернобородый, поправляя очки, — а сосед — Сонкин Семен Петрович.
Семен Петрович шевельнул тонкими губами и гордо закинул голову. И тут же все заметили его женский подбородок, делающий лицо мужчины злым.
— Все как-то деется у вас с налету, — заскрипела Иовна. — Собрался ехать, а не знай, в чем отправлять парня… Што-ись подштанниками хоть рыбу лови.
— Не в этом дело, мать, — законфузился Пастиков.
Иовна подняла уплывшие в глубь орбит глаза и понесла к столу рыжий самовар. Мужчины вышли умыться, а старуха дивилась ловкости Стефании, с которою та вскрывала консервные банки.
— Ну и могутная ты, девка, — не утерпела старуха, когда приезжая села к столу.
— Да ничего, мать, не выболела пока.
— Видать, детей не вытравляла? — заключила Иовна.
— Нет, два аборта сделала, а теперь рожаю… Сына трех лет оставила дома с матерью.
Стефания говорила отрывисто и совершенно не замечала, что ее слова действуют на старуху, как холодная вода зимой. Усомнившись в правильности своего восприятия, старуха щупала морщинистый лоб.
— А у нас ныне все бабенки выкидывают и бегают по больницам, оттого и поджарые, как собаки.
— Я не люблю лечиться, да и некогда… Садитесь, бабушка.
— Мы успеем… Чаюйте, вы с дороги.
— Всем хватит… Сына-то почему не женила? — Стефания вывалила из мешка сушки, которыми загородила половину стола.
— Лешак его женит, скоропостижного, — отмахнулась старуха.
Ужинали с большим аппетитом. Севрунов и Стефания расспрашивали Пастикова и Додышева о предстоящей поездке. И только Семен Петрович молча жевал и часто поправлял черные усики. Получалось как-то само собой, что его не замечали.
— Сетки-то не забудьте, — советовала Иовна. — Там гнусу, упаси бог.
Уже прогорланил в сенях петух. Из-за широкой реки Сыгырды поплыла розовая полоса наступающего утра. Разведчики поместились на полу, все вряд.
— Ложись на мою кровать, — предложил Пастиков Стефании.
— Глупости!
Женщина свернулась в углу и надернула сверху резиновый плащ.
— Спокойной ночи, товарищи, — позевнула она.
С реки доносилась воркотливая хлюпь волн и крики встревоженных гусей. Недремлющая весна колобродила в своем первородном буйстве. И может быть, оттого и сон разведчиков окутывался вечными человеческими тревогами. Недаром Иовна зажгла в своей кути коптилку и принялась снаряжать сына в неведомую дорогу. Ворочался, хрустя подостланной осокой, Семен Петрович и неровно всхрапывал Додышев, которого толкала в бок Стефания.
В это утро теплый ветер погнал сизые клочья тумана от синеющих Саянских предгорий. Впервые в эту весну солнце печатало бронзой лица людей, румянило только что выскочившую зелень и выжимало из рыхлой землян голубоватый пар.
Давно табуны скота затерялись в солончаковых равнинах, а над селом еще бродила, тихо ступая, сонь. Около мельницы, что приткнулась к высокому меловому обрыву, плескали веслами рыбаки и ржали проголодавшиеся кони помольщиков. Свободные от засыпки мужики грели на солнце наломанные спины.
Пастиков удивился, встретив во дворе своего заместителя Ивана Панферовича Соколова. Тот зашел, когда разведчики погрузились и собирались выезжать. Рыжебородый Соколов поклонился горожанам и развел длинными руками.
— Да ты уж сгоношился?
— Как видишь, справились. — Пастиков туго перетягивал живот поясом с патронташем и улыбался, обнажая зубы. — А ты разве сегодня не выезжаешь на почин?
— Какое! Все у нас слажено, да ребята послали за тобой… Попрощаться, мол, желательно.
Пастиков перевел омраченные глаза на подошедшую Стефанию и сжал, в кулак расколотый козырек кепки.
— Не дури, мужик… Я, брат, не обожаю шумоты.
Соколов поскреб в пояснице и лукаво улыбнулся.
— Теперь не минешь, Петро Афанасьевич… Я там, у плотины, народ приостановил…
Пастиков хлопнул по голенищам полуболотных сапог и захромал к окну.
— Давай, мать, вещи! — досадливо крикнул он.
И когда передняя подвода тронулась, он забросил на ходу связку и пошел рядом со Стефанией.
— Бенефис тебе устраивают, — усмехнулась она.
— А, переплетень дурацкий!.. Время только теряют!
— Ничего… Ты, товарищ, плохо понимаешь. Это хорошая зарядка для них и для нас.
Сзади размашисто шли Севрунов, Додышев и сухощавый проводник Самоха. Семен Петрович, как сорока на колу, вертелся на высоком возу.
Телега вильнула за угол последней избы и быстро загромыхала под уклон к мельнице. У плотины пестрел скученный обоз, уходящий по кривляку за расцветающие кусты ракитников.
Ветер подхватывал из вешников ажурные клочья пены и белыми птицами мешал их с говором людей и шумом мельницы.
— Пастиков! Ты должен сказать им речь, — не унималась Стефания.
Передняя подвода остановилась около собравшихся в кучки колхозников.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: