Валентин Крючков - На крутом переломе
- Название:На крутом переломе
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Нижполиграф
- Год:1996
- Город:Нижний Новгород
- ISBN:5-7628-0076-8
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Валентин Крючков - На крутом переломе краткое содержание
Первая повесть Валентина Крючкова «Когда в пути не один» была опубликована в 1981 году. Вскоре были написаны ее продолжение и повесть «Если родится сын». Однако они «не увидели света», потому что не могли преодолеть существующий и обязательный тогда барьер требований по идейной направленности — воспитательному значению трудового коллектива и показу роли «рулевого».
Аналогичная судьба была уготована и написанному по «горячим» следам событий роману «На крутом переломе». Но происшедшие в нашей действительности перемены и финансовая помощь спонсоров дали возможность издать его для широкого круга читателей.
На крутом переломе - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
— По его поведению похоже, он нас и пальцем не тронет! — уверял Фанфаронов. — Ситуация сейчас не та. Ему не с кем будет программу делать.
— Но прижать он может, — высказал свои опасения Кудрин. — И прижать крепко. Все же директор. — А про себя подумал: «Хорошо, что есть Каранатов. Видимо, придется еще не раз обращаться к нему».
— А партком, завком на что? — успокаивал Фанфаронов. — Им тоже не на пользу, если нас снимут.
— Правильно мыслишь, дед, — поддержал Фанфаронова Северков. — Если нас снимут и дело пойдет — значит во всем виноваты были мы.
— Так что, братцы мои, — высказал свои мысли Фанфаронов, — давайте работать, как и работали. Поздно нам перестраиваться, тем более, переучиваться. Да и возраст уже не тот. Мы должны оставаться самими собой. Плясать под его дудку я не собираюсь. И вам не советую. Подумаешь, кандидат наук. У нас за плечами тоже кое-что. Вы, наверное, хорошо знаете, что в деревне теленка, чтоб не убежал от дома, веревкой к колу привязывают. Вот так же и я, как этот теленок, привязан к корпусу. Днем и ночью звонят.
— Ну, расплакались, — вмешался в разговор Северков. — Человек только сел на коня, а вы испугались.
— Ошибаешься, дорогой, — поправил его Кудрин, — он, к сожалению, нас как облупленных знает. И разве мало чего может найти, если захочет хлопнуть кого-то по шапке?
— Поживем — увидим, — говорят в народе. — Пошли на места, и Фанфаронов первым поднялся со скамейки.
Через неделю, явившись на заседание «четырехугольника», они сели, как всегда, вместе, заранее запаслись газетами, журналами, а Фанфаронов, который провел почти все воскресенье в корпусе, не в силах бороться с усталостью, спал, уткнувшись в газету.
Увидев, что вся «троица» так вызывающе экипирована, Никаноров возмутился и решился раз и навсегда положить конец такому наплевательскому отношению к совещанию, чтобы неповадно было и другим, неумолимо склоняемым заседательской дремотой. «Спать пришли, — мысленно ругался он. — А я, как дурак, перед началом просил проветрить помещение, чтоб все по-научному было. И Фанфаронов, этот зубр, обнаглел совсем: прислонив голову к стене — она у него и в самом деле, как у зубра, почти без шеи, — храпит. Если с трудом вытянул программу декады — это не значит, что можно вести себя по-хамски. Умышленно сделано: ведь никто из этой троицы будить его и не пытается. Придется поставить человека на место. И не только его, но и всех, кто занят изучением периодической печати».
— В одной из книг, — начал Никаноров, — посвященных организации труда руководителя, сказано, что совещание — самый дорогостоящий вид общественной деятельности. Для большей продуктивности рекомендовано проветривать помещение. Мы это сделали. Однако, посмотрите вокруг, и вы увидите, что некоторые пришли на совещание, как на посиделки. — Никаноров вытянул руку вперед, сделал ею несколько движений вправо-влево, показывая спящих и читающих, и с напряжением продолжил: — Непонятно, что волнует этих людей? Дела завода, своих цехов? Товарищ Фанфаронов, вы зачем сюда пришли?
В зале сразу все притихли, напряглись. Лишь Кудрин и Северков громко выкрикнули:
— Он почти всю ночь был в корпусе.
— Я вам слова не давал! — И Никаноров повторил свой вопрос: — Товарищ Фанфаронов, прошу вас встать.
— Да я и в самом деле не спал всю ночь, — поднимаясь, оправдывался начальник корпуса. — Программу делал.
«Да, — подумал Никаноров, — хотя их „папы“, как обычно называл Ястребова Кудрин, не стало, но „сынки“ его, можно не сомневаться, забот и хлопот придадут немало. Тем более такие „сынки“». И вслух сказал:
— Корпус сорвал работу конвейера на автозаводе. Не обеспечил его шпилькой. А вас это, видимо, не волнует. Покиньте зал! И вы тоже, — Никаноров рукой показал на Кудрина, Северкова и еще на троих, которые читали газеты и журналы. Потом, когда они, сникнув и покраснев, направились к выходу, продолжил свое выступление:
— Прошу вас, товарищи, с сегодняшнего дня взять себе за правило: на совещании быть с тетрадками или с блокнотами, с ручками или карандашами. Вы — руководители, а не вольные слушатели. И собираем мы вас для того, чтобы подвести итоги сделанному, вскрыть допущенные просчеты и недоработки, обратить внимание на самое главное, что необходимо вытягивать общими силами. Руководитель каждого звена должен владеть обстановкой не только своего коллектива, но и всего завода.
Теперь о дисциплине, о соблюдении межцеховой кооперации. Заготовительный не обеспечил металлом пружинщиков, и они с декадным заданием не справились. К сожалению, и между начальниками цехов нет ладу. Они, как в спектакле, все выясняют, кто кого подводит. Завязнуть в неурядицах может каждый. Здесь надо исходить не из личных симпатий, а с позиций завода: как отразится то или иное решение на его работе. Без плашек инструментального цеха залихорадило корпус холодной высадки. А в итоге все эти неувязки, случаи безответственности отражаются на работе завода. Почему я остановился на этих прописных истинах? Потому что хочу обратить ваше внимание на дисциплину и ответственность, на деловитость и спрос. Причин, из-за которых завод не выполнял план, у нас немало. Как объективных, так и субъективных. И наша задача — устранить эти причины, наладить ритмичную работу коллектива. С завтрашнего дня два раза в день будем проводить оперативные совещания. Время их — восемь часов утра и семь часов вечера. И такое будет продолжаться до тех пор, пока завод не выйдет из прорыва.
Никаноров взял стакан с водой, сделал несколько глотков, окинул зал и продолжил:
— Теперь о реконструкции. Не сделано еще многое. И главное — не смонтирован агрегат продольной резки. Цех холодной прокатки ленты дает около сорока процентов общей продукции завода. А его почти все время лихорадит. Дело в том, что штрипсы получаем не тех размеров, которые заказываем. В результате работают лишь большие «блисы». Малые — простаивают. Поэтому монтаж АПР — сегодня вопрос номер один. Я лично беру контроль над его реализацией. Главный инженер под свою опеку примет внедрение в корпусе холодной высадки и цехе нормалей агрегатов гальванического покрытия. Работа тоже довольно объемная. Набирает обороты и подготовка к производству нового инструмента. Далее. В настоящее время мы разрабатываем единый план проведения различных совещаний по всем основным вопросам заводской жизни. Мы понимаем, что наша сила в людях, в вас, товарищи. И надеемся на взаимосвязь. У меня все.
Впервые за последние годы совещание прошло при полнейшей тишине, а когда расходились по цехам, поглядывая друг на друга и обсуждая действия директора, находили, что давно пора навести порядок и в проведений совещаний — самых дорогих, оказывается, видов общественной деятельности, и Никаноров прав, что так рьяно взялся за это.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: