Сергей Иванов - БЛАЖЕННЫЕ ПОХАБЫ
- Название:БЛАЖЕННЫЕ ПОХАБЫ
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:А. Кошелев
- Год:2005
- Город:Москва
- ISBN:5-9551-0105-5
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Сергей Иванов - БЛАЖЕННЫЕ ПОХАБЫ краткое содержание
ПРЕДИСЛОВИЕ АВТОРА
Едва ли не самый знаменитый русский храм, что стоит на Красной площади в Москве, мало кому известен под своим официальным именем – Покрова на Рву. Зато весь мир знает другое его название – собор Василия Блаженного.
А чем, собственно, прославился этот святой? Как гласит его житие, он разгуливал голый, буянил на рынках, задирал прохожих, кидался камнями в дома набожных людей, насылал смерть, а однажды расколол камнем чудотворную икону. Разве подобное поведение типично для святых? Конечно, если они – юродивые. Недаром тех же людей на Руси называли ещё «похабами».
Самый факт, что при разговоре о древнем и весьма специфическом виде православной святости русские могут без кавычек и дополнительных пояснений употреблять слово своего современного языка, чрезвычайно показателен. Явление это укорененное, важное, – но не осмысленное культурологически.
О юродстве много писали в благочестивом ключе, но до сих пор в мировой гуманитарной науке не существовало монографических исследований, где «похабство» рассматривалось бы как феномен культурной антропологии. Данная книга – первая.
БЛАЖЕННЫЕ ПОХАБЫ - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
Извозившись во всех видах разврата , они морочат нам головы , уверяя , будто творят всё это бесчувственно ( πράτ τεει ν απαθών τερατεύονται ), они больны страстностью , но сами этого не чувствуют ( νοσουντες την έμπάθειαν αναίσθητων ), они страдают от самих себя и от поселившихся в них демонов – но не испытывают боли , словно охваченные болезненным безумием ( ώσττερ οί φρενίτιδι κατε-χόμενοι νόσω )… Достаточно тех отчетов , которые ныне каждый день приходят с горы Афон … в них подробно описываются их мерзости [CCCXCIX] [CCCXCIX] Nicephori Gregorae Historiae Byzantinae/ Ed. I. Bekker, L. Schopen. V. III. Bonn, 1855, p. 397.
.
Другой противник исихазма, Григорий Акиндин, в письме от 1345 г. пишет о «скандальном поведении на Святой Горе и в Фессалонике» некоторых «мессалиан»; по его словам, многие «монашествующие фигляры (σατυρικοί και μονάζοντες)» были высланы с Афона [CD] [CD] Gonstantinides Hero A. Letters of Gregory Akindynos. Washington, 1983, № 52.59-60. Ср.: Hinterberger Μ. Die Affare um den Monch Niphon Skorpios und die Messalianismus-Vorwurfe gegen Kallistos I // Gregorios Palamas e oltre. Studi e documenti sulle controversie teologiche del XIV secolo bizantino / A cura di A. Rigo. Firenze, 2004, p. 225.
. Трудно сказать, действительно ли исихасты вели себя на публике вызывающим образом, или это их противники «подгоняли» их под стереотип мессалианства, но в любом случае коллективное юродствование – уже не юродство.
Самым последним византийским юродивым надо признать Максима Кавсокаливита (ум. в 1365 г.). Это был знаменитый афонский отшельник, встречи с которым искали величайшие люди его эпохи. Сохранились четыре жития святого, написанные в конце XIV – начале XV в. [CDI] [CDI] F. Halkin. Deux vies de s. Maxime le Kausokalybe, ermite au mont Athos (XIV s.)//AB. V. 54. 1936, p. 90.
Сравнение двух главных (BHG, 1236z-1237) показывает, что отношение агиографов к эксцентричным выходкам святого сильно разнилось [CDII] [CDII] Барабанов Η. Д. Исихазм и агиография: развитие образа св. Максима Кавсокаливита в житийной литературе XIV в. // ВВ. Т. 55. 1994, с. 177-180.
. Если один из них, иеромонах Нифонт, рисует Максима как строгого отшельника и умалчивает о доафонском периоде его жизни, как и о юродстве вообще, то второй, проигумен Феофан, прямо пишет, что «он всем казался сумасшедшим (ώς εξηχος), вроде того великого Андрея Христа ради, поэтому все подозревали, что и Максим разыгрывает глупость ради Господа. Все очень дивились на него и рассматривали как юродивого (σαλόν) и дурака» [CDIII] [CDIII] F. Halkin. Deux vies, p. 70-71.
.
Согласно тому же агиографу, патриарх Афанасий I безуспешно пытался побудить Максима уйти в один из столичных монастырей [CDIV] [CDIV] Ibid., p. 72.
, а позже, уже на Афоне, монахи с подозрением отнеслись к его дару общаться с Богородицей и изгонять бесов.
Из-за этого к нему пристала кличка « тронутый » ( της πλάνης то όνομα )… Все его гнали и ненавидели , словно тронутого ( πλανημένον ). А он , сей неколебимый светоч , и это принимал , радуясь тому , что его называют тронутым … и даже постоянно прикидывался тронутым ( ύπέκρίνετο ούτος ώς πλανημένος), когда с кем-нибудь разговаривал , и придуривался ( έμώραινεν ), дабы изничтожить в себе кичливое желание нравиться людям … По этой же причине он часто ставил хижину – и тут же её сжигал огнём , что странно для монахов … Поэтому неколебимого праведника называли тронутым . Те , чьи помыслы коснеют в земных делах , дали ему кличку « Кавсокаливит » [ сжигающий хижину ], не видя сиявшей в нём божественной благодати Духа [CDV] [CDV] Ibid., р. 79-80.
.
Это поведение Максима два его агиографа обосновывают по-разному: Нифонт – необходимостью скрыть свои подвиги [CDVI] [CDVI] Ibid., р. 44.
, то есть в духе раннего юродства, а Феофан – как продолжение предыдущей провокации. Уже из данного разнобоя с несомненностью явствует: отношение общества к юродству было весьма неоднозначным. Когда на Афон прибыл знаменитый исихаст Григорий Синаит, то старцы рассказали ему о Максиме, «его божественном житии, притворной глупости и неблудных заблуждениях (ύποκρινομενην μωρίαν καΐ πλάνην την απλανή)» [CDVII] [CDVII] Ibid., р. 83.
. Григорий велел его отыскать и привести. «Спрошенный [о своём житии], Максим непритворно (ανυπόκριτων) отвечал так: «Прости, отче, я – тронутый». А старец: «Оставь это наконец! Ради Господа, расскажи о своей добродетели» [CDVIII] [CDVIII] Ibid., р. 84.
. Максим поведал ему обо всем, включая «притворную глупость и юродство (ύποκρινομενην μωρίαν και σαλότητα)», а Григорий убедил Максима оставить юродство и позволить людям пользоваться дарами его святости. Если для первых юродивых авторитетные праведники удостоверяли святость, то в данном случае всё наоборот: праведник отговаривает юродивого от его аскезы.
Житие Максима – последний византийский текст, в котором слово «юродство» употреблено терминологически, однако сам святой в других источниках не именуется юродивым.
Сильвестр Сиропул в своём шаржированном описании греческой делегации на Ферраро-Флорентийском Соборе упоминает об одном грузинском епископе, который «роздал свои одежды и ценности беднякам, прикинулся безумным (εαυτόν δε έποίησεν εξηχον) и некоторое время блуждал в одном хитоне, как сумасшедший и двинувшийся рассудком (ώς παράφρων καΐ πλανώμζνος), а затем тайно уехал, и мы о нём больше не слышали; мы все думаем, что он где-то скончался плохой смертью» [CDIX] [CDIX] Laurent V. Les «Memoires» du Grand Ecclesiarque de l'Eglise de Constantinople Sylvestre Syropoulos sur le concil de Florence. Paris, 1971, p. 462.
. Чем бы ни было обусловлено юродствование этого человека, Сиропул явно подразумевает, что подобное поведение должно вызывать смех и осуждение у читателя.
Турецкое нашествие, как некогда арабское, открыло перед христианским святым новые возможности, и юродская энергия была, видимо, канализована в русло мученичества [75] [75] Впрочем, египетский юродивый Фурайдж-Феофаний (ум. в 1405 г.), чьё житие ещё не опубликовано, хоть и пользовался почтением, главным образом, среди экзальтированных женщин, в период гонений почел за благо спрятаться (см.: Crum W. Е. Barsauma the Naked // Proceedings of the Society of Biblical Archaeology. V. 218, 1907, p. 135, n. 2).
.
Любопытным примером встречи двух парадигм юродства, греческой и русской, является служба в честь московского святого Василия Блаженного, написанная греческим иерархом Арсением Элассонским, поселившимся в Московии. В составе константинопольского патриаршего посольства Арсений присутствовал в Москве при канонизации Василия в августе 1588 г., но служба святому была написана им позднее, между 1595 и 1598 г. [CDX] [CDX] Δημητρακόπουλος Φ. Α. Αρσένιος Ελάσσονος (1550-1626). Είος και έργο. Συμεολή στη μελέτη των μεταευζαντινών λογίων της Ανατολής. Διδακτορική διατριεή. Αθήνα, 1984, σ. 89, 101.
, уже когда он поселился на Руси. Написанная по-гречески, служба предназначалась Арсением для соотечественников и была им послана в монастырь Дусику (Трикала). Тем самым автор хотел ввести русского святого в сонм его византийских «коллег» и неизбежно стилизовал своего героя по греческому образцу. Поэтому с самого заголовка служба переполнена ссылками: «Василия, воистину подражавшего нравами Симеону, Христа ради Юродивому (του όντως διά Χριστόν σαλοϋ Συμεών τους τρόπους μιμούμενου)» [CDXI] [CDXI] Ibid.,o. 182.
. Василий Блаженный, каким он предстает из русского фольклорного жития (см. с. 295-296), по своей агрессивности весьма напоминал Симеона Эмесского, но официальное его житие представляет святого довольно бледно и сглаженно. Точно так же «приглаживается» Василий и под пером Арсения, да и сами столпы византийского юродства, Симеон и Андрей, выглядят у него обычными аскетами: «Ты, триблаженный, явился новым Симеоном и Андреем, нравам которых ты подражал во всём, в посте и наготе (Συμεών άλλος ώφθης και Ανδρέας, τρισμάκαρ, ών μιμούμενος κατά πάντα τους τρόπους εν νηστεία και γυμνητεία)» [CDXII] [CDXII] Ibid.,o. 183.1-4.
. Дальше Арсений вновь возвращается к этой теме, но, хотя список подвигов и возрастает, в нём по-прежнему не оказывается ни одного специфически юродского: «Ты подражал нравам Симеона и Андрея, Христа ради юродивых (τους τρόπους μιμούμενος 'Ανδρέου και Συμεών των διά Χριστόν σαλών), тщательно соблюдая пост, воздержание и молитву, ложем имея землю, проводя жизнь в бездомности, переходя с места на место, ничего не приобретя, ни сумы, ни посоха, ни чего-либо другого из того, что [обычно] для людей» [CDXIII] [CDXIII] Ibid.,o. 183.12-16.
.
Интервал:
Закладка: