Дебора Лаптон - Жирные

Телереклама кампании 2013 г. была нацелена на сладкие фруктовые напитки: в ней показывали тучный мужской торс с надписью большими буквами «ожирение», перебинтованную ногу с ампутированными пальцами с надписью «диабет», пульсирующие красные внутренние органы (как в кампании «Живи налегке») с надписями «ампутация», «инфаркт», «слепота», «отказ почек».

Чтобы убедить свою аудиторию отказаться от вредных привычек или, наоборот, усвоить правильные практики поведения ради своего здоровья, организаторы оздоровительных кампаний, так же как это делается в коммерческой рекламе, часто стремятся вызвать эмоциональную реакцию. Это касается не только страха перед проблемами со здоровьем, тяжелыми заболеваниями, увечьями и ранней смертью, но и стыда, чувства унижения, беспокойства по поводу своей сексуальной непривлекательности, а также отвращения. Браун и Грегг [Brown, Gregg, 2012] описывают, как оздоровительные кампании используют «педагогику раскаяния» в борьбе с запоями, показывая в своих роликах молодых людей, переживающих негативный опыт потери контроля над своим телом (рвота, нежеланные сексуальные контакты, драки) в результате интоксикации. Термин «педагогика отвращения» также пригоден для обозначения использования оздоровительными кампаниями отвращения в качестве мотивационного фактора.

Логика, лежащая в основе использования подобной образности, вызывающей интенсивную эмоциональную реакцию у целевой аудитории, заключается в том, что представители этой аудитории, по мнению здравоохранительных организаций, апатичны или же сопротивляются обращенным к ним призывам вести здоровый образ жизни [Lupton, 1995; Gagnon, Jacob, Holmes, 2010; Crawshaw, 2012]. В материалах, опирающихся на педагогику отвращения, могут использоваться факты и цифры, чтобы придать вес заявлениям кампании, но это не меняет того, что они прежде всего весьма откровенно предназначены для того, чтобы вызвать негативную аффективную реакцию. Множество авторов литературы по вопросам здравоохранения, в которой обсуждаются материалы подобных кампаний, отстаивают необходимость использования того, что они называют «шоковой тактикой», «тревожной», «угрожающей» или «графической образностью», нацеленной на то, чтобы заставить целевую аудиторию изменить свое поведение. Так, например, организаторы кампании «Живи налегке» отмечают, что в кампании «используются новаторские шоковые стратегии, которые вышибают людей из их беспечного, легкомысленного отношения к избыточному весу или ожирению… Это бескомпромиссный творческий подход, использующий откровенную образность» (из брошюры кампании).

Как я уже отмечала выше в этой главе, подобные кампании выполняют педагогическую функцию, потому что они выступают с позиций авторитета, просвещая целевую аудиторию и обеспечивая ее информацией. Чтобы достичь необходимой убедительности, они изображают определенный тип тела – в данном случае тучное тело – и определенный вид поведения как морально предосудительный, достойный порицания и отвратительный. Таким образом, они присоединяются к дискурсу и образности фэт-шейминга и ненависти к жиру, еще больше их усиливая.

Детям и проблеме «детского ожирения» в литературе по вопросам медицины, здравоохранения и общественного здоровья и в массмедиа начинают уделять особое внимание с того момента, как возникает дискурс «эпидемии ожирения». В первой половине XX в. пухлый младенец или ребенок считался здоровым и цветущим и матерей поощряли кормить их так, чтобы они продолжали оставаться в такой же форме. Считалось, что пухлый младенец лучше защищен от болезней. Предполагалось, что толстый ребенок в конце концов перерастет свою полноту. Однако в 1970-х годах стало расти беспокойство по поводу медицинских последствий детского ожирения и толстых детей начали патологизировать [Boero, Thomas, 2016; Quirke, 2016]. Высказываются утверждения, что уровень избыточного веса и ожирения у детей в западных странах стал резко расти с конца 1990-х годов и что их здоровье в настоящем и будущем подвергается в результате серьезному риску. Так, например, на развороте одной сиднейской газеты в ноябре 2011 г. была опубликована посвященная детскому ожирению статья, в которой высказывались хорошо нам теперь знакомые утверждения: «Детское ожирение стало эпидемией… Почти четверть австралийских детей страдают от избыточного веса или ожирения, и врачи опасаются, что, если эта тенденция продолжится, нынешнее поколение детей умрет в более раннем возрасте, чем их родители» [Browne, 2011, p. 8].

Ряд специалистов по социологии образования и географии детства изучают, каким образом детские тела регулируются и управляются посредством дискурсов и стратегий, связанных с озабоченностью телесным весом. Некоторые из этих исследователей используют термины «биопедагогические стратегии» или «телесная педагогика» для обозначения способов воспитания, с помощью которых индивидов обучают определенным образом воспринимать и использовать свои тела. С точки зрения ученых, придерживающихся подобного подхода, государственные стратегии и нормативы борьбы с ожирением, направленные на детей и юношество, выходят за рамки озабоченности телесным весом и здоровьем представителей этой целевой группы и трансформируются в стремление регулировать их и управлять ими в целом. Они утверждают, что дискурс «кризиса ожирения» облегчает внедрение стратегий слежения и надзора практически во все сферы повседневной жизни детей и юношества [Gard, Wright, 2005; Evans et al., 2008; Colls, Evans, 2009; Harwood, 2009; Rich, Evans, 2009].

Эти авторы указывают, что если в прежние времена основы физической подготовки и правильного питания преподавались в школах просто как часть общих практик здорового образа жизни, то теперь на волне дискурса «эпидемии ожирения» все внимание переориентировано на контроль над весом. В результате дети стали особой мишенью поддерживаемых государством стратегий борьбы с ожирением, как убедительно показали американская кампания «Let’s Move» («Всегда в движении»), Целевая группа по детскому ожирению и британская кампания «Change4Life» [Boero, Thomas, 2016; Mason, 2016]. С учетом того, что образовательный процесс позволяет мониторить большое число детей, школы рассматриваются как идеальные площадки для того, чтобы просвещать детей и юношество относительно того, что в биомедицинской литературе обозначается как причины тучности, и для создания программ физической активности и правильного питания, которые, как считается, должны снизить риски для здоровья, связанные с тучностью. В школах также все в больших объемах вводятся технологии измерения и надзора, предназначенные для контроля над весом учеников, в том числе сканирование отпечатков пальцев, позволяющее отслеживать, что ученики берут на обед, регулярное взвешивание и измерение роста для вычисления ИМТ, использование шагометров, чтобы подсчитывать количество шагов, которые дети делают за день, измерение кожных складок и проверка ланч-боксов [Evans, Colls, 2009; Rich, Evans, 2009; Rich, Evans, De Pian, 2011]. В число этих технологий стали входить различные цифровые устройства и программы: приложения, цифровые мониторы частоты пульса и трекеры физической активности, предназначенные для более пристального наблюдения за телами учеников [Gard, Lupton, 2017; Lupton, Williamson, 2017]. Здесь также создаются виртуальные правительные ассамбляжи, абстрагированные от живой телесной реальности повседневной жизни молодых людей.