Джули Федор - Традиции чекистов от Ленина до Путина. Культ государственной безопасности
- Название:Традиции чекистов от Ленина до Путина. Культ государственной безопасности
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Питер
- Год:2012
- Город:Санкт-Петербург
- ISBN:978-5-459-01176-0
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Джули Федор - Традиции чекистов от Ленина до Путина. Культ государственной безопасности краткое содержание
Яркая и неоднозначная книга о прошлом и будущем России, на которой все так же лежит тень всесильного сотрудника службы госбезопасности.
«Железный» Феликс, черный воронок, кожаный плащ чекиста… Эти образы, укоренившись в нашем сознании, до сих пор вызывают страх и трепет. Кажется, советская власть сделала все возможное, чтобы возвести органы государственной безопасности в ранг культа, которому необходимо поклоняться, точно древнему божеству. Современные стражи не вызывают таких ярких ассоциаций у населения, но и они как будто бы наделены могуществом, недоступным простому гражданину. Для чего был нужен миф о всесильном КГБ? Кто создавал мрачноватый образ его сотрудников? Какими способами культ «Большого брата» возрождается теперь?
Эта книга — о всевластии тайной полиции в советское время и о том, как идея государственной безопасности постепенно становится главенствующей в современной российской идеологии. Ее автор, Джули Федор, сотрудника департамента славистики Кембриджского университета, используя в своем произведении в основном советские и постсоветские источники (архивные документы, публикации СМИ, мемуары, художественные тексты), создает объемную картину «секьюритизации» российского общества в прошлом и настоящем.
Традиции чекистов от Ленина до Путина. Культ государственной безопасности - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
В таких текстах вся миссия ЧК формулировалась в соответствии с новыми нравственными нормами, примирявшими террор и гуманизм. Например, Дзержинский отвергал саму идею «наказания», считая ее буржуазной концепцией [83] Менжинский. О Дзержинском. С. 13.
; вместо этого ЧК проводило «репрессии», в которые вкладывался позитивный смысл. Репрессии были методом борьбы [84] Там же.
. Репрессии могли быть жизнеутверждающими [85] См., например, описание жизни Петерса, товарища Дзержинского: Штейнберг В. Яков Петере. М.: Издательство политической литературы, 1989. С. 98.
. Репрессии выражали волю пролетариата и крестьянства [86] Как написано в Советской энциклопедии государства и права от 1925 года, принудительная власть советского государства была основана на «требовании о репрессии… испытанной обществом на собственной шкуре… это то, что создает жизненный критерий для необходимости репрессий»; Фельштинский Ю. Г. ВЧК-ГПУ. Документы и материалы. М.: Издательство гуманитарной литературы, 1995. С. 3.
, а ЧК просто выступала проводником этой воли [87] Андропов Ю. 50 лет на страже безопасности советской Родины // Правда. 1967. 21 декабря. № 354. С. 3.
, и эта идея внедрялась советскими историками «красного террора», которые утверждали, что главной движущей силой террора было стихийное требование «снизу» [88] См., например: сборник документов 1983 года, который разъясняет этот вопрос, предлагая читателю множество телеграмм и резолюций, выпущенных местными Советами, фабриками и так далее, которые призывали к массовому террору после попытки покушения на жизнь Ленина; Костин Н. Д. Выстрел в сердце революции. М., 1983. С. 107-129.
. Чекист был «кость от кости и плоть от плоти диктатуры пролетариата в нашей стране» [89] Часовой революции // Правда. 1927.18 декабря. № 290. С. 1.
. Буржуазное «нытье» по поводу чекистских зверств лишь подтверждает, что «ЧК идет по верному пути» [90] Как выразился Дзержинский: «ВЧК может гордиться фактом, что оно стало объектом беспрецедентной клеветы со стороны буржуазии»; процитировано: Тишков А. В. Первый чекист. М.: Воениздат, 1968. С. 20.
.
Новая нравственность выкристаллизовалась в эпоху Гражданской войны, когда было заявлено, что кровопролитие, устроенное ЧК и чекистами, выражало «истинную, высочайшую нравственность… верх Нравственности и верх Справедливости», в отличие от «буржуазной морали с ее необоснованными притязаниями на универсальность» [91] Из документа, представленного во время Гражданской войны, названного «Красные строки (из «Записной книжки чекиста»)», опубликованного в книге Фельштинского «ВЧК-ГПУ» (с. 76).
. В постсталинскую эпоху от этого частично отступили, как мы увидим в части II, но даже сегодня культ чекиста несет значительный отпечаток эпохи своего образования, мораль и поэтика которой базировалась на том, что Стайте назвал «красотой и полезностью жестокости» [92] Stites R. Revolutionary dreams: Utopian vision and experimental life in the Russian revolution. New York: Oxford University Press, 1989. R 50.
. То было родимое пятно чекистов, которое так никогда и не поблекло.
Пожалуй, самым понятным звеном, связывающим чекистов с нравственностью, служила их абсолютная неподкупность. «Чистые руки» в первую очередь означали отказ от взяток и прочих материальных вознаграждений. Центральным аспектом культа Дзержинского служила его знаменитая неподкупность [93] Архивные документы, иллюстрирующие эту особенность характера Дзержинского, были изданы в журнале «Неделя» (№ 6,1961, с. 5). Рассматриваемый пример — письмо, написанное Дзержинским, требующим, чтобы ему не присылали никакие подарки, и приказывающим, чтобы любые полученные подарки были отправлены больным в медсанчасть ВЧК.
. И в этом тоже можно заметить религиозные отголоски: предложенные взятки описывались как искушения [94] Особенно подарки в дань уважения, полученные от иностранных поклонников Дзержинского, таких как Луиза Брайант: «Искушения Св. Антония бледнеют в сравнении с тем, как искушали Петерса и Дзержинского. Как только их не соблазняли и что только не предлагали в качестве подношений»; Louise Bryant Mirrors of Moscow. Westport: Hyperion, 1923. P. 55; или Эдуард Хэрриот: «Золото всех тронов мира не могло отклонить Дзержинского от намеченной цели. Перед лицом его моральной чистоты иногда даже его заклятые враги склоняют свою голову»; процитировано: Бакланов В. Слово Дзержинскому. Брайант и Хэрриот часто цитируются в советских текстах. Книга Брайант была описана в одном тексте как «памятник дружбе лучших людей Америки и России»; Штейнберг В. Яков Петере. С. 199.
.
Неподкупность в свою очередь была связана с прославленным аскетизмом Дзержинского. Утверждалось, что Дзержинский спал в своем кабинете, накрывшись простым солдатским одеялом. Вот типичный пассаж из мемуаров, в котором описывается такая сцена в его кабинете: «Зайдя в кабинет Дзержинского, мы нашли его согнувшимся над бумагами. На столе перед ним — полупустой стакан чаю, небольшой кусок черного хлеба. В кабинете холодно. Часть кабинета отгорожена ширмой, за ней кровать, покрытая солдатским одеялом. Поверх одеяла накинута шинель. По всему было видно, что Феликс Эдмундович как следует не спит, разве только приляжет ненадолго, не раздеваясь. И снова за работу» .
Говорили, что у Дзержинского был всего один костюм, который он купил в 1924 году по необходимости и с неохотой — ему нужно было председательствовать в Верховном Совете по делам национальностей [96] Там же.
. Он перебрался в Кремль в 1918 году опять же против своей воли, предпочитая железную кровать за ширмой в своем кабинете на Лубянке [97] Штейнберг В. Яков Петере. С. 119.
. Во времена революционного подполья, когда он бывал на квартирах рабочих, он всегда отказывался от предложенного обеда, несмотря на то что истекал слюной от одного лишь запаха еды, а желудок был пуст [98] Велидов А. С. Феликс Эдмундович Дзержинский. С. 24.
. Позже, во время Гражданской войны, его подчиненным на Лубянке только обманом удавалось заставить его есть картошку, жаренную на сале, скрывая от него тот факт, что сами они обедали супом из конины (на основе этого сюжета Горький предложил Юрию Герману написать «короткий трогательный рассказ» для детей о Дзержинском) [99] Герман Ю. Воспоминания. С. 632.
. Пафос таких историй повышало еще то, что Дзержинский был слаб здоровьем (он болел туберкулезом) [100] См. например: Тишков А. В. Дзержинский. 2-е изд. М.: Молодая гвардия, 1976. С. 75, 78.
. Особый акцент также делался на скромности Дзержинского, которую иллюстрировал, к примеру, тот факт, что Дзержинский пытался искоренить практику развешивать на стенах кабинетов его портреты [101] См.: Дзержинская С. В годы великих боев. С. 453.
.
Интервал:
Закладка: